1909 год. Париж. На сцене полным ходом идет репетиция будущего скандала всей Европы. На перевёрнутых ящиках от декораций — икра, стопки блинов, красный борщ в роскошных супницах. Официанты из соседнего «Ларю» снуют между артистами, которые едят прямо на сцене, жуя блины между движениями. Журналисты с блокнотами тоже угощаются легендарной едой из «Ларю». Хитрый ход, ведь сытый журналист пишет иначе.
Позже «Русские сезоны» будет обсуждать весь Париж.
Этот обед-репетицию с журналистами организовал Дягилев — человек, у которого хватало честности написать о себе: «Я, во-первых, большой шарлатан, хотя и с блеском, во-вторых, большой шармёр, в-третьих — большой нахал, в-четвертых, человек с большим количеством логики и малым количеством принципов и, в-пятых, кажется, бездарность». Скромничать он не умел ни в хорошем, ни в плохом.
Он не умел рисовать, не пел, не любил писать. Зато точно знал, в чем его талант: «впрочем, я кажется нашёл моё настоящее значение — меценатство. Все данные, кроме денег — но это придёт».
Деньги, кстати, так толком и не пришли. Зато пришла слава.
По вечерам Дягилев снова отправлялся в «Ларю», где ужинал с Бакстом, Бенуа и другими приятелями-художниками.
Шеф-повар «Ларю», легендарный Эдуар Ниньон, раньше кормил Николая II в Кремле и командовал бригадой из 120 поваров. В «Ларю» его клиентами стали художники, поэты и президенты. Здесь Дягилев чувствовал себя в своей тарелке.
7 июня мы приготовим для вас «Обед с парижским шиком» и расскажем о самом блистательном импресарио эпохи.
В меню:
Суфле по-флорентийски по рецепту великого Эскофье со шпинатом, сыром и мускатным орехом.
Суп-крем биск — легенда французской кухни, которую труппа Дягилева вполне могла пробовать в Maxim’s.
Розетки из лосося с беконом в сопровождении рататуя по мотивам меню самого Ниньона.
Про рататуй стоит сказать отдельно: когда-то это была обыденная еда ниццких крестьян. Кабачки, помидоры, лук, чеснок, оливковое масло. Французы смотрели на это «рагу» снисходительно, Шаляпин выдавал это блюдо гостям за «татарский салат». Именно рататуй Ниньон водрузил рядом с лососем и беконом и подал в лучшем ресторане Парижа.
Завершает обед кофейное парфе из меню Cafe de Paris 1912 года.
Ждем вас 7 июня!