Вы думали, что сказки кончаются хэппи-эндом? Как бы не так. Особенно если в главной роли — живой человек с горячей кровью и неуёмным темпераментом. Валентина Сорогожская была редкой красоты женщиной. Достаточно одного взгляда на её фотографии или кадры из фильма-сказки «Василиса Прекрасная», чтобы понять: это та самая классическая русская красавица, с которой иконописцы писали святых, а художники — боярышень. Длинные русые косы, огромные глаза, стать, от которой захватывает дух. В 1939 году, когда фильм Александра Роу вышел на экраны, 27-летняя Валентина проснулась знаменитой на весь Советский Союз.
Казалось бы, вот оно, счастье. Впереди — блестящая карьера, толпы поклонников, главные роли. Но судьба, как это часто бывает с по-настоящему красивыми женщинами, решила иначе: сначала у неё отняли работу, потом — мужа, а потом, словно на посошок, разобрались с её детьми и внуками. Роковая женщина? Не совсем. Скорее — жертва обстоятельств, ревности и собственного доброго сердца, которое она, как дура, не раз и не два подкладывала под мужские каблуки.
Как одесская танцовщица стала главной сказочной героиней СССР
Тут, как в любой уважающей себя легенде, сразу начинается путаница с географией. Одни источники утверждают, что Валентина Михайловна родилась в Подмосковье, в семье помещика. Другие — что она коренная одесситка, дочь капитана дальнего плавания. Верить хочется второму: её красота была какая-то южная, яркая, не чопорная. На свет она появилась 16 июня 1912 года. Имя при рождении — Хилова, позже взяла фамилию матери — Сорогожская.
Девушка с детства знала, чего хочет. Сначала пошла в хореографическое училище в Одессе, быстро поняла, что танцы — это не её, бросила назло всем наставникам и укатила покорять Москву. Поступила аж в два заведения сразу: в училище при Театре им. МОСПС, а после получения диплома продолжила учиться в Московском городском театральном училище. То есть, человек вкалывал как проклятый, чтобы добиться цели.
И тут — классическая история «случайного шанса». Кто-то из киношников заметил сногсшибательную студентку то ли на улице, то ли в коридорах театра и буквально за руку привёл на пробы к самому Александру Роу. Говорят, сперва у девушки не всё клеилось, но режиссёр, который славился умением видеть в новичках ту самую искру, всё равно утвердил её на главную роль. Так без пяти минут домохозяйка (а кто ещё были советские студентки?) превратилась в «Василису Прекрасную».
Звездный час длиною в один фильм
Картина выстрелила. Сергей Столяров в роли богатыря, Георгий Милляр в образе Бабы-яги, наивный сюжет про Иванушку и лягушку — всё это создало тот самый «советский наркотик», который мы называем ностальгией. Критики писали: «Главная удача режиссёра заключалась в поэтичности образа Василисы».
На волне успеха Роу позвал её сниматься дальше. Но график съёмок «Кащея Бессмертного», куда её прочили на роль Марьи Моревны, почему-то сместился, и следующей её работой стал фильм «Шёл солдат с фронта» по повести Валентина Катаева. Там она сыграла невесту главного героя, а компанию ей составили легендарные Янина Жеймо и Алексей Консовский — те самые Золушка и принц.
В кинокопилке актрисы всего две работы. ДВЕ! Вы только вдумайтесь. При её внешности и таланте она могла бы стать той же Верой Холодной или Любовью Орловой, но нет. Судьба распорядилась иначе. Причём виной тому оказалась даже не война — а банальная, примитивная человеческая ревность.
Цепочка мужчин: акробат, композитор и актёр
Тут мы подходим к самому интересному — к личной жизни, которая по драматизму переплюнет любой сериал.
Первый узелок: акробат Никитин и безотцовщина
В период съёмок у актрисы случился страстный роман со знаменитым на весь Союз акробатом Никитиным. Мужчина был видный, сильный, работал с животными и выступал на манеже. Чем не пара для нашей красавицы? Через год Валентина родила сына и назвала его в честь отца — Валентином. Но до ЗАГСа дело так и не дошло. Мужчина, как это часто бывает у цирковых, оказался ветреным, да и сама актриса, видимо, не горела желанием связывать себя узами. В итоге она осталась одна с маленьким мальчиком на руках. Этот поступок — родить вне брака в 30-е годы прошлого века — дорогого стоит. Характер у неё был действительно авантюрный.
Второй узелок: композитор Седых и «отмена» карьеры
Вскоре после рождения первенца на горизонте замаячил новый кандидат — Фёдор Седых. Мужчина серьёзный, работает заместителем директора Дома композиторов. То есть, при должности, при деньгах, вхож в высшее общество. Седых покорил актрису не романтикой, а устойчивостью и заботой. Она вышла за него замуж, родила в 1942 году дочь Ирину, а спустя ещё пару лет — второго сына, которого тоже назвала Фёдором.
Казалось бы, живи да радуйся. Но Седых оказался тем ещё собственником. Узнав, что жену вновь начали приглашать в кино (после громкого успеха «Василисы» режиссёры, включая самого Роу, снова стучались в дверь), он пришёл в ярость. Композитор наотрез запретил супруге сниматься. Аргументация простая: «Прикасаться к тебе будут другие мужчины? Целоваться в кадре? Ни за что!». Ревность душила его, как удав кролика.
Валентина Михайловна, несмотря на свой авантюрный характер, удивительно быстро сдалась. Она отказалась от ролей, сосредоточилась на доме и детях. Идиллия длилась недолго — постоянные скандалы и упрёки сделали своё дело. Пара развелась. Но до этого Седых успел сделать страшное: чтобы не мотаться с тремя детьми по гастролям (а он любил путешествовать с концертами), они сдали первенца Валентина в детский дом. Да-да, вы не ослышались. Собственного сына! Только в 1949 году, когда получили крохотную комнату в Москве, мать смогла забрать мальчика из приюта. Вот она, цена семейного спокойствия.
Третий и последний: актёр Тетерин — любовь до гроба
После развода Валентина Сорогожская работала в Доме культуры, играла в самодеятельных спектаклях («Живой труп», «Васса Железнова»). Там, на одном из творческих вечеров, она встретила актёра Евгения Тетерина. В 1954 году они поженились. Этот брак, в отличие от предыдущих, оказался счастливым. Тетерин не был красавцем — большой нос, оттопыренные уши, незвёздная внешность. Но он оказался тем самым мужчиной, который принял её детей как родных.
Вот как сама Валентина впоследствии описывала те отношения (перефразирую): «Я нашла не мужа, а друга. Он никогда не запрещал мне ничего, но я сама поняла: сцена и дом — вещи несовместимые». Она добровольно ушла из профессии. Представляете? Одна из самых красивых женщин советского экрана, которую вся страна носила на руках, предпочла мыть полы и воспитывать детей, чем сниматься в кино. Почему? Да потому что Тетерин не заставлял её выбирать. Он просто был рядом. И этого оказалось достаточно.
Прожили они вместе 33 года, до самой смерти Евгения Ефимовича в 1987 году. Два года до этого он лежал парализованный после инсульта, и Сорогожская не отходила от него ни на шаг. Она пережила мужа всего на год и скончалась в апреле 1988-го.
Проклятие Василисы: что стало с детьми и внуками
Но самая страшная часть этой истории начинается после смерти актрисы. Как будто какой-то злой рок навис над её потомками.
Сын Валентин: Тот самый первенец, которого сдали в детдом. Поступил в МГТУ им. Баумана, но бросил. Работал в цирке простым рабочим, ухаживал за животными. Женился рано, развёлся, женился снова. Умер в 1996 году в возрасте 35 лет. Причина — сердце не выдержало, как говорят, от неумеренного употребления алкоголя.
Внуки: У Валентина было двое сыновей от разных браков. Оба умерли молодыми. Старшему было 35, младшему — 32 года. Разница между их смертями — десять лет. Словно кто-то вычёркивал их из жизни одного за другим.
Сын Фёдор: Младший сын, названный в честь отчима-композитора. Работал киномехаником. Тоже, как и старший брат, пристрастился к горячительным напиткам. Умер в 2013 году.
Дочь Ирина: Единственная, кому повезло. Окончила педагогический институт, выучила несколько языков, вышла замуж за француза и уехала во Францию. Видимо, смена обстановки и «зелёная карта» стали для неё спасательным кругом.
Посмотрите на эту печальную статистику: из троих детей актрисы выжила только дочь. Оба сына и оба внука ушли из жизни молодыми, по сути, спились или сгорели от тоски. Как вам такое семейное «счастье»?
Вместо эпилога: цена красоты
Валентина Сорогожская похоронена на Домодедовском кладбище в Москве. Рядом с ней лежат сын и внуки. Маленький клочок земли, на котором уместилась трагедия целой семьи.
Вы спросите, почему я вообще вспомнил эту историю? Да потому что она — зеркало. Посмотрите на современных «Василис» — на тех же Амалий Мордвиновых, Ветлицких, которые пытаются вернуться в лучи софитов после десятилетий молчания. Только там история про пиар, пластику, инъекции и желание хайпануть. А здесь — про настоящую, живую красоту, которую попытались спрятать сначала за спиной ревнивого мужа, а потом за могильной плитой.
Валентина Сорогожская была не просто актрисой. Она была символом. Символом того, как легко сломать человека, который выбрал семью вместо карьеры. И того, как безжалостна жизнь к тем, кто остаётся в тени.
В итоге от той самой Василисы, что выходила замуж за царевича Ивана, не осталось ничего, кроме двух чёрно-белых фильмов и могилы на окраине Москвы. А ведь могло быть всё иначе. Могло. Если бы не мужчины. Если бы не обстоятельства. Если бы не та самая пресловутая женская глупость, что заставляет нас верить в лучшее, даже когда вокруг — один сплошной цирк.
Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые истории о судьбах звёзд, которые любила вся страна. А в комментариях делитесь: как вы думаете, был ли у Сорогожской шанс стать великой актрисой или её судьба была предопределена?