Сегодня представляю вам еще один небольшой отрывок из книги «Женщина, которая не исчезла». Это книга о климаксе, которую я сейчас пишу.
… Однажды женщина вдруг понимает, что стоит посередине. Уже не в начале, где почти всё кажется возможным, и не в той поздней точке, где многое уже отпущено, а словно на середине моста. За спиной — родители, которые стареют, слабеют, болеют, тревожатся, нуждаются. Перед глазами — дети, которые уходят в свою жизнь, отделяются, спорят, исчезают в собственных делах, становятся не продолжением матери, а отдельными людьми. А она сама — между. Она уже не девочка, не младшая в семье, но и не человек, чья история будто бы закончилась. У неё по-прежнему есть желания, работа, любовь, усталость, надежды — но именно в этот момент от неё всё чаще ждут, что она выдержит и своё, и чужое.
Этот жизненный контекст часто недооценивают, когда говорят о климаксе. Обычно внимание уходит к самочувствию: что происходит со сном, настроением, телом, циклом, энергией. Всё это действительно имеет значение. Но менопаузальный переход редко совпадает со спокойным временем, когда можно неторопливо привыкать к переменам и бережно перестраивать свой ритм. Чаще всё происходит на фоне множества дел и тревог: стареющие родители, выросшие, но всё ещё нуждающиеся в матери дети, работа, дом, семейные решения, забота обо всех и почти привычное отсутствие вопроса: а как она сама? Поэтому климакс может переживаться тяжелее не только из-за изменений в теле, но и потому, что эти изменения происходят среди постоянных требований.
Очень часто в это время женщина одновременно провожает и держит.
Провожает детей — в отдельность, туда, где у них уже своя жизнь, свои ошибки и свой выбор; и держит родителей, которые стареют, болеют, тревожатся, забывают, обижаются, и всё слабее связаны с миром.
Это особое положение. Оно истощает не только физически. Оно меняет внутреннее ощущение времени.
Когда дети маленькие, жизнь часто воспринимается как бесконечная гонка, но в ней как будто есть одно негласное обещание: потом будет легче. Потом они вырастут, станет больше пространства для себя, и можно будет выдохнуть. И вот этот момент, кажется, наступает. Дети действительно становятся старше. У них появляются свой круг общения, планы, дела, а со временем — собственный дом, партнёр, семья. И то, что раньше происходило постепенно, теперь становится очевидным: у них есть свой отдельный мир, в котором мать уже не главная фигура. Казалось бы, вот он — обещанный выдох. Но вместе с ним приходит и что-то другое, о чём редко предупреждают: ощущение странной, тихой потери.
Пока дети всё дальше уходят в свою отдельность, с противоположной стороны всё настойчивее напоминают о себе родители.
Мать стареет. Отец стареет. Иногда медленно, почти незаметно. А иногда резко — после диагноза, инсульта, перелома, деменции, операции, потери супруга. И женщина, которая ещё недавно рядом с родителями могла чувствовать себя дочерью, вдруг замечает: те, на кого раньше можно было опереться, сами всё чаще нуждаются в ней. Так начинается смена ролей.
Она даётся тяжело даже при сложных отношениях с родителями: когда близости было мало, когда они были холодными, жёсткими, несправедливыми, неудобными для любви. Их старение всё равно задевает очень глубоко, потому что речь уже не только о заботе, врачах, лекарствах и бытовой помощи. Вместе с этим приходит встреча с конечностью времени: те, кто долго оставался старшим поколением, угасают, становятся уязвимыми, и старость перестаёт быть чем-то отвлечённым, чужим, отложенным на потом.
И в этой точке от женщины ждут слишком многого: она мать, дочь, часто — жена или партнёрша, человек, который помнит про лечение родителей, поездки, звонки, документы, покупки, записи к врачам, семейные праздники, примирения и решения. На ней оказываются не только дела, но и чужие тревоги: их приносят к ней, хотят, чтобы она выслушала, успокоила, подсказала, разобралась. При этом она может работать полный день и отвечать за серьёзные профессиональные задачи, потому что именно в этом возрасте карьера нередко входит в сложную зрелую фазу: задач много, а прежнего запаса не хватает. Тело всё чаще даёт понять: ждать, пока все остальные дела закончатся, уже не получается.
Вот почему так многим женщинам кажется, что они «плохо справляются» с климаксом. Но причина не в слабости женщины, а в том, что ей приходится иметь дело сразу с несколькими большими переменами: тело меняется, родители стареют, дети уже во многом обходятся без её постоянного участия, отношения с партнёром требуют новой честности, в работе всё чаще нужна большая включённость, а впереди уже не бесконечное «когда-нибудь», а вполне конкретные годы, планы, силы и ограничения. И всё это происходит не по очереди, а одновременно.
©Вероника Малова