— Ты что, с ума сошла? Почему я должен оплачивать всё это?! – выкрикнул Сергей, глядя на счета, раскиданные по кухонному столу. Его лицо перекосилось от ярости, а из глаз стреляли молнии.
Катя стояла рядом, скрестив руки на груди, и молчала. Она пыталась не дать волю слезам, хотя внутри неё уже бурлила река из обиды и боли. Она знала, что это будет, и всё-таки не была готова. Никогда не была готова.
— Ты ведь тоже зарабатываешь, – ответила она, стараясь говорить спокойно, но голос всё равно дрожал.
— Но это твои проблемы, а не мои! – Серёжа ткнул пальцем в документы. – Почему я должен платить за твои капризы? Ты взрослая, сама решай, что тебе нужно. Твоя работа, твои деньги. Это что, семейное имущество, а? Или это просто моя обязанность, оплачивать твои ошибки?!
Катя сглотнула, чувствуя, как горячие волны стыда захлёстывают её. Она знала, что не оправдает его ожиданий. Но разница в доходах всегда была между ними. И хоть они и любили друг друга, эта чертовская разница не хотела исчезать. Всё, что она делала, не становилось достаточно хорошим. Всё, что она зарабатывала, – это всего лишь мелочь по сравнению с тем, что зарабатывал он. А каждый его взгляд… каждый его жест… как будто она была неравна ему.
Ведь когда-то всё было по-другому. Когда они только начали встречаться, он казался ей идеалом — успешным, уверенным в себе, с глазами, полными амбиций. Он был её спасителем, и она верила, что с ним её жизнь изменится. Тогда, в первые месяцы, всё было легко. Они гуляли по городу, смеясь и планируя будущее, в котором она увидела только счастье. Сергей говорил: «Ты только держись рядом, и у тебя всё будет», а она верила ему. Она верила в его слова, верила в их будущее, где деньги не будут иметь значения, где не будет ни бедности, ни долгов, ни страха.
Но время шло, и реальность начала ставить свои условия. Он всегда говорил, что деньги — это не главное, что их любовь важнее всего. Но оказалось, что без денег не проживешь. И чем больше он зарабатывал, тем меньше места оставалось для неё, для её мечт, для её усилий. Его деньги стали барьером, за которым скрывался мир, в который она не могла войти. Каждый его успех становился её маленьким поражением, и каждый день её работы на нескольких работах не ощущался достойным в его глазах. Когда он возмущался из-за мелочей, она чувствовала, как из её души уходит уверенность.
«— Ты ведь можешь зарабатывать больше», — говорил он ей однажды, когда она снова прилагала усилия, чтобы покрыть расходы на месяц, — ты только не хочешь.