– Жадина! Самая настоящая, бесстыжая жадина! – Валентина Петровна завыла на весь огромный торговый центр так оглушительно, что молодые консультанты в фирменных жилетах испуганно вздрогнули, а семейная пара у соседней витрины с кофемашинами брезгливо обернулась в нашу сторону. – Родному законному супругу пожалела какие-то жалкие копейки, просто бессовестная женщина!
Мой муж, Артем, мгновенно густо покраснел до самых ушей и трусливо вжал голову в плечи, принимая свой самый любимый и привычный вид. Он всегда вел себя подобным образом, когда его эмоциональная мамочка устраивала очередной грандиозный скандал на ровном месте. Я же в этот момент просто молча стояла посреди зала и отрешенно смотрела, как эта немолодая женщина в ярости топает ногами в дорогих кожаных сапогах, купленных явно не по ее скромным средствам пенсионерки.
Внутри меня в ту секунду окончательно оформилась глухая, свинцовая усталость, которая копилась по каплям на протяжении всех трех лет нашего официального брака. Все эти три года наше семейное «мы» на самом деле означало неделимый союз меня, инфантильного Артема и его вездесущей, контролирующей каждый наш шаг матери.
В тот злополучный субботний день мы изначально направлялись в магазин электроники исключительно ради меня, поскольку мой старый рабочий ноутбук уже окончательно дышал на ладан, а у меня на работе как раз горел крупный дизайнерский проект с жесткими дедлайнами. Артем увязался со мной сугубо за компанию, чтобы поглазеть на новинки техники, а вот Валентина Петровна материализовалась рядом с нами буквально через десять минут после нашего прихода, банально заявив, что она совершенно случайно проходила мимо по своим важным делам.
Пока я сосредоточенно выбирала подходящую по техническим характеристикам модель для работы с тяжелой графикой, свекровь уже успела оккупировать соседний отдел с огромными жидкокристаллическими телевизорами.
– Артемка, ты только посмотри, какая здесь потрясающая плазма продается, с ума же можно сойти от такой четкой картинки! – Валентина Петровна переключилась на меня своим самым приторным, слащавым голоском, от которого меня всегда подсознательно передергивало. – Мариночка, ты ведь у нас знатный компьютерщик, у тебя в твоей конторе денег куры не клюют. Давай прямо сейчас оформим этот замечательный телевизор в кредит на твое имя, а то у нас дома стоит какая-то доисторическая серая коробка!
Я максимально вежливо и спокойно отказала, пояснив, что покупка мощного рабочего инструмента для меня сейчас находится в приоритете, а лишних денег на развлечения у нас в бюджете просто нет.
– А этот телевизор предназначен для всей нашей большой семьи, или ты принципиально выступаешь против интересов собственной семьи? – моментально сменила тон свекровь, начиная подозрительно прищуриваться.
– Валентина Петровна, у меня на данный момент действительно нет свободных средств на покупку дорогостоящей развлекательной техники, поскольку я приобретаю вещь для заработка, – я почувствовала, как внутри начинает медленно подниматься волна раздражения.
– Ах, вы только посмотрите на нее, у нашей барыни, оказывается, внезапно кончились все деньги! – взвизгнула пожилая женщина на весь торговый зал. – А на покупку новенького автомобиля у тебя, значит, средства в свое время нашлись, и на капитальный ремонт в квартире тебе тоже денег вполне хватило?
От упоминания этих вещей меня окончательно прорвало, потому что свекровь затронула самые больные и несправедливые темы нашего совместного быта.
Мой аккуратный японский хэтчбек, ласково именуемый мной «вишенкой» за сочный бордовый цвет, был приобретен мной на честно заработанную премию еще за полгода до официальной регистрации брака с Артемом. Однако Валентина Петровна почему-то искренне считала этот автомобиль нашей общей семейной собственностью, регулярно требуя отвезти ее на дальнюю дачу, забрать ее многочисленных подруг с вокзала или дать машину Артемке, чтобы он мог съездить с друзьями на ночную рыбалку. Сам Артем при этом машину никогда не водил из-за панического страха перед оживленным городским движением, зато его мама обожала кататься на пассажирском сиденье с видом истинной королевы.
С нашей жилплощадью история была еще более прозаичной, поскольку мы проживали в моей уютной однокомнатной квартире, которая досталась мне по наследству от любимой бабушки. Артем переехал ко мне со своими немногочисленными вещами сразу после ЗАГСа, а уже через месяц свекровь завела бесконечную волынку о том, что ее сыночку жизненно необходима постоянная прописка по месту жительства, ведь муж не должен жить в квартире жены на правах бесправного примака. Я тогда с большим трудом отбилась от этого наглого напора, придумав какую-то мифическую историю про потерю очереди на субсидию, после чего Валентина Петровна сильно надулась, но временно отступила.
Ремонт в этой квартире я тоже затеяла исключительно на свои личные сбережения, пока Артем увлеченно лежал на диване и раздавал мне ценные дизайнерские указания. Вся его скромная зарплата системного администратора уходила на покупку действительно «нужных», по его мнению, вещей: дорогостоящей игровой приставки, навороченного квадрокоптера и бесконечной доставки готовой еды, поскольку мою домашнюю полезную еду он презрительно именовал безвкусной травой.
– Жадина! – с упоением повторила свекровь, буквально брызгая слюной от переполнявшей ее злости. – Абсолютно все гребешь только под себя, а моему бедному сыну за все время даже на приличную бутылку пива денег не выделила!
Артем продолжал трусливо молчать, уставившись невидящим взглядом в глянцевый пол магазина, и даже не пытался заступиться за меня. Он никогда не защищал меня, когда его мать бесцеремонно входила в нашу квартиру своим ключом без стука, когда она критиковала мои постные супы или требовала отдать ей мой старый смартфон в подарок. И вот этот дикий вопль посреди торгового центра стал той самой последней каплей, которая окончательно переполнила чашу моего терпения.
– Валентина Петровна, а вы никогда не задумывались о том, что я бы с огромной радостью выделяла ему деньги на любые расходы, если бы ваш сын хоть раз за последний год принес домой свою законную зарплату, а не отдавал ее вам в полном объеме на какое-то загадочное сохранение? – я улыбнулась так холодно, как только могла.
Наступила та самая звенящая, мертвая тишина, от которой становится не по себе. Свекровь мгновенно захлопнула рот, а парень-консультант, который до этого усердно делал вид, что протирает салфеткой верхнюю полку, испуганно замер на месте.
Артем медленно поднял на меня свои глаза, и в них отразился вовсе не стыд за содеянное, а самый настоящий, первобытный ужас от того, что его тайный обман наконец-то раскрылся. Как выяснилось чуть позже, мой «успешный компьютерщик» уже больше года работал на полставки за сущие копейки, а все остальное свободное время увлеченно играл в онлайн-танки прямо на рабочем месте. Чтобы я ничего не заподозрила, он каждый месяц дисциплинированно отдавал свою крошечную получку маме, которая обеспечивала ему надежное алиби и старательно прикрывала любимого сына от меня.
Я молча развернулась, спокойно дошла до кассы со своим новым рабочим ноутбуком, оплатила покупку картой и направилась к выходу на подземную парковку. Муж вместе со своей матерью догнали меня уже возле автомобиля, когда я укладывала коробку на заднее сиденье.
– Марина, ты что за ахинею вообще несешь при посторонних людях, ты же только что позорно выставила дураком меня и мою родную мать! – шипел Артем, трусливо оглядываясь по сторонам.
– Нет, Артем, это ты сам очень успешно позорил себя на протяжении целого года, а я просто наконец-то назвала все вещи их настоящими именами, – я решительно нажала на кнопку брелока, садясь за руль.
– Ты сейчас же выйдешь из машины и извинишься перед мамой за свою несусветную дерзость! – муж попытался грубо схватить меня за локоть через открытую дверь.
Я посмотрела сначала на его пальцы, сжимающие мою куртку, а затем заглянула ему прямо в глаза, в которых не осталось ничего от того человека, за которого я когда-то выходила замуж.
– Артем, разворачивайся и топай вместе со своей мамочкой к ней домой, у тебя есть ровно два часа на то, чтобы полностью собрать свои вещи и освободить мою квартиру. Можешь забрать с собой свою любимую игровую приставку и квадрокоптер, потому что больше на моей личной территории они никогда не появятся.
– Ты что, действительно выгоняешь меня из нашей общей семейной квартиры? – он совершенно опешил от моих слов, выпучив глаза.
– Из моей личной квартиры, Артем, в которой ты, к твоему огромному счастью, так и не успел официально прописаться благодаря бдительности твоей мамы.
Я завела мотор, включила погромче музыку и плавно выехала с парковочного места, оставив мужа колотить руками по стеклу, пока свекровь что-то яростно кричала мне вслед про раздел совместно нажитого имущества. Поздним вечером они заявились вдвоем, и Валентина Петровна долго пыталась буквально выломать входную дверь, пока я с помощью вызванного мастера спокойно меняла дверные замки. Артем в это время уныло сидел на грязной лестничной клетке посреди своих многочисленных коробок и громко ругался со своей матерью, обвиняя её во всех смертных грехах.
Мне в итоге пришлось вызвать наряд полиции, и приехавший участковый долго и сочувственно качал головой, внимательно проверяя мои документы на собственность и констатируя полное отсутствие у моих родственников законной прописки. Вере Михайловне выписали вполне весомый административный штраф за мелкое хулиганство, после чего они наконец-то убрались восвояси.
С тех пор прошло около полугода, и наш официальный развод завершился на удивление быстро, поскольку делить копеечную игровую приставку Артем в суде постеснялся. Я успешно доделала тот сложный проект на новом ноутбуке, получила долгожданное повышение по службе и теперь чувствую себя абсолютно счастливым человеком.
Вчера я случайно встретила их в крупном сетевом супермаркете возле дома, где Валентина Петровна с точно такой же яростью, как когда-то на меня, громко кричала на испуганную девочку-кассиршу из-за изменившейся цены на обычную гречневую крупу. Артем понуро толкал впереди себя полупустую продуктовую тележку, заметно похудел и выглядел невероятно серым и уставшим. По всей видимости, мамины фирменные котлеты оказались далеко не такими вкусными, когда они стали его единственной доступной едой на каждый день, а не приятным дополнением к моим полезным блюдам. Они меня даже не заметили, а я спокойно положила в свою корзину спелое авокадо, бутылку хорошего белого вина и с легким сердцем пошла в сторону кассы самообслуживания.