Пришла мысль, что Владимир Ленин и Димитрий Смирнов (который, кстати, люто ненавидел Ленина) очень похожи.
Чем они похожи?
С одной стороны, от природы и тот, и другой были одарены умом, были людьми харизматичными и мудрыми в практическом отношении.
С другой стороны, оба они были совершенно беспомощными теоретически.
Они могли бы использовать ресурсы своих талантов и обогатить человечество конструктивными идеями. Но, будучи пораженными последствиями догматического мышления, загубили свои таланты.
Смирнов мало читал, Ленин якобы много.
Но искусство читать - это не переводить буквы в слова, это искусство, которому надо учиться всю жизнь. Ленин так, в целом, и не научился читать.
Конечно, чтение отразилось на его интеллекте, но отразилось несопоставимо слабее, по сравнению с тем, как могло бы отразиться.
Он просматривал много текстов, надергивал из них то, что казалось ему полезным, но мало задумывался над прочитанным. Поэтому и пользы для себя он извлек из текстов мало. Все ленинские идеи нерабочие. Кроме идей, навязанных ему практикой и идущих против его основных идей.
Теория - это не болтовня, оторванная от практики. Теория - это идейный аппарат, который должен совершенно органично взаимодействовать с практикой, влиять на нее и преобразовывать ее.
Ленин симулировал владение теорией, и не владел ей реально.
Я разбирал многие ленинские статьи. Можно посмотреть у меня в ЖЖ тэги, связанными с его статьями. Они начинаются со слова "Ленин".
https://pycckomy.livejournal.com
Тексты Ленина спонтанны и малосистемны, а тексты Смирнова еще более спонтанны.
Следует еще заметить, что Смирнов и в практическом отношении не совсем организованным был. Его семинары и проповеди были интересными, но почти полностью импровизированными. Не думаю, что если бы Смирнову досталась в руки власть, он смог бы удержать ее и наладить хоть какое-то хозяйство, как наладил его, в свое время, Ленин.
Что меня удивляет в них обоих?
Удивляют проблески интеллекта, которые несмотря на поражение их мозга догматизмом, находили свой выход в некоторых их мыслях. Мыслях, которые мудры, смелы, нестандартны и проникновенны.
Приведу примеры.
Ленин (из текста, записанного 30 декабря 1922 года):
"Если дело дошло до того, что Орджоникидзе мог зарваться до применения физического насилия, о чем мне сообщил тов. Дзержинский, то можно себе представить, в какое болото мы слетели. Видимо, вся эта затея «автономизации» в корне была неверна и не своевременна.
Говорят, что требовалось единство аппарата. Но откуда исходили эти уверения? Не от того ли самого российского аппарата, который, как я указал уже в одном из предыдущих номеров своего дневника, заимствован нами от царизма и только чуть-чуть подмазан советским мирром.
Несомненно, что следовало бы подождать с этой мерой до тех пор, пока мы могли бы сказать, что ручаемся за свой аппарат, как за свой. А сейчас мы должны по совести сказать обратное, что мы называем своим аппарат, который на самом деле насквозь еще чужд нам и представляет из себя буржуазную и царскую мешанину, переделать которую в пять лет при отсутствии помощи от других стран и при преобладании «занятий» военных и борьбы с голодом не было никакой возможности. При таких условиях очень естественно, что «свобода выхода из союза», которой мы оправдываем себя, окажется пустою бумажкой, неспособной защитить российских инородцев от нашествия того истинно русского человека, великоросса-шовиниста, в сущности, подлеца и насильника, каким является типичный русский бюрократ".
Несмотря на централизованный характер партии большевиков, несмотря на гимн насилию, несмотря на враждебность к царскому режиму, Ленин осуждает насилие, требует гарантии самостоятельности республик и не боится называть советский аппарат буржуазной и царской мешаниной.
Смирнов (из интервью, данного в 2014 году):
«Это моя земля… Киев… мать городов русских, а я сын России, ну что тут рассказывать, это все равно, что сербам объяснять, что такое Косово… Политически я соглашусь, мне не важно, я могу на границе паспорт показать, на границе с Ярославлем тоже могу паспорт показать. Но это как бы ничего не меняет. Если администрация говорит, что здесь граница, то я, понятно, уважаю, я же не могу драться с пограничниками… Но для меня этого барьера-то нету. Все вокруг говорят на русском языке, а кто на украинском, так мне еще слаще…»
О современных священниках-униатах: «…Мне интересно было бы посмотреть на своих ребят, с кем вместе учились, вот что они об этом думают… не приезжают… Но если будет мир, на старости лет на пенсию выйду, съезжу… Я их всех любил, я их всех помню, у меня никаких нету… Никакого вообще антагонизма.. Вообще мне нравится и карпатская, и закарпатская архитектура деревянная, очень русинов люблю…».
Смирнов спокойно реагирует на факт, что Россия административно разделена, не проявляет распространенной враждебности к украинскому языку и не демонстрирует антагонизма к униатству.
Не совсем ясно, насколько сильно на нас оказывает влияние среда, и в какой степени итог нашей деятельности зависит от нас самих. Поэтому сложно судить, были ли у Смирнова и Ленина реальные альтернативы.
Но несмотря на то, что Смирнов и Ленин загубили свои таланты, они были яркими, интересными людьми. И кто знает, если бы они изначально попали в хорошие руки, не принесли бы они заметную пользу человечеству?
P.S. Дал Дипсику статью на рецензию, и оказалось, что Дипсик знает Ленина, но не знает Смирнова: "Когда и где жил Смирнов? Кто он? Без этого он для читателя — пустое место. Вы предполагаете, что все знают Димитрия Смирнова. Я, например, не узнал его с ходу (если это не Смирнов-Троицкий из «Кино», то кто? Уточните!)".
Поэтому историческая и географическая справка: Димитрий Смирнов - протоиерей РПЦ (1951-2020). Жил в Москве.