За осокой действительно была тропа. Узкая полоска земли между деревьями, которую, наверное, протоптали лоси. Или кабаны. Боня с Люсей торопились. Их подгоняли страх и голод. Они не умели добывать еду. Чтобы не ослабеть, приходилось есть траву, которую искали интуитивно. Они наконец-то поняли, что у них есть только одна возможность остаться в живых — вернуться домой. Они даже согласны были провести все оставшиеся годы в коридоре на голом полу.
Лес готовился к зиме. Берёзы стояли золотые, осины — багряные. Деревья уже облетали, листья кружились в воздухе и ложились на землю мягким шуршащим ковром. Идти по нему было приятно, но грустно: каждый шаг напоминал, что лето кончилось. Птицы уже не пели так звонко, ворчливо каркали вороны, где-то долбил кору дятел. Комары, которые ещё несколько дней назад доставали всех, почти пропали. Муравьи закрывали свои муравейники, затыкали входы хвоей и сухой травой. Белки деловито сновали туда-сюда, таскали орехи, шишки, грибы.
У старой берёзы Боня с Люсей решили отдохнуть, забрались наверх и задремали. Они теперь не спали так крепко, как на бабушкином диване, — они теперь всегда были начеку.
— Цок-цок-цок, — услышали кошки сквозь сон и тут же открыли глаза. Перед ними сидела рыжехвостая белка.
— Ну и ну! — воскликнула она. — Кошки! Из Останкина! Вас ещё не съели? Поздравляю.
— Здравствуйте, — сказала Люся, пытаясь придать голосу максимальную вежливость. — Очень рады познакомиться. Мы ищем дорогу к дальней реке. Нам сказали, что белки знают.
— Знаем, — гордо ответила белка. — Белки всё знают. Мы тут главные. Но за всё надо платить. У вас есть орехи, жёлуди, шишки? Хоть что-нибудь?
Боня с Люсей переглянулись. У них ничего не было, кроме усталости.
— Нет. Извините, — призналась Боня. Белка задумалась. Потом вздохнула с видом великомученицы.
— Ладно, — она махнула пышным хвостом. — Помогу за недорого. Перенесёте мои орехи. А то я много насобирала, как бы не растащили.
Кошки вздохнули: если хочешь попасть домой, согласишься на любой бартер.
— Хорошо, — сказала Люся.
— Вон там, — белка показала в сторону зарослей орешника. — А таскать сюда, к этой берёзе. Здесь у меня большое дупло. Третий этаж, с видом на поляну. Очень удобно.
Орехов было около трёхсот. Боня, у которой пасть была пошире, таскала по три ореха за раз. Люся, с её маленькой мордочкой, — по два. Белка сидела на ветке и давала указания. Иногда она тоже таскала, чтобы показать, как надо. Кошки бегали от лещины к берёзе и обратно, как заводные. К вечеру работа была закончена. Все триста орехов, аккуратно сложенные, лежали в дупле.
— Молодцы, — сказала белка, оглядывая запасы. — Не ожидала. Я думала, вы сдадитесь после первой сотни.
— Мы домашние кошки, — гордо ответила Боня, вытирая морду лапой. — Мы не сдаёмся. Даже когда очень хочется.
— Ладно, — усмехнулась белка. — Слово за мной.
Глава восемнадцатая