Юля посмотрела на экран телефона. Катя прислала приглашение в общий чат: «Девочки, жду вас в субботу в 18:00 в кафе «Мята». Будет весело!»
Юле тридцать лет. Двое детей, дочка Яна и сын Тимка. Развод. Офисное кресло, которое помнит ее спину лучше, чем любой мужчина за последние два года. И вот это приглашение, от которого обрадовалась.
- Тимка, не бегай по коридору! Яна, надень носки, холодно! - крикнула Юля, зажимая телефон плечом.
На том конце провода Катя щебетала про сюрпризы и караоке.
- Юль, ты придешь? Обещаю, будет классно, и без этих твоих слов: «у меня дети».
Юля хмыкнула.
- Твои дети. Твои проблемы. Твой развод. Твой возраст… Я подумаю, - ответила она.
В субботу Павел, бывший муж, опоздал на два часа, он приходил к детям по выходным. Яна плакала, потому что хотела, чтобы мама заплела ей волосы «как у принцессы», а Тимка спрятал левый ботинок. Когда Юля наконец застегнула молнию на единственном платье, которое еще не выглядело мешковато, часы показывали почти шесть вечера.
- Поеду. Хотя бы на час.
В кафе играла музыка. Девушки из бухгалтерии уже пригубили шампанское, а Марина из отдела продаж рассказывала про своего нового молодого человека с такой интонацией, будто защищала диплом на тему «Мое счастье, которое вы все должны видеть».
Катя увидела Юлю, взвизгнула и бросилась обниматься.
- Ты пришла! Какая ты красивая! Садись, сейчас торт принесут.
Юля присела за стол, взяла бокал с соком. Слушала. Кивала. Улыбалась в нужных местах.
Лена из смежного отдела, высокая блондинка с вечно недовольным лицом, наклонилась к ней:
- А твой где?
- В разводе. Уже год, - ровно сказала Юля.
- Ой, прости. Я не знала. Детям тяжело, наверное.
Юля допила сок. Заиграла медленная музыка, знакомая. Кого-то пригласили танцевать. Юля осталась сидеть. К ней подсела Катя, виновница торжества, уже немного поддатая и оттого непривычно серьезная.
- Юль, ты чего грустная?
- Я не грустная. Я устала.
- Это одно и то же, когда тебе тридцать с двумя детьми и бывшим, который приходит только по графикам.
Юля удивилась такой точности.
- Ты тоже разведена, что ли?
Катя рассмеялась:
-Нет. Но я внимательная. Слушай... Я попросила певца спеть одну песню. Для тебя.
Юля не поняла, но кивнула.
Парень у микрофона взял аккорды. И вдруг полилось что-то старое, что крутили по радио, когда Юля училась в институте. Песня, под которую они с Павлом целовались на лавочке у общежития. Глупые стихи про «никогда не говори прощай». Юля закрыла лицо руками. Не от стыда. От того, что кто-то вспомнил, какая она была. До «твоих детей».
- Я не заказывала эту песню, - прошептала она.
Катя пожала плечами:
- Может, это он сам. Может, ты ему понравилась. Ты хоть иногда смотришь в зеркало, Юль.
Она не смотрелась. Но сейчас подняла глаза. Парень у микрофона улыбался. Незнакомый. Молодой. Ничего не знающий о ее жизни. Юля вытерла щеки салфеткой, взяла бокал с шампанским и улыбнулась в ответ. Не той дежурной офисной улыбкой, а настоящей.
Потом она отправила Павлу сообщение: «Я задержусь. На ночь детей оставляю у тебя. Это не обсуждается».
И выдохнула. Впервые за долгое время полной грудью.
Торт принесли ровно в девять. Юля съела два куска и не посчитала калории. Катя шепнула на ухо:
- Знаешь, я пригласила тебя, потому что ты единственная, кто не обсуждал мой отчет на планёрке.
- Твой отчет был нормальным, - пожала плечами Юля.
- Вот именно. Ты единственная, кто вообще слушает. А не делает вид.
Домой Юля вернулась в двенадцатом часу. Пустая квартира пахнула тишиной. Сначала хотелось заплакать оттого, что Тимкины носки не разбросаны по коридору, а заколка Янки не валяется на кухне.
Но потом она сняла платье, заварила чай, включила ту самую песню в наушниках. И поняла, что дом - это не только шум маленьких ног. Это еще и вот эта тишина, в которой можно наконец услышать себя.
- А неплохой был вечер, - подумала Юля и заснула с улыбкой.
А утром пришло сообщение с незнакомого номера: «Вы сегодня будете на презентации? Я тот самый певец из кафе - Денис. Можно угостить кофе? Просто так, без повода».
Юля посмотрела на телефон и набрала: «Буду. Кофе черный, без сахара. И спасибо за песню».
Первые две недели всё было как в кино. Денис встречал Юлю после работы с букетом. Он пел для неё в кафе, когда было мало народу, и смотрел так, будто она единственная женщина в мире. Юля таяла. И пропадала.
Сначала раз в неделю. Потом через день. Потом мать перестала скрывать недовольство.
- Юлька, ты детей на кого кидаешь? У меня свои дела. У тебя работа, между прочим.
- Мам, я тебя умоляю, Тимка спит уже, Яна уроки сделала. Я на два часа.
- На два часа она… Всю неделю на два часа. Знаю я эти «два часа». Мужчина? - Юля молчала.
- И откуда он? Из того кафе? - мать поджала губы. - Ресторанный певец... Юль, ты умная девушка, в тридцать лет с двумя детьми хватаешься за любого, кто ласково посмотрит. Только они все на одну колодку. Сегодня тебе один поет, завтра другой.
- Мам, прекрати! - Юля бросила сумку на диван. - Ты его не знаешь.
- А ты… сколько ты его знаешь...месяц? Два? Уж кого-кого, а мужчин я за свою жизнь повидала, - она хлопнула дверью.
Денис был другим. Он помнил, как зовут Яну и что Тимка боится темноты. Он говорил, что не против детей, что он подумает, как они могут устроить жизнь.
Юля почти поверила.
В тот вечер она решила сделать сюрприз. Денис сказал, что будет выступать до десяти, а потом свободен. Юля оставила детей у матери, та закатила глаза, но не отказала и поехала в кафе без приглашения. Она вошла в зал. Улыбнулась знакомому бармену. Посмотрела на сцену.
Дениса там не было.
Он стоял у колонны и танцевал. Не вальс, а просто дурачился, но в ритм музыке с красивой женщиной. Высокой. Худой. В облегающем платье, которое стоило, как Юлина зарплата за месяц. Её волосы были идеально уложены, смех громкий и свободный.
Денис смеялся тоже. А потом взял её за руку, и они скрылись за дверью с табличкой «Служебный вход».
Юля стояла посреди зала. Кто-то задел её плечом, извинился. Музыка играла дальше.
- Все они на одну колодку – вспомнила слова матери.
Она развернулась и вышла. Не хлопнула дверью. Не заплакала. Просто села в такси и назвала адрес... У подъезда стоял Павел. В старой куртке, с синяками под глазами, злой и взъерошенный.
- Юля! Ты почему на телефон не отвечаешь? Мать твоя мне звонит уже полчаса! Отец в больнице. Инфаркт. Она детей оставила дома, а меня попросила приехать к ним.
Юля схватилась за сердце.
- Что? Как? Он же…
- Я не знаю как. Вызывай такси. Я с детьми посижу.
Она трясущимися пальцами набрала номер матери. Та рыдала в трубку.
- Папа в реанимации. Приезжай сейчас же.
- Я уже еду. Мам, он выкарабкается?
- Врачи ничего не говорят.
Всю ночь они с матерью просидели в больничном коридоре. К восьми утра из дверей вышел уставший врач.
- Кризис миновал. Ваш муж крепкий. Ещё бы полчаса, не ручался бы. Но теперь всё будет хорошо. Покой, диета, никаких стрессов.
Мать разрыдалась. Юля обняла её, и они так стояли две женщины, которые чуть не потеряли главного мужчину в своей жизни. На обратном пути в такси Юля смотрела в окно. Рассветное солнце пробивалось сквозь панельные дома. Она вспомнила, как Денис гладил её по щеке, обещал море и путешествия. Смешно. Море... А отец лежал в реанимации, пока она была в кафе.
- Хватит с меня безумных гулянок.
Дома был Павел, тоже не спал, видно по его виду.
- Паш, - тихо сказала она. - Спасибо тебе, что приехал, что был рядом с детьми.
Павел молчал минуту. Потом заговорил неуклюже, как всегда, когда речь шла о чувствах.
- Юль, я без тебя… Детям нужен отец. И не только по выходным. В общем, давай съедемся. Заново, как раньше. Ты устала. Дети скучают. И я скучаю по дому, по твоему ворчанию, если я не снял обувь.
Юля засмеялась сквозь слёзы.
Она взяла его за руку. Шершавая, знакомая, тёплая ладонь. Не та, которая брала микрофон и обещала море. А та, которая держала коляску, меняла колёса в её машине.
- Давай попробуем, - сказала Юля. - Но если ты снова не будешь мыть за собой кружку, я прибью тебя подушкой.
- Идёт.
Дети выскочили из комнаты, Тимка повис на Павле, закричал: «папа!». Яна сначала отвернулась, но потом всё же подошла и тихо сказала:
- Ты остаешься? Надолго?
Павел присел на корточки:
- Насовсем, Яночка. Если вы меня примете.
А вечером, когда дети уснули, Павел мыл посуду, Юля достала телефон и удалила переписку с Денисом. Ни одного сообщения так и не пришло.
- Мать была права,- подумала Юля. - Но она не права в одном. Не в тридцати дело. Не в детях. И не в разводе. А в том, кого выбираешь. Я выбирала красивые обещания. А надо было уставшие глаза и грязную кружку в раковине.
Она подошла к Павлу, обняла со спины, уткнулась носом в плечо.
- Что? - спросил он.
- Ничего. Просто хорошо, что ты дома, - и это было больше, чем все песни мира.
Спасибо за прочтение, подписки и вашу поддержку. Удачи и добра всем!
- Можно почитать и подписаться на мой канал «Акварель жизни».