Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Валентина Хлистун | Этикет

Русский императив: выставка, о которой все говорят

Есть выставки, на которые идешь «для галочки». Есть – потому что все обсуждают. А есть те, после которых почему-то начинаешь внимательнее смотреть на людей в метро, дольше молчишь по дороге домой и потом несколько дней мысленно возвращаешься к одной-единственной картине. Для меня такой стала выставка «Русский императив». Кстати, о ней я совсем недавно писала в своем Культурном вестнике, афише событий и мест, куда мне действительно хочется идти самой. Мне всегда хотелось делать его именно таким: не «обзором культурной повестки», а личной рекомендацией. Потому что, как показывает практика, самые интересные места мы обычно советуем друг другу не как критики, а как друзья. И вот наконец я добралась до Манежа. Само пространство, конечно, работает на впечатление почти сразу. Петербургский Манеж – это бывший Конногвардейский манеж начала XIX века, огромное классицистическое здание рядом с Исаакиевской площадью. Когда-то здесь тренировали лошадей лейб-гвардии, а теперь – современное выставочн

Есть выставки, на которые идешь «для галочки». Есть – потому что все обсуждают. А есть те, после которых почему-то начинаешь внимательнее смотреть на людей в метро, дольше молчишь по дороге домой и потом несколько дней мысленно возвращаешься к одной-единственной картине.

Для меня такой стала выставка «Русский императив».

Кстати, о ней я совсем недавно писала в своем Культурном вестнике, афише событий и мест, куда мне действительно хочется идти самой. Мне всегда хотелось делать его именно таким: не «обзором культурной повестки», а личной рекомендацией. Потому что, как показывает практика, самые интересные места мы обычно советуем друг другу не как критики, а как друзья.

И вот наконец я добралась до Манежа.

Само пространство, конечно, работает на впечатление почти сразу. Петербургский Манеж – это бывший Конногвардейский манеж начала XIX века, огромное классицистическое здание рядом с Исаакиевской площадью. Когда-то здесь тренировали лошадей лейб-гвардии, а теперь – современное выставочное пространство с почти театральным ощущением масштаба. И именно в таком пространстве особенно остро ощущается тема выставки: человек внутри большой истории.

-2

«Русский императив» – проект о том, как русское искусство на протяжении двух столетий говорило о войне, памяти, силе, страхе, потерях и внутреннем достоинстве человека. Причем выставка устроена не как учебник истории с хронологией и подписями «кто победил кого». Скорее как эмоциональный маршрут.

Ты буквально переходишь из одного состояния в другое. Где-то – парадность. Где-то – тревога. Где-то – очень тихая человеческая боль.

В экспозиции собрали совершенно невероятный список художников: Репин, Верещагин, Петров-Водкин, Васнецов, Кандинский, Самохвалов, Гелий Коржев, Вера Мухина, Александр Дейнека, Юрий Пименов. Причем рядом с классиками – современные авторы, и из-за этого возникает очень странное ощущение: будто разные эпохи вдруг начинают разговаривать между собой.

Но при всей масштабности выставки меня неожиданно остановила одна довольно «тихая» работа. Юрий Пименов. «Фронтовая дорога». 1944 год.

-3

И вот здесь случилось что-то очень личное. Я очень люблю его «Новую Москву», наверное, одну из самых красивых картин о предчувствии жизни вообще. Там женщина за рулем кабриолета, солнечный город, движение вперед, воздух, молодость. И только сейчас я вдруг поняла, что этот прием – смотреть на мир будто изнутри автомобиля, изнутри движения – у Пименова вообще становится почти авторским языком.

Только в «Фронтовой дороге» всё уже другое. Та же перспектива. Та же дорога вперед. Тот же взгляд из машины.

Но вместо новой счастливой Москвы – разрушенный войной город. И от этого совпадения становится почти физически не по себе. Причем самое сильное в этой картине даже не руины. А девушка за рулем.

Про нее почти ничего неизвестно. Искусствоведы обычно говорят о «собирательном образе», но у Пименова женщины вообще никогда не выглядят декоративными фигурами. В них всегда есть какая-то удивительная внутренняя жизнь. Кажется, будто художник подсмотрел не позу, а мысль.

И мне ужасно понравилось это ощущение.

Что перед тобой не «героиня плаката», не символ, не красивая композиция ради композиции. А человек, который устал. Который едет вперед. Который всё равно живет.

-4

Позже я решила подробнее почитать про эту работу и выяснила, что «Фронтовая дорога» хранится в коллекции Русского музея. Причем исследователи отдельно пишут, что Пименов сознательно использовал тот же художественный прием, что и в «Новой Москве»: зритель будто внезапно «въезжает» в пространство картины и становится участником происходящего.

И, честно, мне кажется, именно поэтому работа так цепляет. Ты не смотришь на войну со стороны. Ты оказываешься внутри дороги.

Вообще, в этом и есть главная сила всей выставки. Она не пытается быть стерильно музейной. Не боится эмоций. Не прячется за академическим языком. Где-то она очень тяжелая. Где-то спорная. Где-то даже слишком прямолинейная.

Но равнодушным выйти сложно. И, наверное, это тот редкий случай, когда после выставки хочется не срочно выложить сторис, а сначала немного подумать.

-5

Если вдруг тоже захотите сходить: выставка проходит в Манеже до 7 июня. Есть экскурсии, публичная программа и аудиогиды, а билеты можно купить онлайн.

А я уже открыла новый Культурный вестник с событиями на неделю и снова сижу с ощущением, что в сутках катастрофически мало времени. Потому что хочется быть буквально везде.