«Почему у меня нет твоей фамилии?» — спросила дочь у режиссёра после окончания девятого класса.
— Потому что я не твой отец, — ответил он.
— Зоя, ты Кайдановская или Симонова? — этот вопрос всю жизнь преследует актрису. В анкетах она пишет одно, в документах — другое, на афишах — третье. Сама себе придумала тройную жизнь.
Однажды в школе учительница вызвала её к доске и громко объявила:
— Кайдановская, к доске!
Зоя поднялась, подошла, чётко ответила урок. А после занятия тихо сказала:
— Пожалуйста, называйте меня Симоновой.
Так и сделали. Это было её маленькой победой.
Потом была ещё одна — она уговорила мать сменить фамилию в паспорте. Теперь Зоя Александровна Симонова живёт, а Зоя Кайдановская играет на сцене. По документам — мамина дочка. По творчеству — папина наследница. И эти две жизни так и не срослись в одну.
Девочка с бабушкиного английского
Зоя родилась 5 ноября 1976 года в Москве. Её назвали в честь прабабушки, которая умерла за четыре дня до этих родов. Одна жизнь ушла, другая пришла. Имя это, как оказалось, выбрали очень точно: с греческого оно переводится как «жизнь».
Папа — Александр Кайдановский, тот самый Сталкер из фильма Тарковского, актёр, которого называли гением и мистиком. Мама — Евгения Симонова, любимица миллионов, девчонка из «Афони» и «Обыкновенного чуда». Казалось, быть счастливым ребёнком в такой семье — это вообще не проблема. Только вот кто им занимался, пока звёздные родители пропадали на съёмках?
Бабушка, Ольга Сергеевна Вяземская.
С трёх с половиной лет она учила внучку английскому. Изучали живопись, музыку, слушали пластинки. Бабушка была строгой и педантичной, но именно она стала для Зои главным взрослым человеком.
А отец? Он появлялся редко. Маленькая Зоя могла часами сидеть на стульчике в коридоре в надежде, что он придёт. И иногда он действительно приходил. Но эти встречи были эпизодическими, как кадры из плохо склеенного фильма.
Когда Зое исполнилось четыре года, родители развелись. В доме стало ещё тише.
Семья, в которой мама всегда была занята, папа — человек сложный и неуловимый, а бабушка всё время требовала успехов. Никто не спрашивал ребёнка: а хочешь ли ты быть частью этой династии? Она просто оказалась в ней, как в театре, где все роли уже расписаны. И Зоя играла ту, которую ей дали.
Развод родителей, которого никто не замечал
Взрослым эта история кажется мелодрамой, а ребёнку — просто жизнью.
Александр Кайдановский и Евгения Симонова познакомились на съёмках фильма «Пропавшая экспедиция» в 1974 году. Играли влюблённых — и действительно влюбились. Евгения в тот момент была помолвлена с однокурсником, Александр был женат. Но страсть пересилила всё.
В 1975 году они поженились.
В начале всё выглядело идеально. Симонова стала для Кайдановского утешением после всех его проблем. Но потом началось то, что происходит в самых красивых браках, когда заканчиваются медовые месяцы. Кайдановский ревновал жену, сам при этом изменял, не возвращался домой ночью, скандалил при четырёхлетней дочери.
Евгения не хотела расставаться. Однажды, во время ссоры, она даже грозила выпрыгнуть из окна. Но самым больным местом стала конкуренция. У Симоновой было много ролей, её узнавали на улице, а Кайдановский — даже после «Сталкера» — не выносил, что жена популярнее.
В 1980 году брак распался. Зое тогда было четыре.
Маленькая девочка ничего не поняла из этой взрослой драмы. Она просто осталась с мамой и бабушкой в той самой двухкомнатной квартире в центре Москвы. А папа ушёл. И где он пропадал, никто не объяснял.
Жизнь на два дома — и нигде своего
Когда Зое исполнилось четыре, в её жизни появился новый взрослый — Андрей Эшпай, режиссёр. Он влюбился в Евгению на съёмках и стал для девочки вторым отцом. И даже больше — настоящим.
Эшпай был совершенно другим человеком, чем Александр Кайдановский. Он был надёжным, заботливым, душевно щедрым. Он не пропадал на недели, не забывал про дни рождения, не заставлял ждать в коридоре. Он просто был рядом.
И Зоя привязалась к нему всем сердцем.
С годами это привело к странному раздвоению. Её настоящий отец — Александр Кайдановский — звонил иногда, появлялся редко, жил своей сложной жизнью. А Андрей Эшпай водил её в школу, помогал с уроками, переживал из-за её первой влюблённости. И для девочки ответ был очевиден: отцом был тот, кто был рядом каждый день.
Так началась история с фамилией.
Изменить имя: самый сложный подростковый бунт
В 11 лет Зоя объявила матери: больше никакой Кайдановской. Не хочу носить фамилию человека, который с нами не живёт.
Евгения Симонова сначала возражала. Она всё ещё считала Кайдановского гением и хотела, чтобы дочь продолжала его род. Но Зоя была настойчива. И мать уступила: в паспорте появилась новая запись — Зоя Александровна Симонова.
Почему не Эшпай?
Зоя хотела именно так. Чтобы в семье были все свои: мама — Симонова, отчим и сестра Маша — Эшпаи, а она — тоже Симонова. Это давало ощущение единства. До этого она чувствовала себя отщепенцем в собственной семье — с чужой фамилией, которая всё время напоминала о другом человеке.
Годы спустя в интервью она объяснила это очень просто: я была ребёнком, которому хотелось чувствовать себя частью семьи, а не напоминанием о прошлом. Это не было ненавистью к отцу. Это была просто потребность в единстве.
В 15 лет она подружилась с Александром Кайдановским по-настоящему. Они вместе ездили в Испанию, много общались, говорили о книгах, музыке, кино. Зоя обнаружила, что у них одинаковые привычки — например, сосредоточенно сопеть, когда думаешь. И что у них общие литературные вкусы: роман Майринка «Голем» читали оба, независимо друг от друга.
Но фамилию обратно менять не стала.
Вернувшись к актёрской карьере, она взяла творческий псевдоним Кайдановская — чтобы не путали с мамой и не было ощущения «дочки знаменитой актрисы». А по паспорту осталась Симоновой. Так и живёт с двойной идентичностью.
Когда отец умер — не пришла на похороны
3 декабря 1995 года Александр Кайдановский умер от третьего инфаркта. Ему было 49 лет.
Зоя на похороны не приехала. Позже объясняла: заболела гриппом, лежала с высокой температурой.
Кто-то не поверил. Кто-то заподозрил, что причина не в болезни. Что дочь, которая сменила фамилию, просто не захотела прощаться.
Сама Зоя всю жизнь не комментировала эту версию. А на могилу пришла лишь на сороковой день. Тогда она впервые в жизни стояла у свежей земли, где лежал человек, которого она так и не научилась называть папой.
Три брака, поиск счастья и материнство
В личной жизни Зоя повторила судьбу мамы. Тоже три брака. Тоже долгий поиск того, кто останется рядом.
Первый муж — Максим Славкин, однокурсник по ГИТИСу. Они влюбились, поженились. В 1999 году родился сын Алексей. Но брак трещал по швам. Зоя сидела дома с маленьким ребёнком, а Максим уходил в сомнительные компании. Мир сузился до крошечного круга забот, а муж словно выпал из него.
В какой-то момент поняла: мы стали совсем разными людьми. Расстались. Сын Алексей позже решил пойти по стопам матери и поступил в Щукинское училище.
Второй брак — с актёром Алексеем Захаровым. Но и тут не получилось. Слишком разными оказались характеры. «Мы были вместе около десяти лет, даже стали родителями, но в какой-то момент отдалились», — рассказывала она.
Третья попытка оказалась удачной. В 2015 году она вышла замуж за бизнесмена Александра Быкова. У них родилась дочь Софья. Третий брак оказался тем, что нужно. Сама Зоя говорила, что наконец нашла своё место — тихую гавань, где её принимают такой, какая она есть.
Что в имени тебе моём?
Зоя Кайдановская — Симонова — носит две фамилии, как два костюма. Один для работы, другой для жизни. И никто уже не помнит, какой из них настоящий.
Наверное, вся эта история с именами и есть ответ на главный вопрос. Как жить, если твой отец — гений, который никогда не был рядом? Как принять новую семью, где все счастливы, но ты чувствуешь себя лишним? Как перестать быть просто «дочерью» и стать собой?
Зоя выбрала путь, который многим кажется странным, а ей самому — единственно возможным. В паспорте она Симонова. В театре — Кайдановская. В жизни — Зоя. Баланс, найденный через боль.
И пусть у неё три брака, трое детей от трёх мужчин и фамилия, которую она поменяла дважды. Многие скажут: это сложная судьба. А сама Зоя, наверное, ответила бы как в том давнем разговоре с учительницей: просто называйте меня по-человечески. А как — уже неважно.
В конце концов, главное не то, как тебя зовут, а кем ты стал. И Зоя стала — крепкой, талантливой, живущей по своим правилам женщиной. С тройным именем и тройным счастьем.