— Это Лаврентий, — сказала Элеонора Станиславовна и торжественно поставила на пол большую белую коробку.
Мы с Серёжей переглянулись. Свекровь приезжала к нам раз в месяц, и каждый её визит сопровождался каким-нибудь сюрпризом. В прошлый раз это был набор чугунных сковородок, которыми можно было убить медведя. В позапрошлый — шторы ручной работы с вышитыми подсолнухами, которые не подходили ни к одному интерьеру, но мы повесили, потому что Элеонора Станиславовна проверяла. Теперь вот Лаврентий.
— Кто такой Лаврентий? — осторожно спросила я.
— Робот-пылесос! — она открыла коробку и извлекла на свет круглое белое устройство, действительно похожее на большую таблетку. — Последняя модель. Сам заряжается, сам строит карту помещения, сам чистит. Умный, как собака. Даже умнее. Собака гадит, а этот — убирает.
— А почему Лаврентий? — спросил Серёжа.
— В честь моего двоюродного деда. Он тоже был небольшого роста, круглый и всё время крутился под ногами. Правда, он не убирал, а просто мешал. Но имя хорошее, солидное.
Я посмотрела на устройство. Белый диск с мигающей кнопкой. Выглядел он безобидно. Даже мило. Если бы я знала тогда, что через неделю этот милый диск объявит войну моим тапкам, подружится с котом и чуть не доведёт до инфаркта соседа снизу, я бы... я бы всё равно его оставила. Потому что это было самое весёлое, что случалось в нашей квартире со времён фикуса-гиганта.
Элеонора Станиславовна настроила Лаврентия за полчаса. Установила приложение на мой телефон, показала, как включать, как ставить график уборки, как отправлять на базу.
— Он сам поймёт, где что лежит. Через неделю будет знать квартиру лучше вас. Кстати, с ним можно разговаривать.
— Что? — я вспомнила фикус. — Опять?
— Не опять, а снова. Он реагирует на голос. Если сказать: «Лаврентий, ко мне!», он приедет.
— Как собака? — уточнил Серёжа.
— Лучше. Собака не пылесосит.
Элеонора Станиславовна уехала, оставив нас с Лаврентием один на один. Мы стояли в гостиной и смотрели на белый диск. Диск молчал. Потом вдруг пискнул и издал мелодичную трель — будто пропел «я готов».
— Он живой, — сказал Серёжа шёпотом.
— Не выдумывай.
Но Лаврентий действительно казался живым. Он тихо жужжал, чуть покачивался на месте, и его синий индикатор мигал в такт какому-то внутреннему ритму. Как сердцебиение. Маленькое механическое сердце.
Первая уборка прошла штатно. Лаврентий выехал с базы, покружил по комнате, аккуратно объехал диван, засосал крошки у телевизора и вернулся на место. Я смотрела на него с уважением. Серёжа — с подозрением.
— Мне кажется, он косо на меня посмотрел, — сказал он.
— У него нет глаз.
— Это неважно. У него есть индикатор. Он мигнул красным.
— Красный — это низкий заряд.
— Ага. Или недовольство.
Я закатила глаза. Мужчины. Они всегда видят конкуренцию там, где её нет. Лаврентий был просто пылесосом. Умным, красивым, трудолюбивым пылесосом. Который делал свою работу и не задавал лишних вопросов. Идеальный мужчина, если подумать.
Проблемы начались на третий день. Я вышла утром на кухню и не обнаружила своих тапок. Тех самых, пушистых, с заячьими ушами, которые мне подарила мама. Я искала их везде: под кроватью, в ванной, на балконе. Тапки исчезли.
— Серёжа, ты не видел мои тапки?
— Кроличьи? Нет.
— Заячьи.
— Без разницы. Не видел.
Мы обыскали всю квартиру. Тапок не было. Вечером, когда Лаврентий поехал на базу, я услышала подозрительный скрежет. Заглянула под диван. Там, в самом тёмном углу, лежали мои тапки. Один был засосан наполовину. Заячье ухо торчало из пылесборника.
— Серёжа! Он съел мои тапки!
— Кто?
— Лаврентий! Он засосал мой тапок и спрятал под диван!
Серёжа пришёл, посмотрел. Достал тапок. Он был мокрый и грустный. Второй лежал рядом — целехонький, но явно напуганный.
— Зачем пылесосу тапки? — спросил Серёжа философски.
— Не знаю. Может, ему не понравился фасон.
Я поставила тапки на батарею сушиться и решила, что это случайность. Лаврентий просто не разобрался. Тапки были пушистые, похожие на пыль. Техническая ошибка.
На следующий день Лаврентий засосал носок. Один. Только левый. Правый лежал нетронутый. Я нашла пропажу в том же месте — под диваном. Теперь у меня была коллекция: два тапка и левый носок. Я начала подозревать, что у Лаврентия есть план.
— Он создаёт заначку, — сказал Серёжа за ужином. — Как хомяк.
— Пылесосы не делают заначек.
— Обычные не делают. А Лаврентий — особенный. Мама говорила.
Я позвонила Элеоноре Станиславовне.
— Элеонора Станиславовна, ваш Лаврентий ест мои тапки.
— Что, простите?
— Тапки. Заячьи. Он засасывает их и прячет под диван.
В трубке повисла пауза. Потом свекровь сказала:
— Он не ест, Оленька. Он собирает. Это особенность модели. У них есть инстинкт коллекционирования. Чтобы собирать мелкие предметы в одном месте. Удобно же: потеряли что-то — ищете под диваном.
— Это неудобно! Это мои тапки! Они мне нужны на ногах, а не под диваном в пылесборнике!
— Вы просто не поняли его действия, он общается.
Пылесос? Который зовут Лаврентий. Который коллекционирует мои вещи.
Я повесила трубку и пошла искать пропажу. Под диваном, кроме тапок и носка, обнаружились: колпачок от ручки, резинка для волос, магнит с холодильника и Серёжина флешка. Серёжа обрадовался флешке. Я — нет. Я хотела свои тапки.
На пятый день Лаврентий подружился с котом.
Кот у нас был ленивый рыжий Барсик, который до этого момента никак не реагировал на пылесос. Он вообще мало на что реагировал, кроме еды и солнечных пятен на полу. Но Лаврентий его заинтересовал. Я заметила это утром, когда зашла в гостиную и увидела такую картину: Лаврентий ездил по комнате, а Барсик сидел на нём. Сверху. Как наездник. Лаврентий жужжал и вёз кота по направлению к кухне. Кот щурился и выглядел так, будто всю жизнь ждал личного транспорта.
— Серёжа! Кот катается на пылесосе!
— Чего?
— Иди смотри!
Он пришёл. Посмотрел. Потом сказал:
— Ну, это хотя бы не тапки.
Я хотела возразить, но передумала. Кот действительно не тапки. И выглядел он довольным. Лаврентий, кажется, тоже. Они нашли друг друга. Два существа, которые ничего не делают, но выглядят так, будто управляют домом.
С этого дня они стали неразлучны. Лаврентий выезжал на уборку — Барсик запрыгивал сверху. Лаврентий ехал на базу — Барсик шёл за ним и сидел рядом, пока тот заряжался. Я пару раз заставала их в тишине: пылесос тихо гудит, кот лежит рядом и мурлычет. Медитация. Кото-пылесосная медитация.
— У них отношения, — сказал Серёжа однажды вечером. — У нашего кота отношения с бытовой техникой.
— Лучше, чем с соседским котом. Тот ему не нравился.
— Соседский кот хотя бы не пылесосил.
— Зато Лаврентий пылесосит. И возит Барсика. Это сервис.
Серёжа не нашёл, что ответить. Просто махнул рукой и пошёл смотреть футбол.
Апофеоз наступил через две недели. В три часа ночи.
Мы спали. В квартире было тихо. Только ветер за окном и мирное сопение Серёжи. И вдруг — звук. Пронзительный, механический, похожий на сигнал тревоги в подводной лодке.
БИП-БИП-БИП-БИП.
Я подскочила на кровати. Серёжа сел, протирая глаза.
— Что это? Пожар?
— Не знаю. Похоже на... пылесос?
Мы выбежали в гостиную. Лаврентий стоял под диваном и орал. Мигал красным. Издавал звук, который я не слышала даже в фильмах про апокалипсис. Барсик сидел рядом с вытаращенными глазами. Кот был в шоке. Я была в шоке. Серёжа пытался понимать, выключен ли свет, и не мог, потому что ещё не проснулся.
— Выключи его! — закричала я.
— Как?! Я не знаю кнопку!
— Там есть кнопка!
— Где?!
— На нём! Нажми на него!
Серёжа упал на колени, попытался схватить Лаврентия. Лаврентий, почувствовав прикосновение, резко дёрнулся и уехал в сторону. С громким бипом. Как будто сказал: «Не трогайте меня, я в стрессе».
— Он убегает! — заорал Серёжа.
— Лови!
Мы гонялись за роботом-пылесосом по квартире в три часа ночи. Я — босиком, в пижаме с единорогами. Серёжа, в трусах и с подушкой в руках (зачем ему была подушка, не спрашивайте, он сам не знал). Барсик бежал за нами, потому что подумал, что это игра. Лаврентий орал, мигал, уворачивался и периодически врезался в стены, что делало ситуацию ещё более сюрреалистичной.
Серёжа все же загнал его в угол и нажал кнопку. Лаврентий затих. Наступила тишина. Мы стояли, тяжело дыша, и смотрели на белый диск, который только что объявил войну нашему сну.
— Что это было? — спросила я.
— Не знаю. Может, сигнал о неисправности.
— Какой неисправности? Он просто стоял под диваном!
— Может, он застрял.
— Он не застревал. Он просто стоял и орал.
В этот момент в дверь постучали. Мы переглянулись. Серёжа открыл.
На пороге стоял сосед снизу, дядя Миша, пенсионер, ветеран труда, обладатель третьего размера усов и обычно очень спокойного нрава. Сейчас он был бледен.
— У вас всё в порядке? — спросил он тихо.
— Да, дядь Миш. А что?
— У меня люстра качалась. Я думал, землетрясение.
Я закрыла лицо руками. Серёжа начал объяснять про пылесос, про сигнал, про ночную гонку. Дядя Миша слушал с таким лицом, будто решал, вызывать ли санитаров или можно просто уйти.
— Пылесос, — повторил он.
— Робот-пылесос, — уточнил Серёжа.
— Который орёт по ночам.
— Он не орёт. Он сигнализирует.
— Это одно и то же, когда ты спишь.
Мы извинились раз десять. Дядя Миша ушёл. Мы закрыли дверь. Посмотрели на Лаврентия. Лаврентий молчал. Барсик сел на него сверху и начал вылизываться. Как будто ничего не произошло.
— Мы не можем это так оставить, — сказала я.
— Согласен. Надо его наказать.
— Как ты накажешь пылесос? Лишишь розетки?
Серёжа задумался. Потом сказал:
— Я перепрограммирую его на дневную уборку. И отключу звуковой сигнал. Если он ещё раз заорёт ночью — я его продам.
Лаврентий тихо пискнул. Как будто понял. Или это просто заряд кончился. Но больше он ночью не орал. Ни разу.
Сейчас Лаврентий живёт у нас уже год. Он по-прежнему собирает носки под диваном. По-прежнему возит Барсика. По-прежнему иногда мигает красным, но молча — сигнал мы отключили. Элеонора Станиславовна гордится подарком. Говорит, что Лаврентий — лучший мужчина в нашей семье.
— Он убирает, не спорит и возит кота, — говорит она. — Что ещё нужно?
Серёжа обижается. Но молчит. Потому что спорить с мамой — себе дороже. А Лаврентий просто жужжит и делает свою работу. Маленький, круглый, невозмутимый.
И тапки я теперь храню на верхней полке. Подальше от пылесоса. И от кота. Потому что кот, кажется, тоже в доле.
--- Конец ---
Вот и всё. Эта история закончилась. Если зацепило — не теряйтесь. Я там же, где и был: в Телеграм и Max. Там ещё много такого.
Хотите поддержать — кнопка ниже. Без неё тоже справлюсь, но с ней быстрее.
☕ Поддержать: Благодарность автору
Спасибо, что прочитали. Дальше — больше.
Подписывайтесь на канал, впереди много милоты
Подписывайтесь на канал, впереди много интересного >> Подписаться!
Еще истории👇