Сотрудники дома престарелых знали о нем две вещи: у него ужасный характер, он «сидел» за тяжкое преступление. В графе «образование» у него стоял прочерк. Для нянечек он был просто «дед Валя», который травил свои лёгкие дымом без остановки и никогда не ходил на общие мероприятия.
Их изумление, когда в архивах всплыла правда, не знало границ. Человек, который покоился теперь в безымянной могиле на Гаринском кладбище, оказался способным математиком и гвардии майором, чья грудь в 1945 году представляла собой «иконостас» орденов: Герой Советского Союза, ордена Ленина, Красного Знамени, Александра Невского, Красной Звезды, Отечественной войны обеих степеней...
Путь к наградам у Валентина Прокофьевича Иванова начался не на плацу, а у школьной доски. Он появился на свет в 1911 году в селе Козяково-Челны (которое ныне относится к Рыбно-Слободскому району) Татарской АССР в семье православных татар (кряшен). После школы отучился в педагогическом техникуме Казани. Но этого показалось мало. Математика манила всерьёз.
Валентин поступил на физико-математический факультет Казанского университета, где была одна из сильнейших школ в стране. И успешно его закончил. Вчерашний педтехникумовец стал дипломированным математиком высокого уровня. Учил детей, женился, строил планы. Но брак распался. Жена забрала здорового сына, оставив ему инвалида — крест, который Иванов пронесёт через всю жизнь.
В 1939 году его призвали в РККА. Математика снова пригодилась: сначала разведчик-вычислитель (считать координаты целей — чистая алгебра), потом повышал квалификацию на курсах младших лейтенантов. 22 июня 1941 года школьная указка превратилась в командирский планшет.
В 1943 году под Орлом немцы выходили из себя. Русская артиллерия словно видела сквозь землю. Каждый залп батареи гвардии старшего лейтенанта Валентина Иванова ложился точно в душу обороны. Он не был кадровым военным. Но его мозг, заточенный на вычисления, видел на поле боя не точки на карте, а живую геометрию войны. Угол возвышения, ветер, деформацию ствола, психологию врага. Он вычислял войну как сложный интеграл с двумя неизвестными – смертью и победой.
За форсирование Днепра его батарея ни разу не сбилась с расчётов. Артдивизион под командованием Иванова полностью ликвидировал 5 батарей миномётчиков, 26 пулемётных гнёзд, 36 отдельно расположенных пулемётов врага. А также «разнесли» в щепки блиндажи в количестве семи штук и нанесли колоссальный урон пехоте немцев.
17 октября 1943 года Валентин Прокофьевич был награждён Звездой Героя Советского Союза. 9 мая ему казалось, что самое страшное позади. Как же он ошибался!
Мужчина вернулся в свой город к концу победного 1945-го. Там ждала его мама и сын. Решил продолжить образование в аспирантуре пединститута, затем был отправлен преподавать свой предмет в учительский институт Таджикской ССР.
Через 3 года вернулся в Казань. Работал в колонии с несовершеннолетними нарушителями, затем в школе №85. Позднее его взрослые ученики вспоминали учителя, как исключительно спокойного и доброжелательного человека. Но о том, что он был награждён и даже стал Героем Советского Союза – не знали. Пока один из мальчишек не притащил в школу книгу о Героях Советского Союза, где все с удивлением увидели своего учителя тоже. Тут же окружили его, а он просто сказал, что тогда воевали все.
...Иванов мог бы защитить диссертацию. Мог бы стать профессором. Но война, тюрьма, сын-инвалид, пьющая сожительница – жизнь вычерчивала падение. В его двухкомнатной казанской квартире было тесно – кроме матери и сына жила ещё и племянника с маленьким ребенком. А потом у крепкого, здорового мужчины появилась землячка из Рыбной Слободы. И «утащила» Валентина на дно бутылки.
Та ночь в начале 1960-х была похожа на тысячи других. Ссора, крик, требование прописать её в чужой квартире. Терпение фронтовика окончательно лопнуло. Математик, привыкший просчитывать всё на три хода вперёд, в этот раз действовал импульсивно. Он схватил кухонный нож. После удара наступила тишина.
Верховный суд Татарской АССР не стал слушать про контузии, про Днепр, про ордена и университетские дипломы. Был факт лишения человека жизни. Был пьяный дебош. Приговор: расстрел. Но история сделала поворот.Иванова спасли чиновники из Верховного Совета РСФСР. «Вышку» заменили на 15 лет лагерей. А вскоре по особому Указу учитель был лишён всех званий и наград. Он стал никем.
Когда Иванов вернулся после отсидки «от звонка до звонка», выяснилось, что героя потеряли дважды. Предприимчивый участковый за годы его отсутствия уже оформил квартиру на себя. Родных больше не было. У бывшего гвардии майора, выпускника физмата КГУ, аспиранта, не осталось ничего, кроме невыносимого чувства стыда.
Он уехал в Зеленодольск, скитался по общагам, пока система не выписала ему путевку в последний приют — Дом престарелых. Сначала в Дербышках, потом в Гарях. Там он и доживал. Бывший учитель математики, щёлкавший интегралы как орешки, делал вид, что не умеет писать. Администрация считала его малограмотным. А он боялся проболтаться. Кому нужен герой, который лишил человека жизни? Точное место упокоения Валентина Прокофьевича Иванова неизвестно. На Гаринском кладбище стоит кенотаф — символический памятник с надписью: «Здесь покоится прах Героя Советского Союза». Но это не так. Он остался где-то за забором, там хоронили бродяг и неопознанных.
К счастью, земляки на малой родине чтят героя войны, невзирая на все его проблемы с законом в мирное время. Не дожидаясь помощи властей, они на свои деньги поставили памятную стелу в честь воинов, не вернувшихся в Козяково-Челны, среди которых нашлось почётное место и Валентину Прокофьевичу.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.