Димка знал, где тётя прячет печенье. Третья полка, за чаем. Он не спрашивал разрешения. Просто шёл и брал. И Ольга никогда не говорила «нельзя». Только иногда кричала вслед: «Два штуки, не больше!» Он брал три и делал вид, что не слышал.
Потом возвращался, залезал к ней на диван с ногами и начинал рассказывать. Про мультик. Про то, что Васька из класса укусил Петьку. Про то, что хочет собаку. Ольга слушала и не перебивала. Иногда вставляла что-то короткое, он кивал и говорил дальше. Так могло продолжаться час.
Артём в свои десять уже старался казаться взрослым. С родителями разговаривал коротко, на вопросы отвечал «нормально» и «не знаю». Но однажды, когда мама привезла их с Димкой к тёте, он сел на кухне, помолчал и сказал, глядя в стол:
— Мне математичка двойку влепила. За контрольную.
Ольга поставила перед ним кружку с чаем. Ничего не спросила.
— И что теперь делать будем?
Он развел руками. Но остался за столом. И они разобрали контрольную по задачам, прямо на кухне, пока Димка смотрел мультики в комнате. Когда вечером мама забирала их домой, Артём уже в дверях тихо сказал: «Спасибо». Не «пока», не «до свидания». Именно «спасибо». Ольга сделала вид, что не заметила, чтобы не смущать.
Марина видела, как дети тянутся к тёте. И пользовалась. Не со злым умыслом, просто так сложилось: есть старшая сестра, она любит детей, она всегда поможет. Само собой.
Ольга забирала Димку из садика, когда Марина задерживалась на работе. Потом из школы, уже обоих. Возила Артёма на футбол, когда у Игоря была командировка. Сидела с детьми в выходные, когда Марина с мужем хотели отдохнуть. Одалживала деньги. Марина брала легко, не отдавала подолгу, Ольга не напоминала. Считала неловким.
Так само сложилось, ещё с тех пор как племянники были малышами. Никто не договаривался. Просто так было.
Потом Ольга заболела. Не тяжело, но температура держалась третий день, и встать лишний раз не хотелось. Дома заканчивались таблетки. Она позвонила Марине: не мог бы кто-нибудь заехать в аптеку, тут пять минут крюк от её дома.
Марина ответила сразу, без паузы:
— Оль, ну закажи доставку. Я боюсь заразиться, у меня же дети.
Ольга помолчала секунду.
— Хорошо.
Она заказала доставку. Ждала час. Таблетки привёз незнакомый курьер в маске. Ольга расписалась в накладной, закрыла дверь и долго стояла в прихожей. Не от слабости. Просто стояла.
Прошло несколько недель. В среду, около двух дня, телефон показал «Марина». Ольга взяла трубку.
— Оль, слушай, мы сегодня с Игорем в ресторан. У нас годовщина, столик заказан. Я детей привезу к четырём, хорошо?
Не вопрос. Утверждение.
— Марина, я не могу. У меня билеты на концерт. Группа приезжает один раз, я давно ждала.
Пауза.
— Ну Оль. Годовщина же. Это важно. Группу можешь и дома послушать, в записи.
Ольга не ответила сразу. Потом сказала ровно:
— Нет, не могу. Извини.
Марина замолчала. Повесила трубку.
С детьми осталась мама. Позвонила сама, сказала, что внуки это радость, не проблема. Один раз это действительно радость.
Ольга была на концерте. Стояла в толпе, музыка была громкой и живой, и она пела вместе со всеми. Но где-то к третьей песне поймала себя на мысли: а если бы она согласилась? Осталась дома, сидела бы с детьми, пока Марина с Игорем ужинали в ресторане. И никто бы не сказал спасибо. Просто так и должно было быть.
Осадок остался. Не от того, что пошла. От того, что вообще пришлось выбирать.
На день рождения мамы собрались все. Стол накрыли в большой комнате, пироги мама пекла с утра, пахло ванилью и чаем. Пришли тётя Зина, соседка Нина Павловна, Марина с Игорем, дети. Ольга тоже пришла, принесла цветы и торт из кондитерской.
Первый час всё было хорошо. Потом мама стала рассказывать про Димку, какой он умный, как читает уже сам. Марина кивала и улыбалась. И тут, как бы между прочим, в паузе, она сказала:
— А помните, в сентябре Оля нас бросила ради какого-то концерта?
За столом засмеялись. Негромко, необидно. Просто история.
Мама покачала головой. Посмотрела на Ольгу с мягким укором.
— Ну Оленька, ну что тебе стоило...
Ольга отложила вилку.
— Марина, — сказала она ровно, — ты позвонила мне в два часа дня и сообщила, что привезёшь детей к четырём. Не спросила. Сообщила.
Смех за столом стих.
— У нас годовщина была!
— Я знаю. И у меня был концерт. Группа, которую я жду три года. Билеты на руках. Почему твоё важнее моего?
Марина открыла рот и закрыла.
— Ты обязана помогать, — сказала она. Уже не легко, не как историю. Прямо. — Раз своих детей нет.
Тётя Зина уставилась в тарелку. Нина Павловна взяла чашку и стала смотреть в окно. Игорь не шевелился.
Ольга посмотрела на сестру. Потом на маму.
— Я люблю Димку и Артёма. По-настоящему. И я сижу с ними, когда могу и когда хочу. Но я не обязана быть доступной по первому звонку. Это не обязанность. Ты видела цены на нянь? Я не няня. Я тётя.
Мама открыла рот. Ольга не остановилась.
— И ещё. У детей две бабушки и два дедушки. Семья не заканчивается на мне. Почему ты, мама, не хочешь сидеть с внуками всегда?
Мама замолчала. Щёки у неё покраснели.
Марина смотрела в тарелку.
Больше этот разговор за столом не продолжали. Разговор ушёл в другую сторону, про погоду и про соседский ремонт. Но что-то в комнате изменилось.
Через несколько дней Марина позвонила снова. Голос как будто ничего и не было, привычный, деловой:
— Оль, можешь сегодня с детьми?
— Позвони маме, — сказала Ольга.
Пауза.
— Она занята, — произнесла Марина. Без объяснений. Просто «занята».
Ольга поняла всё без слов. Мама, которая сказала на празднике что внуки это радость, тоже оказалась занята.
— Я тоже, — сказала Ольга и положила трубку.
Через полчаса телефон снова зазвонил. Незнакомый номер. Нет, знакомый. Игорь.
— Ольга, — сказал он тихо, — извини за Марину. Она не умеет вот так напрямую извиняться. Ей надо время остыть. Но мы оба понимаем, что перегнули палку. Ты столько делала для детей. Спасибо. Больше не будем тебя беспокоить по пустякам, только когда действительно надо.
Ольга слушала и молчала.
— Хорошо, — сказала она немного погодя.
Она положила трубку. Включила чайник. Пока он грелся, стояла у окна и смотрела во двор. Там гуляла соседка с коляской, медленно, по кругу. Чайник закипел. Ольга налила кружку и села за стол. Ей не было ни радостно, ни горько. Просто тихо.
Прошла неделя. Обычная, тихая. В пятницу вечером в дверь позвонили.
Ольга открыла.
На пороге стояла Марина. В руках бутылка вина. Она смотрела на сестру и виновато улыбалась. Ничего не говорила.
Ольга отступила в сторону, освобождая проход...
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые истории.