Это был лучший день! Просто — бест оф зе бест!
Я откинулась в кресле салона и посмотрела на себя в зеркало. Очки на макушке, губы блестят, волосы волнами, ну чисто богатая вдовушка. Даже жалко, что Боря так и не дозрел до кольца.
— Танечка, ручку не двигайте, пожалуйста, — вежливо попросила мастер.
— Лен, я тебе или чаевые оставлю или психологическую травму. Всё зависит от ногтей.
Девочки за соседним столом прыснули со смеху. Я довольно улыбнулась, люблю внимание.
Мастер натянуто улыбнулась и продолжила пилить ноготь.
— Ой, ай-ай-ай! — я резко дёрнула рукой. — Ты мне палец чуть не отпилила. Лен, ну ты чего сегодня такая дерзкая?
— Я аккуратно…
— Да вижу, как аккуратно. Если у меня кутикула воспалится перед Италией, прокляну.
Администратор за стойкой сделала вид, что очень занята компьютером. Меня тут слегка побаивались. И правильно.
Я повернула голову к девочке рядом:
— Ты тоже к отпуску готовишься?
— Ага… в Турцию лечу.
— Ммм… тоже неплохо. Для начала.
Она неловко улыбнулась, а я снова посмотрела на себя в зеркало. Красотка.
Нет, всё-таки я себя сделала сама. Из девочки с окраины — в женщину класса люкс. Пока Лена покрывала ногти молочным гелем, листала фотки вилл в Италии. Камень, виноград, море. Не жизнь, а Pinterest.
И моя жизнь тоже скоро станет такой. Главное, ещё чуть-чуть потерпеть Борю.
— Цвет точно этот? — осторожно спросила мастер.
— Нет, блин, зелёный в крапинку. Конечно этот. Я два часа референсы искала.
Лена замолчала. А я улыбнулась своему отражению шире. Мне нравилось это чувство. Когда люди стараются тебе угодить. Ты заходишь, и все вокруг чуть-чуть напрягаются.
Телефон завибрировал.
Видеозвонок.
— Привет, Танюш! Ну ты где?
— Уже лечууу… — пропела я. — Лен, только масло на руки нормальное нанеси, а не эту жижу за три копейки. У меня кожа чувствительная.
Я рассчиталась, не глядя сунула карту администратору и выплыла на улицу. Моя малышка стояла прямо под знаком, слегка перекрыв выезд. Как обычно. На лобовом уже красовалась бумажка от парковщика.
Я фыркнула:
— Господи, какие нервные люди пошли.
Смяла бумажку и бросила в ближайшую урну.
— Ну ты где там? — раздался голос Али из телефона.
Я плюхнулась за руль, включила «Царицу» и довольно зажмурилась.
— Еду, говорю же. И вообще… у меня настроение — просто космос.
— Ого. Кто-то явно встал с той ноги!
Я рассмеялась и погладила рукой руль.
— Алька… я накопила нужную сумму.
На секунду даже сердце сладко сжалось. Сказала вслух, и сама не поверила.
— Да ладно?! — завизжала Аля. — Танька, ты серьёзно?!
— Абсолютно. Всё. Ещё чуть-чуть, и я сваливаю. Прощай Боря, прощай Москва, здравствуй море, винишко и нормальная жизнь.
— Я сейчас умру от зависти.
— Не умирай раньше вечера. Мы сегодня отрываемся. Так отрываемся, чтобы этот лаундж нас запомнил.
Я нажала на газ, и машина со свистом рванула вперёд.
Это Аля. Моя боевая подруга, почти сестра. Мы вместе припёрлись покорять Москву с тяжелыми чемоданами и одной извилиной на двоих. Вместе пахали в кофейнях, вместе ревели из-за мужиков, потом вместе нашли нормальный способ выживания: губы, ресницы, каблуки и папики с чувством одиночества.
А сегодня её день рождения.
Именно Аля когда-то познакомила с Борей. И одна знала про мою Великую Мечту — свалить красиво, пока молодая и не превратилась в ещё одну вечно недовольную тётку с пакетами из «Пятёрочки».
Я вдавила педаль газа, и машинка довольно рыкнула. Настроение было такое, будто уже одной ногой в Италии. Осталось только забрать своё счастье наличкой и не придушить Борю раньше времени. Подарок Але отправила ещё утром с курьером: серьги с камнями, которые стоили как чья-то почка. Но сегодня хотелось устроить настоящий фейерверк. Мы это заслужили.
Вечеринка обещала быть жаркой. Все свои: девчонки, мальчики, шампанское, блёстки, музыка и дорогие понты за чужие кредитки.
Боря сегодня торчал с семьёй, и это был просто подарок судьбы. После пары коктейлей я бы точно не удержалась и послала его в пешее эротическое путешествие. А мне пока нельзя. Сделка впереди. Дом мечты почти в руках.
— Алиса, набери риелтору.
После пары гудков раздался бархатный голос Фредерики.
— Да, Татьяна.
Я сразу выпрямила спину. Даже голос у меня рядом с ней становился дороже.
— Фредерика, завтра выезжаю. Закрываем всё до конца.
— Отлично. Я записала нас на обед. И напоминаю, что продавцы хотят всю сумму наличными.
Я усмехнулась.
— Ну раз хотят наличными — будут купаться в наличных. Всё привезу. До завтра, bella.
Сбросила звонок, поправила волосы перед зеркальной дверью бара и на секунду задержала взгляд на своём отражении.
Красивая. Уверенная. Дорогая.
Я улыбнулась сама себе и толкнула дверь внутрь. Навстречу ударили музыка, смех и запах дорогого алкоголя. Бар гудел так, будто внутри праздновали конец света. Музыка, смех, вспышки телефонов, звон бокалов, всё смешалось в один красивый шум.
Я вплыла внутрь, ловя на себе взгляды. Блёстки на платье, каблуки, волосы, запах дорогих духов. Люблю появляться эффектно.
— Таня-а-а! — завизжала Аля и кинулась с объятиями. — Господи, ты сегодня просто неприлично красивая.
— Я старалась, — хмыкнула, целуя её в щёку. — С днём рождения, царица.
Аля выглядела отлично. Новая укладка, губы, платье в облипку. Но всё равно до меня не дотягивает. И тут же мысленно дала себе подзатыльник. Господи, Таня. Даже на дне рождения подруги соревнование устраиваешь.
Но привычка уже въелась под кожу.
Мы плюхнулись за стол, заказали шампанское, потом ещё одно, потом коктейли «чтобы не мешать градусы». Кто-то подсел, кто-то ушёл танцевать, музыка долбила прямо в рёбра, а я смеялась так легко, будто жизнь наконец решила передо мной извиниться.
— Слушай, ты сегодня прям светишься, — Аля подалась ко мне через стол. — Тебе что, Боря предложение сделал?
Я фыркнула.
— Не дай бог. Я ещё пожить хочу.
Аля рассмеялась слишком громко.
— Тогда откуда лицо человека, который выиграл лотерею? Хочу подробностей!
Я медленно потянулась за бокалом, специально выдерживая паузу. Любила такие моменты, когда все смотрят и ждут.
— Завтра подписываю договор.
— Какой договор? — сразу насторожилась Аля.
Я наклонилась ближе:
— Дом. Италия. Вид на море, старый камень, виноград на балконе. Настоящий. Не эти пластиковые джунгли из московских ЖК. У Али на секунду дёрнулось лицо. Совсем чуть-чуть. Но я сделала вид, что не заметила.
Потому что не хотела замечать.
— Подожди… — она даже бокал опустила. — Ты серьёзно всё-таки решилась?
— А когда я шутила?
— Да нет, просто… это же огромные деньги.
В её голосе мелькнуло что-то странное. Я слишком хорошо знала этот взгляд. Сама так смотрела на чужие сумки, машины и красивую жизнь лет в двадцать. Но Аля — своя. А своим завидовать не страшно. Правда же?
— Всё готово, кроме одного, — я сделала глоток шампанского. — Наличка.
— В смысле?
— В прямом. Продавцы хотят только кэш. Старые итальянцы с приколами.
— И ты реально повезёшь такую сумму?
— Ну не почтой же России отправлю.
Она засмеялась, но глаза остались серьёзными.
— Тань… а тебе не страшно?
— Страшно, — призналась я неожиданно честно. — Но знаешь, что страшнее? Остаться здесь ещё лет на десять.
На секунду между нами повисла тишина. А потом лицо Али будто дёрнулось. Улыбка осталась на месте, а вот глаза стали другими. Холоднее.
— Ну спасибо, — усмехнулась она, резко отставляя бокал. — Обнадёжила.
— Ой, да ладно тебе, — фыркнула я. — Я не про тебя вообще.
— Конечно.
Она резко встала, и стул неприятно скрипнул по полу.
— Ты куда? — удивилась я.
— В туалет. Или сбежать обратно в свою нищую жизнь, ещё не решила.
Я моргнула.
Аля уже шла через зал,напряженно держа спину. И даже издалека было видно, что её колотит. От злости, и от этого неприятно кольнуло внутри.
На секунду даже захотелось догнать её, сказать что-нибудь нормальное. Объяснить. Но потом я сделала глоток шампанского и откинулась на диван.
Господи, ну не виновата же я, что у меня получилось!
Музыка гремела, вокруг кто-то смеялся, официант нёс поднос с коктейлями, а я почему-то продолжала смотреть в сторону туалетов. Внутри царапало незнакомое чувство, но я тут же задавила это ощущение.
Сегодня не день для плохого настроения.
⸻
Аля влетела в туалет и захлопнула дверь кабинки так резко, что зеркало дрогнуло.
— Да пошла ты… — прошипела, смахивая злые слёзы.
Тушь чуть потекла в уголке глаза. Она выругалась ещё раз и полезла за телефоном. Экран светился фоткой нас двоих — пьяных, счастливых, обнявшихся где-то на Патриках.
«Мы всегда вместе, детка».
Аля смотрела на фото несколько секунд.
Потом нервно усмехнулась.
— Конечно вместе. Только одна из нас почему-то всегда впереди.
Она открыла переписку с Борей.
Палец завис над экраном. Сердце колотилось где-то в горле. Ещё можно было закрыть чат.
Выйти обратно и сделать вид, что ничего не произошло.
Но перед глазами снова всплыло лицо Тани. Такое счастливое, светящееся. Свободная!
И что-то внутри окончательно надломилось. Она быстро напечатала:
«Боря. Кажется, тебе будет интересно, куда завтра собралась твоя Таня.»
_________
Ночь пролетела как один длинный бокал шампанского, шумно и сладко. Домой вернулась под утро, с гудящей головой и дурацкой улыбкой, которую никак не могла убрать с лица. Даже после косых взглядов таксиста. Даже после того, как Аля перестала отвечать. Плевать. Сегодня начиналась настоящая жизнь.
Я скинула платье прямо на пол, включила музыку потише и открыла шкаф. Чемодан уже ждал на кровати. А рядом — деньги.
Аккуратные пачки, перетянутые резинками. Моя свобода. Моя Италия. На секунду я просто замерла, глядя на них.
Господи, у меня реально получилось!
Всю жизнь меня считали тупой. Недалёкой. Красивой дурочкой, которой повезло удачно раздвинуть ноги. Учителя смотрели с жалостью, родственники с презрением. Семья давно решила, что я либо сопьюсь, либо сдохну где-нибудь под забором.
Иногда мне казалось, если я исчезну, они заметят это недели через две. И то потому, что деньги перестанут приходить.
Я усмехнулась и медленно провела пальцами по пачкам купюр.
Нет уж, не дождётесь. Я первая из всех нас выбралась! Первая, кто не остался в этой вечной грязи, криках, пьяных истериках и кухнях с запахом дешёвого спирта.
Телефон мигнул уведомлением. Боря.
Я замерла от смс:
«Ты дома?»
По спине пробежал холодок. Даже странно, ведь раньше его сообщения вызывали совсем другое. Чувство спокойствия, защищённости, будто рядом есть кто-то сильный и взрослый, кто решит проблемы. Наверное потому, что у меня никогда этого не было нормальной семьи и нормальной любви. Только люди, которые или использовали друг друга, или терпели.
Я быстро перевернула телефон экраном вниз.
Не сегодня. Сегодня я принадлежу себе.
Проверила замки, потом ещё раз пересчитала деньги, хотя знала сумму почти наизусть. После этого аккуратно уложила всё в двойное дно чемодана, пригладила ткань и застегнула молнию.
Секунда тишины, посижу перед дорожкой…
Сердце колотилось как сумасшедшее.
— Всё, детка, — тихо сказала я своему отражению в тёмном окне. — Теперь никто тебя не остановит.
На кухне стоял вчерашний холодный, горький, отвратительный кофе. Но всё равно сделала глоток и подошла к окну.
Москва за стеклом была сонной и серой. Мокрый асфальт, редкие машины, маршрутка вдалеке, дворник в оранжевом жилете.
Столько лет я ненавидела этот город. А сейчас вдруг стало странно грустно. Совсем чуть-чуть.
— Не скучай, родная, — усмехнулась я. — Я за загаром.
Такси приехало быстро, выскочила на улицу, закутавшись в куртку, с чемоданом и лёгкой дрожью от недосыпа.
Воздух был холодный, сырой. Москва пахла дождём, бензином и усталостью. Водитель сонно покосился в зеркало.
— В аэропорт?
— Ага.
Он кивнул и тронулся с места. Я откинулась на сиденье и смотрела, как город медленно просыпается. Первые автобусы, фонари, которые ещё не успели выключить. Всё это уже казалось чужим, частью жизни что закончилась.
Ещё немного и море. Новая жизнь, новый дом и новая любовь! Я даже глаза закрыла от счастья.
Двери аэропорта разъехались, и я шагнула внутрь, улыбаясь своим мыслям…
И вдруг кто-то резко схватил меня за запястье.Сердце провалилось куда-то вниз. Я дёрнулась и обернулась.
Боря.
Холодные глаза, тонкая улыбка, от которой у меня внутри всё сразу ухнуло вниз.
Рядом с Борей, как всегда, стоял охранник. Молчаливый, огромный, в чёрной куртке, будто не человек, а часть мебели. Или гробовщик.
Господи, только не здесь! Только не сейчас!
Я почувствовала, как по спине моментально потёк холодок, липкий, мерзкий, тот самый, от которого хочется резко проснуться и понять, что всё это просто дурной сон.
Но нет. Боря стоял передо мной настоящий, и смотрел так, будто уже всё знает.
— Ну здравствуй, — сказал он тихо.
Вот лучше бы орал. Честное слово, лучше бы сразу влепил пощёчину, устроил сцену, начал психовать. Когда Боря говорил спокойно — это было хуже всего. Значит, он уже всё решил.
— Боря… ты чего? — я натянула улыбку, чувствуя, как начинает подрагивать уголок губ. — Я просто… ну… отдохнуть решила. На пару дней. Позагореть.
— Ага, — кивнул он медленно. — Позагореть.
Его взгляд опустился на чемодан, надолго задержавшись.
У меня ладони вспотели, но продолжала улыбаться. Почти автоматически. Как всегда улыбалась, когда было страшно.
Боря снова поднял глаза на меня, и от его улыбки захотелось сделать шаг назад.
— Пошли. Поговорим, царица.
Взяв за запястье, не сильно, почти нежно. Только пальцы сжались ровно настолько, чтобы сразу всё поняла.Я не уйду.
Немного шумно выдохнула, расправила плечи и заставила себя пойти рядом с ним спокойно. Красиво. Медленно. Как будто ничего не происходит. Потому что если начать дёргаться, то будет хуже. Уж слишком хорошо знала Борю.
Когда-то мне казалось это сексуальным. Эта власть, эти опасные нотки, ощущение, что рядом взрослый сильный мужчина, который может решить вообще всё. Господи, какая же я была дура.
Охранник открыл дверь машины, и я села внутрь на ватных ногах. В салоне пахло кожей, сигаретами и Бориным парфюмом. Раньше от этого запаха у меня подкашивались колени совсем по другой причине. Сейчас начинало мутить.
Боря сел рядом, спокойно достал сигареты, закурил, чуть приоткрыл окно и только потом посмотрел вперёд. Как будто мы реально просто куда-то ехали. Как будто он не поймал меня на побеге.
— Значит, пару деньков? — лениво спросил он. — Море, коктейли, шезлонг?
Я попыталась усмехнуться. Получилось ужасно.
— Ну да… устала просто.
— Устала…
Он затянулся сигаретой и медленно повернул ко мне голову. И вот тогда внутри у меня окончательно всё похолодело. Потому что в его глазах не было злости, только спокойное любопытство. Будто он уже мысленно вскрыл меня и теперь рассматривал внутренности.
— А это что?
Он достал телефон.
У меня сердце просто остановилось.
Переписки.
Скриншоты.
Мои сообщения Але.
«Как только накоплю — свалю от этой твари. Пусть ищет другую дурочку».
Я смотрела на экран и чувствовала, как в ушах начинает шуметь кровь.
Нет! Нет-нет-нет… только не так. Только не сейчас.
В голове моментально замелькало всё сразу: деньги, чемодан, аэропорт, Аля, Господи, Аля, идиотка, какая же она идиотка!
— Это… — голос сорвался так жалко, что самой стало противно.
Боря вдруг усмехнулся.
— Что? Шутка?
Он провёл пальцем по экрану и удалил переписку прямо у меня на глазах. Вот так просто, будто что-то ненужное. Потом откинулся на сиденье, выпустил дым и тихо произнёс:
— Как же ты меня разочаровала, Танюш.
У меня внутри всё сжалось. Потому что я вдруг очень ясно поняла:
он сейчас не обижен, не ревнует или злится. Он уже думает, что со мной сделать. И от этой мысли стало так страшно, что перестала чувствовать руки.
Машина остановилась где-то на трассе. Я даже не поняла где. За окном было серо, мокро, грязно, мимо проносились машины, а у меня в голове стоял какой-то ватный гул. Боря долго смотрел вперёд, барабаня пальцами по рулю. Потом спокойно сказал:
— Выйди.
Я повернулась к нему.
— Боря…
— Я подумаю, что с тобой делать.
Тем же ровным голосом.
Я открыла дверь и вышла наружу. Холодный воздух ударил в лицо так резко, что меня качнуло. Ноги дрожали. Стоя на обочине, обхватив себя руками, и вообще не понимала, что делать дальше. Бежать? Куда? Он всё равно найдёт.
Сзади хлопнула дверь машины.
Я сделала шаг вперёд, потом ещё один. И вдруг почувствовала резкое движение за спиной. Даже не успела обернуться.
Толчок. Короткий вскрик. Асфальт рванул навстречу лицу.
Вспышка боли. Свет фар. Чей-то крик… Мой.
А потом мир просто развалился на куски.
****
Воздух.
Резкий вдох обжёг лёгкие так, будто меня насильно выдернули из-под воды. Тошнота накрыла мгновенно. Я дёрнулась вперёд, вцепившись в одеяло, и тут же стошнило прямо на пол. Живот скрутило так сильно, что из глаз брызнули слёзы. В ушах стоял дикий звон, сердце колотилось где-то в горле, а всё тело трясло так, словно меня сунули в ледяную воду.
Господи. Господи-господи.
Я жадно хватала воздух ртом, пытаясь понять, что происходит.
Где машина?
Где дорога?
Почему я жива?!