ЗАЩИТИЛ, КАК МОГ, ВИКТОРА БОКОВА
В первый день лета вспомним нашего самородка Виктора Бокова, который писал в привычном песенном духе:
Лето - мята,
Лето - лен.
я-то, я-то,
Я - влюблен!
Мне пока – не до влюблённости…
Ещё до больниц и выхода из строя получил по почте номер «Нового литературного обозрения», в конце которого опубликовано моё пространное и резкое письмо – ответ на гнусную статью номере № 3 (193) 2025 года журнала «Новое литературное обозрение», где в псевдонаучной рубрике «Графомания. Литература и ее границы» на стр. 301-319 был опубликован материал тех, кто ни бельмеса не смыслит в горячей, живой поэзии, кто завидует чужой энергии и славе, как представители пресловутой «Вышки» - профессор, презирающий русскую литературу, Павел Успенский и его аспирантка (или магистрантка?), всего лишь младший сотрудник Института русского языка РАН (!) Ксения Костомарова, которые попытались отменить целое явление в поэзии - Виктора Бокова.
Аж новый жанр для мало образованных поклонников НЛО придумали: «размышление с иллюстрациями». Да нет там никаких размышлений – есть клевета, облыжное обвинение в глупости с выхваченными цитатами, то впрямь не самыми лучшими, то просто неуместными, показывающими полную глухоту авторов к поэтическому слову, к песенной стихии Бокова.
Поразительно, как авторы совершенно не представляют, не чувствуют многоцветную картину великой русской поэзии, в которой можно обозвать графоманией по непониманию или полной глухоте заумь Велемира Хлебникова, детский наив Ксении Некрасовой, славицы или плачи Николая Тряпкина. Мало ли кому что «не ндравится», а многие – восторгаются! Что же делать? – очень просто: обозвать их недоразвитыми дураками. Но куда девать такого интеллектуала, самого городского, самого прагаматичного мастера стиха, как Александр Межиров, который трепетно написал:
По Москве соскучился, по Бокову,
По его измученному лбу
И по взгляду – ясному, глубокому,
Пред которым никогда не лгу.
Семечки на полустанке лузгаю,
Голову клоню, как во хмелю,
И в слезах целую землю русскую,
Потому что Бокова люблю.
Еврей написал такое! Это признание можно было на обложку избранного вынести, но в «Художественной литературе» топорно поправили: «…потому что Родину люблю». Вот пример не цензуры, а наплевательского отношения к русской поэзии и глухоту в стиле ВШЭ. Ну, и множества других аргументов привожу, которые показывают, почему такие мастера слова как Михаил Пришвин, Борис Пастернак (отказался от своей позиции в издательстве, чтобы бумагу отдали на книгу Бокова), Андрей Платонов - так любили самобытную, живую поэзию Виктора Фёдоровича.
Кокетливый финал статьи в духе «Похвалы глупости» походит на глумление, на подобие издёвки над юродивым: «Чтение Бокова вначале вызывает изумление и, может быть, отторжение, но со временем приводит к удовольствию от его плохих стихов. Более того, чем больше Боков входит в нашу жизнь, тем нежнее становятся наши чувства к нему как абсолютному другому. Отсюда - один шаг до своеобразной любви, как бы глупо это ни казалось».
Я так и заканчиваю? «И впрямь – глуповато, хотя есть более сильные определения, как всё это выглядит. Но останемся в рамках литературной статьи, а не коммунальной квартиры или зала суда».
Фонд В. Бокова хотел в суд подать на эту клеветническую статью. Главный редактор Ирина Прохорова признала антибоковскую публикацию в принципе ошибочной, вела со мной уважительную переписку, хотя и убирала самые острые выпады в сторону типичных авторов ВШЭ, которые вообще бы, дай им волю, всю русскую поэзию – отменили бы. Почитайте начало её письма….
Ну, в общем – защитил-не защитил, но достойно ответил!