Вечер прижимал лохматые космы деревьев к воде. На горизонте полыхало так, словно только что отработала авиация. Не хватало лишь канонического запаха напалма и хрипа из динамиков: «Добрый вечер, Вьетнам! С вами радио Сайгон». Ну и старого доброго «Браунинга» или хотя бы дохленького M60 на носу нашего корыта, штурмующего густые заросли Меконга Коломенки.
Экипаж держался на честном слове и чистом энтузиазме: шкипер одной рукой сжимал руль, второй гитару, старпом слаженно разливал жидкость, которой можно было разжигать угли. Вместо вьетконговцев в камышах зловеще шевелились жирные коломенские бобры. Вечер переставал быть томным.
Эвакуация с «Кемпер Экспо 2026»
Успешное закрытие выставки мы решили отметить заплывом по тихим заводям. Вписались в движ вместе с парнями из местного вейк-клуба сразу после того, как запустили пару наших «птичек» полетать над водной гладью.
Дальше все как в тумане. Полное расслабление под аккомпанемент все той же гитары, звуки которой в воспаленном сознании мешались с «Полетом Валькирий» Вагнера, заунывными мотивами «The End» от The Doors и психоделическими саундами Кармина Копполы.
Диагноз: Коломна начинает затягивать. Чертовски опасное место. Пожалуй, пора валить из этого забытого богами архитектуры, зашоренного безвкусными заборами Одинцовского района. Перебираться ближе к тихим заводям, питаемым святыми родниками.
Вообще пора валить подальше от МКАД на то время, что приходится коротать в Московии. И Коломна — далеко не худший расклад, особенно с учетом жирнеющей и расцветающей «Патефонки» и прочей культурки этого лубочно-кремлевского городка.
Хроники речного патруля
Где-то на втором обходе поваленного бобриного блокпоста и девятом повороте реки градус на борту скакнул вверх строго пропорционально крепости напитков на импровизированном столе.
Наш бортинженер с айфоном наперевес уже вовсю играл в гольф селфи-палкой, попутно наматывая на нее оборванные лески с тускло блестящими блеснами, заботливо оставленные местными партизанами. На скорости поймать такую растяжку сомнительное удовольствие. Кто знает, в какую часть твоего нежного тела может впиться этот ржавый крюк.
— А мне что, это пить?!
— Можешь это… Но я лично побрезговал бы! (с)
Вместо «Браунинга» я поливал прибрежные кусты плотными очередями никоновского разлива, отчаянно пытаясь поймать уходящий за тучи свет. С тыла нас настигала свинцовая грозовая туча, но по сравнению с яростным налетом кровососущей кавалерии это были мелочи.
Скорость нашего ялика пока позволяла надеяться, что нас не сожрут заживо. Главное снова не влететь в затопленное бревно и не встать колом под кинжальным огнем вражеских жал.
Возвращение на базу
Причаливали уже затемно. Огни вейк-центра светили каким-то непередаваемым, почти осязаемым теплом родного берега.
Где-то там ждал верный автодом: горячий душ и чистая постель.
Еще один безумный вечер в Коломне.
Еще один день, ухваченный за хвост, в который ты отчетливо понимаешь:
ЖИТЬ — ЭТО ЧЕРТОВСКИ ЗДОРОВО...