Пахло гарью и сеном. Июньская ночь 1652 года опустилась на долину Южного Буга, но темнота не принесла ни покоя, ни передышки. В ставке польного гетмана Мартина Калиновского шла тяжелая совещательная ночь. Командир артиллерии Зигмунд Пшиемский, ветеран, прошедший не одну кампанию, настаивал на прорыве: конница должна уйти к Каменцу, пехота с пушками засядет в укреплениях. «Выстоим хоть два месяца, устроим им второй Збараж!» — убеждал он. Калиновский молчал. Он знал: король Ян Казимир не простит отступления. Лучше смерть, чем королевская немилость. Эту фразу он повторял про себя всю ночь. Наутро она стала пророчеством. То, что произошло у горы Батог 1–2 июня 1652 года, историки назовут «сарматским Катынём». Речь Посполитая потеряла убитыми от 8 до 15 тысяч человек — цвет своей армии, элитную шляхту, лучших гусар и немецких наёмников. Лишь малая часть их пала в открытом бою. Остальных перебили уже после сражения — методично, в течение двух суток. И всё это закрутилось вокруг свадьбы. Чтоб
Публикация доступна с подпиской
Зажиточный читатель