Марина методично складывала зимние вещи в глубокие ящики комода, когда резкий звонок в дверь нарушил тишину просторной квартиры. Она не ждала гостей. Настенные часы показывали половину седьмого вечера — время, когда город только начинал погружаться в вечернюю суету, а в старом кирпичном доме обычно царил покой. Марина опустила тяжелый шерстяной свитер на полку, медленно подошла к двери и посмотрела в глазок.
На лестничной клетке стоял Игорь. Ее бывший муж, с которым они официально развелись пять лет назад. Он выглядел так же, как в день их расставания: уверенный взгляд, дорогая куртка, легкая ухмылка на губах. Но самое странное заключалось в другом. У его ног громоздились три огромных чемодана.
Марина повернула замок и приоткрыла дверь, не снимая цепочки.
— Что тебе нужно? — холодно спросила она.
— Открывай, Марина. Я устал с дороги, — произнес Игорь, даже не пытаясь скрыть повелительные нотки в голосе.
Она молча закрыла дверь, скинула цепочку и распахнула створку шире. Игорь шагнул в прихожую, втягивая за собой массивные чемоданы на колесиках. Он по-хозяйски огляделся, снял куртку и бросил ее на пуфик.
— Я буду жить у тебя, пока не найду новую жену, — заявил бывший муж, глядя ей прямо в глаза с вызывающей самоуверенностью.
Внутри Марины словно оборвалась тугая струна. Пять лет назад он ушел к молодой избраннице, оставив после себя лишь горечь и несколько коробок с ненужными мелочами. А теперь он стоял здесь, в ее прихожей, и диктовал условия. Гнев, который она так долго прятала глубоко внутри, мгновенно вырвался наружу, затопляя разум ледяной ясностью.
Она не стала кричать. Не стала задавать вопросов. Марина просто шагнула к самому большому чемодану, который Игорь не успел застегнуть до конца. Она резко распахнула молнию, схватила чемодан за ручку, развернулась и стремительно направилась к выходу на балкон.
— Эй, ты что творишь?! — голос Игоря потерял уверенность, когда он понял ее намерения.
Марина распахнула балконную дверь, подняла тяжелый пластиковый короб и с силой перевернула его за перила. Вещи красиво летели из окна пятого этажа. Дорогие рубашки ловили потоки ветра, галстуки извивались в воздухе, словно пестрые ленты, а брендовые брюки плавно опускались на серый асфальт двора. Это было зрелище, полное абсолютного и бескомпромиссного освобождения.
Она отряхнула ладони и вернулась в комнату.
— А теперь пошел вон, — произнесла Марина, глядя на опешившего мужчину.
Игорь подошел к окну, посмотрел вниз на раскиданный по двору гардероб, а затем медленно повернулся. На его лице больше не было растерянности. Губы скривились в жесткой, торжествующей усмешке.
— Можешь выкинуть хоть все мои вещи, Марина, — тихо сказал он. — Это ничего не изменит. Ты не имеешь права меня выгонять.
— Это моя квартира.
— Ошибаешься. Это квартира твоя и твоего брата Валентина. Точнее, так было до прошлой недели.
Марина замерла. Валентин, ее старший брат, жил на севере уже много лет. Они редко общались, ограничиваясь сухими поздравлениями по праздникам, но квартира родителей всегда оставалась их общей собственностью.
— При чем здесь Валентин? — голос Марины предательски дрогнул.
Игорь неспеша достал из внутреннего кармана пиджака сложенный вдвое документ.
— Твой брат всегда мечтал о загородном доме поближе к столице. А у меня как раз был такой дом. Тот самый, который мы строили еще в браке, но который по документам принадлежал моей матери. Мы с Валентином совершили сделку обмена. Я отдал ему дом, а он переписал на меня свою долю в этой квартире. Все официально. Заверено нотариусом. Теперь я полноправный владелец половины этого жилья. И я имею полное право здесь находиться.
Марина отказывалась верить услышанному. Родной брат продал ее покой Игорю. Человеку, который разрушил ее семью. Она быстро набрала номер брата. Гудки шли бесконечно долго, пока на том конце не раздался хриплый голос Валентина.
— Валя, это правда? — выдохнула Марина в трубку. — Ты отдал свою долю Игорю?
— Марин, ну а что мне было делать? — раздраженно ответил брат. — Мне нужен был дом, предложение выгодное. Вы люди взрослые, сами разберетесь. Не делай из этого трагедию.
В трубке раздались короткие гудки. Марина опустила телефон. Игорь стоял в центре комнаты, сложив руки на груди.
— Я занимаю большую комнату, — будничным тоном сообщил он. — И да, постарайся не шуметь по утрам. У меня сейчас сложный период на работе.
Началось холодное противостояние. Дни потянулись в мучительном напряжении. Игорь вел себя так, словно Марина была лишь досадной помехой, бесплатным приложением к его новым квадратным метрам. Он занимал ванную по утрам, оставлял свои вещи в коридоре, громко разговаривал по телефону, демонстративно обсуждая с кем-то рестораны и поездки. Марина отвечала ледяным молчанием. Она заперла свою комнату, убрала из мест общего пользования все свои принадлежности и начала продумывать план. Она не собиралась сдаваться.
Напряжение росло с каждым часом. Марина чувствовала, что Игорь что-то скрывает. Его постоянные разговоры шепотом за закрытой дверью, его нервозность, когда раздавался звонок в дверь. Он явно прятался здесь. Но от кого?
Развязка первой части этой невыносимой игры наступила в пятницу вечером. Игорь ушел, бросив в коридоре свой кожаный портфель, с которым обычно не расставался. Это была его единственная оплошность. Марина, убедившись, что хлопнула входная дверь, подошла к портфелю. Замок оказался не защелкнут.
Она осторожно открыла кожаный клапан. Внутри лежала толстая папка с бумагами. Марина достала верхний файл. Это было свидетельство о заключении брака. Дата — три дня назад. Имя жениха — Игорь. Марина скользнула взглядом ниже и оцепенела. Имя невесты болью отозвалось в висках: Оксана. Ее лучшая подруга. Человек, которому она доверяла все свои тайны.
Но это было не все. Под свидетельством лежал договор дарения. Игорь передавал свою свежеприобретенную долю в квартире Оксане. А на отдельном листе из паспортного стола значилось, что Оксана уже прописала здесь себя и свою пожилую мать.
В этот момент в замке провернулся ключ. Марина резко обернулась. Дверь открылась, и на пороге появилась Оксана, волоча за собой тяжелую дорожную сумку. Позади нее высилась фигура ее матери, властной и тяжелой на подъем Катерины.
— Привет, подруга, — пряча глаза, произнесла Оксана. — Потеснись. Мы теперь будем жить здесь...
Читать продолжение истории здесь