На советском и постсоветском пространстве из западной рок-музыки, как известно, были особо любимы Deep Purple, Pink Floyd и The Beatles. Чуть менее близки советскому уху, но не менее почитаемы были Led Zeppelin и Queen. Однако ни одна группа, даже первые три из вышеназванных, не могла похвастаться таким феноменально народным статусом, какой был позднем СССР у коллектива Uriah Heep. В 80-е годы на западе эта группа уже уходила в закат, а вот на просторах нашей необъятной она была горячо любима практически всеми, включая домохозяек, которые традиционно были максимально далеки от этих ваших рока и джаза. "Причиной тому, наверное, была та особая мелодичность, которой не было у других мастодонтов из Британии и США. Сентиментальная драматичность Uriah Heep отзывалась в сердцах советских слушателей, привыкших к вычурной чистоте отутюженных воротничков различных ВИА тех лет. Примерно такими были и эти британские ребята со своими Lady In Black и July Morning. Последняя стала в СССР по-настоящему культовой, а в братской в то время Болгарии и вовсе стала неофициальным гимном, положив начало традиции встречать июль на черноморском побережье.
Однако история Uriah Heep началась не с July Morning и даже не с Lady In Black, а немного раньше. Началась она, как у многих легенд 70-х, на исходе 60-х. Парни из группы Spice, гитарист Мик Бокс и певец Дэвид Байрон (хотя тогда ещё не Байрон, а Гаррик), репетировали в лондонском общественном центре Hammwell Community Centre. Составу ощутимо не хватало музыкантов, и через объявление вскоре был найден барабанщик Алекс Напьер, а басист Пол Ньютон пришёл из группы с громким названием The Gods («Боги»). Там, к слову, успело поиграть много людей, заявивших о себе впоследствии в других группах: Джон Гласкок стал басистом Jethro Tull, Брайан Гласкок был барабанщиком Bee Gees, Мик Тейлор стал вторым гитаристом The Rolling Stones, а Грег Лейк затем влился в King Crimson и Emerson, Lake & Palmer. В Uriah Heep оттуда пришёл ни много ни мало Кен Хенсли, оформивший к следующему альбому своеобразный творческий треугольник с Байроном и Боксом.
Хенсли, впрочем, появился в группе не сразу. Его привёл продюсер Джерри Брон, который познакомился с музыкантами в конце 1969 года. Брон увидел выступление Spice в клубе, был впечатлён и предложил парням заключить контракт. Затем группа сменила наконец-то название на знаменитое Uriah Heep в честь персонажа романа Чарльза Диккенса «Дэвид Копперфильд». Именно тогда, уже в студии Lansdowne всем стало понятно, что звучанию чего-то ощутимо не хватает. Этим чем-то и стали знаменитые клавишные пассажи Хенсли, ставшие в музыке группы, наверно, центральным элементом. Первый альбом группы под названием Very 'eavy… Very 'umble стал фундаментом, на котором было построено дальнейшее творчество Uriah Heep. Это было заметно с первой же песни Gypsy, совершенно убойной эпопеи на шесть минут с драйвовыми риффами Мика Бокса, театральным голосом Байрона и безумными пассажами Хенсли. Тот случай, когда благодаря лишь одной песне можно было бы назвать удачным целый альбом. Хотя там, конечно, есть и другие удачные композиции, написанные в целом в той же звуковой палитре, что и Gypsy. Особенно можно отметить Dreammare с мощным многоголосием, бодрый рок-н-ролл Read Turned On и I'll Keep On Trying. В американской версии альбома не было блюзовой, как можно понять по названию, Lucy Blues, зато была энергичная Bird Of Prey. Вполне стандартная ситуация для тех лет, коснувшаяся множества альбомов. Как это нередко бывало с альбомами тех лет, Very ‘Eavy… Very ‘Umble, обрёл любовь и признание критиков лишь с годами. А тогда, на момент релиза, не все оценили рвение музыкантов удивить всех стилистическим многообразием, уже тогда позволявшим со всей ответственностью отнести группу в когорту представителей арт-рока. В случае с Uriah Heep – арт-рока тяжёлого, театрального и по-хорошему вызывающего.
Друзья, буду благодарен за подписку на канал. Вам это нетрудно, а мне помогает в продвижении. Здесь будет ещё много интересного.