Звук скрежета камня о камень был оглушающим. Он рвал вязкую тишину «кармана», словно игла, вспарывающая ткань. Даша не останавливалась. Она водила острым осколком по стене, рисуя длинную, глубокую царапину. Это было бессмысленно с точки зрения физики, но не с точки зрения метафизики. Она не пыталась пробить стену — она искала шов. Место, где эта реальность была сшита с другой.
Царапина удлинилась на метр. Полтора. Два. Бетон под пальцами начал меняться. Он становился не гладким, а зернистым, как старый, выцветший холст. В месте, где она царапала, тьма начала отступать, сменяясь мутным, серым светом.
«Ты опоздала», — прошелестел голос из ниоткуда.
Даша удвоила усилия, втыкая осколок в стену с яростью обречённой. Каменная крошка летела во все стороны, раня ей руки, но она не чувствовала боли.
«Провидец уже видит Узел».
Внезапно её рука, сжимающая осколок, провалилась в стену. Не ударилась о бетон, а прошла насквозь, словно в холодную воду. По локоть. Даша замерла. Это был он. Шов.
Она сделала глубокий вдох и, зажмурившись, шагнула вперёд.
Ощущение было такое, будто её протащили через узкую, колючую трубу. Мгновение дезориентации, ледяной холод по всему телу — и вот она уже стоит на четвереньках на мокром асфальте. Промзона. Она вывалилась из стены ангара прямо на улицу.
Ночь была в самом разгаре. Дождь прекратился, но воздух пах озоном и мокрым металлом. Даша поднялась на ноги, пошатываясь. Руки были содраны в кровь, куртка порвана.
Ей нужно было добраться до монастыря. Нужно было остановить их, пока Миша не завершил видение. Но как? Она одна. Без оружия. Против тех, кто умеет создавать «карманы» и управлять сознанием. В кармане куртки завибрировал телефон. Даша достала его трясущимися руками. Экран треснул, но он работал. Входящий звонок. Номер незнакомый.
Сердце пропустило удар. Это могли быть они. Или... Она нажала «Принять» и поднесла телефон к уху.
- Алло? - её голос был хриплым шепотом.
Тишина. А затем — звук помех и далёкий, едва различимый голос.
— ...аша? Ты... меня... с...шишь?
Это был Костя. Связь была ужасной, но это был он.
- Костя! Слава богу! Ты где? Ты в порядке?
- ...шёл их... логово... Они... не... ждут... Я... внутри...
Голос оборвался. В трубке остались только гулкие помехи.
Даша прижала телефон к груди. Костя нашёл их. Он был внутри. Это меняло всё. У неё появился союзник там, где его меньше всего ждали. Она снова посмотрела на ангар. Шов в реальности все ещё был там — едва заметная рябь в воздухе у стены. Она не могла пойти к монастырю одна. Но она могла помочь мужу изнутри их же крепости.
Сжав зубы от боли в разбитых коленях, Даша подошла к стене и снова шагнула в «карман». На этот раз она знала, что делать.
Голос в проводах
Возвращение в «карман» было похоже на погружение в ледяную воду. Даша задержала дыхание, ожидая удара о бетонный пол, но приземлилась на ноги, сгруппировавшись. В камере ничего не изменилось: та же гнетущая тишина и вязкая темнота. Но теперь у неё была цель.
Она достала телефон. Экран треснул, но сенсор работал. Связи, конечно, не было. «Карманы» реальности были идеальной клеткой, глушащей любой сигнал. Но Даша и не собиралась звонить наружу.
Она открыла диктофон.
- Костя, если ты меня слышишь... или если найдёшь это... — её голос звучал глухо и надтреснуто в замкнутом пространстве. - Я внутри, в «кармане», в камере где-то в их логове. Они используют Мишу. Они хотят, чтобы он своей силой провидца взломал печать под монастырём и выпустил что-то... что-то древнее. Ключ — это замок, а не отмычка.
Она сделала паузу, собираясь с мыслями.
- Я видела это. Существо под землёй. Оно заперто, но его зов... он сводит с ума. Они кормят его нашей реальностью, или чем-то ещё. Не знаю. Но Миша — их инструмент. Его дар слишком велик для него, и они хотят направить этот поток энергии на взлом печати.
Даша прижала телефон к груди, словно пытаясь передать через него всю свою волю.
- Найди Мишу. Защити его от их влияния. Не дай им заставить его «сфокусировать взгляд». И... будь осторожен. Я попробую выбраться и найти вас.
Она нажала «Стоп». Запись была сохранена. Теперь нужно было оставить телефон там, где его найдёт муж, а не те, кто её здесь запер. Даша подняла голову и внимательно осмотрела потолок камеры. Идеально гладкий, без единой трещины или шва. Но она уже знала: реальность здесь пластична.
Она взяла свой импровизированный «ключ» — острый осколок бетона — и, подпрыгнув, со всей силы вонзила его в потолок.
Каменная крошка посыпалась вниз. Осколок вошёл в бетон как в масло, оставив небольшую выбоину. Даша ухватилась за край дыры и, подтянувшись, просунула руку в образовавшееся отверстие. Её пальцы нащупали пустоту и что-то холодное, металлическое — вероятно, арматуру или трубу. Упершись ногами в стену, она начала карабкаться вверх, расширяя пролом.
Это было похоже на подъём по отвесной скале внутри каменного мешка. Наконец, она просунула голову в дыру и попала в вентиляционную шахту. Узкая, тёмная труба, уходящая вертикально вверх и вниз. Даша выбралась из камеры и оказалась внутри шахты.
Телефон она аккуратно положила в небольшую нишу между кирпичами у самого края пролома, прикрыв его обломком камня так, чтобы его не было видно снизу.
Теперь нужно было понять, куда двигаться. Внизу был слышен тот самый тихий, заунывный плач существа из-под земли. Вверху... доносились едва различимые звуки: шаги, тихий гул голосов, шелест одежды. Выбор был очевиден. Даша начала карабкаться вверх, цепляясь за ржавые скобы, вбитые в стену шахты. Каждый метр давался с трудом, руки горели от ссадин, но она не останавливалась.
Наконец, её рука упёрлась не в очередную скобу, а в металлическую решётку. Сквозь щели пробивался тусклый жёлтый свет и слышались голоса.
«...поток нарастает... Провидец почти завершил цикл...»«...контрольный контур стабилен? Печать не должна треснуть раньше времени...»
Даша замерла, прислушиваясь. Она была совсем близко.
Она осторожно надавила на решётку. Та поддалась с тихим скрипом. Даша замерла, затаив дыхание. Голоса на мгновение стихли, а затем возобновили разговор. Она приоткрыла решётку чуть шире и заглянула в комнату. Это было огромное помещение, похожее на заброшенный цех или склад с высокими потолками. В центре был Миша.
Он сидел на полу в уже знакомом светящемся узоре из символов. Его глаза были широко открыты и пусты. Вокруг него стояли фигуры в капюшонах — пять или шесть человек. Они держались за руки, образовав вокруг Миши живой круг, и тихо, монотонно бормотали что-то нараспев. Это был ритуал и её сын был его центром.
Разрыв круга
Даша застыла в вентиляционной шахте, наблюдая за происходящим через щель в решётке. Сердце колотилось где-то в горле, заглушая монотонное пение людей в капюшонах. Миша сидел в центре светящегося узора, похожий на маленькую, хрупкую марионетку. Его лицо было бледным, почти прозрачным, а глаза, устремлённые в пустоту, казались окнами в бездну.
Она должна была его остановить. Но как? Пять взрослых против одной израненной женщины. Прыгнуть на них сверху? Смешно. Её просто скрутят, и всё станет ещё хуже.
Её взгляд метался по комнате в поисках чего-то, что могло бы помочь. Взгляд зацепился за фигуру, стоявшую чуть в стороне от основного круга. Этот человек не пел. Он стоял спиной к ней, склонившись над каким-то оборудованием — старым, громоздким генератором, от которого к светящимся символам на полу тянулись толстые кабели.
«Контрольный контур стабилен».
Слова из подслушанного разговора эхом пронеслись в голове. Это был не просто ритуал. Это была технология. Древняя или, наоборот, слишком передовая, чтобы её понять, но они использовали электричество, чтобы усилить дар Миши. Чтобы сфокусировать его, как луч лазера. Решение пришло мгновенно. Не можешь разорвать круг — уничтожь источник питания.
Даша осторожно протиснулась в отверстие и бесшумно спрыгнула на металлический помост, идущий вдоль стены под самым потолком. Он был узким и ржавым, но давал хоть какое-то преимущество в высоте.
Человек у генератора был так поглощён своим делом, он проверял какие-то циферблаты на панели управления, — что не заметил её появления. Даша медленно, дюйм за дюймом, начала продвигаться по помосту к нему. Пение внизу стало громче, в нём появились новые, требовательные нотки.
Она была уже в паре метров от цели, когда генератор вдруг чихнул и заглох. Пение оборвалось. В наступившей тишине раздался скрипучий голос одного из людей в капюшоне:
- Контрольный контур нестабилен! Поток прерывается!
Человек у генератора выругался и начал лихорадочно щёлкать тумблерами.
Это был её шанс.
Даша рванулась вперёд и спрыгнула прямо ему на спину, сбивая с ног. Они покатились по бетонному полу. Мужчина оказался на удивление сильным, но Даша дралась с яростью матери, защищающей своего детёныша. Она вцепилась ему в лицо, пытаясь содрать капюшон.
Внизу раздался топот ног. Остальные заметили неладное.
Держите круг! - прогремел властный голос. - Не дайте Провидцу выйти из фокуса!
Даша наконец сорвала капюшон с головы своего противника. Это был немолодой мужчина с искажённым от злости лицом. Он ударил её локтем в живот, выбивая воздух из лёгких. Даша задохнулась от боли и ослабила хватку. Мужчина сбросил её с себя и вскочил на ноги.
- Ты всё испортила! - прошипел он и замахнулся для удара.
Но ударить он не успел. Снизу донёсся звук, от которого кровь застыла в жилах. Это был не плач и не вой. Это был звук рвущейся ткани — громкий, оглушительный треск, словно сама реальность дала трещину. Светящийся узор на полу вспыхнул ослепительно-белым светом. Миша медленно поднял голову. Его глаза больше не были пустыми. Они были полны звёзд и бесконечного ужаса.
Он посмотрел прямо на Дашу.
- Мама... оно проснулось... - прошептал он детским голосом, полным недетского страха.
А затем пол под ним начал проваливаться, превращаясь в бездонную воронку тьмы.
======================
Глава 85 / Продолжение следует
======================