Решение пришло само, холодное и ясное, как ночной воздух.
- Мам, пап, - тихо сказала Даша, входя в гостиную, где они тревожно смотрели телевизор с выключенным звуком. - Мне нужно уехать. Прямо сейчас.
Отец нахмурился, выключая пульт.
- Даша, но ведь ночь на дворе. Или всё так серьезно? Помощь нужна?
- Нет, спасибо, помощь нужна в одном — берегите Мишаню. А у меня нет выбора, я должна отвезти кое-что обратно в город. Это приманка и если она останется здесь, они придут за нами.
Мать побледнела и прижала руку к груди.
А как же Миша?
-Надеюсь, с ним всё будет хорошо.
Даша подошла к детской кроватке. Миша спал, подложив ладошку под щёку. Будущий великий провидец, её любимый, маленький мальчик. Она наклонилась и поцеловала его в лоб.
- Вы его крепость. Спрячьте его, если я не вернусь к рассвету... Постарайтесь увезти его ещё дальше, на север. В глушь. Они не должны его найти.
Отец тяжело поднялся с кресла. Его взгляд был твёрже гранита.
- Я поеду с тобой.
- Нет, - отрезала Даша. - Папа, ты должен остаться здесь. Защищать Мишу и маму. Я справлюсь. Это моя битва.
Она быстро обняла мать, чувствуя, как та дрожит, и вышла во двор. Машина почему-то на этот раз, завелась с третьей попытки, недовольно чихая выхлопом. Путь назад казался бесконечным. Кубик на пассажирском сиденье светился даже через ткань куртки, в которую она его завернула. Даша гнала машину к тому самому ангару в промзоне. Это было единственное место, которое они уже «засветили». Идеальная ловушка для тех, кто идёт по следу.
Она остановила машину в тени у ворот, заглушила двигатель и вышла в сырую темноту. Вокруг не было ни души. Только ветер гонял по асфальту обрывки рыжих от старости и грязи, газет. Даша подошла к воротам ангара — тем самым, что захлопнулись за ней в прошлый раз. Замок был на месте. Она не стала его сбивать. Просто просунула свёрток с кубиком в широкую щель между створками ворот, прямо на видное место.
- Вот ваш ключ, - прошептала она в пустоту. - Забирайте.
Она развернулась, чтобы уйти к машине, но замерла на месте. В нескольких метрах от неё стоял человек. Он просто появился из тени, словно соткался из ночного воздуха. Высокий, худой. Лица не было видно под глубоким капюшоном толстовки. Даша почувствовала, как по спине пробежал холодок.
- Ты принесла то, что принадлежит нам, —-прошелестел знакомый голос из-под капюшона. Тот самый голос из видеозвонка.
- Я принесла ваш маяк, - спокойно ответила Даша, сжимая в кармане электрошокер. - Теперь отстаньте от моего сына.
Фигура в капюшоне медленно качнула головой.
- Провидец должен видеть. Это его бремя и его предназначение. Мы лишь помогаем ему... сфокусировать взгляд.
- На чём? - Даша сделала шаг назад, к машине. - На какой «точке невозврата» вы хотите заставить его смотреть?
Человек не ответил. Он просто поднял руку и указал костлявым пальцем прямо на Дашу. В тот же миг мир вокруг неё взорвался болью. Это было не физическое ощущение. Это было чувство полного, абсолютного стирания. Как будто кто-то огромный и невидимый взял ластик и начал решительно стирать её из реальности. Последнее, что она услышала перед тем, как тьма поглотила сознание, был всё тот же шелестящий голос:«Ты опоздала».
Паутина видений
Боль отступила, оставив после себя звенящую пустоту и привкус металла во рту. Даша открыла глаза. Она лежала на холодном, шершавом бетоне. Вокруг была темнота, но не та, что бывает ночью, а густая, почти осязаемая тьма замкнутого пространства. Пахло пылью, сыростью и чем-то сладковато-гнилым.
Она попыталась сесть. Голова кружилась. Память возвращалась урывками: промзона, фигура в капюшоне, палец, указывающий на неё... и обжигающее чувство стирания.
«Ты опоздала».
Даша пошарила руками вокруг себя. Бетонный пол. Гладкая, холодная стена. Она в ловушке. В какой-то камере. Внезапно темнота начала рассеиваться. Нет, не от света — светлее не стало. Просто из черноты начали проступать образы, словно кто-то невидимый включил проектор прямо в её мозгу.
Она увидела Мишу:
Он сидел на полу в незнакомой комнате, стены которой были сложены из огромных, грубо обтёсанных камней. Вокруг него, на полу, были начерчены те самые символы — карта «карманов» реальности. Они светились мягким, пульсирующим светом. Миша сидел в центре этого узора, скрестив ноги по-турецки. Его глаза были широко открыты, но зрачки закатились, видны были только белки.
«Он видит», — поняла Даша с леденящим ужасом.
Видение сменилось. Теперь она смотрела глазами сына. Мир был не трёхмерным, а сотканным из миллиардов тончайших светящихся нитей. Нити переплетались, сходились в узлы, расходились в бесконечность. Это было будущее, прошлое и настоящее одновременно — хаотичное, прекрасное и пугающее зрелище.
А потом она увидела ЕГО.
Нити реальности сходились в одной точке, образуя плотный, пульсирующий сгусток тьмы. Это не был разрыв или «карман». Это была опухоль на теле мироздания. И эта опухоль росла, пожирая светящиеся нити вокруг себя. И Даша знала, где это происходит — в монастыре.
Видение снова сменилось. Теперь она видела саму себя со стороны. Она лежала на полу этой камеры, а над ней склонились две фигуры в таких же капюшонах. Их лиц не было видно, но она чувствовала их холодную, безэмоциональную сосредоточенность. И тут она их услышала:
- Сопротивление бесполезно, Даша, - прошептал один из них голосом её отца. - Твой дар блокирован. Ты заперта в «кармане», который мы создали специально для тебя.
- Где мой сын? - хрипло крикнула она, но её голос прозвучал слабо и глухо, словно из-под земли.
- Он делает то, для чего был рождён. Он видит Узел. Он видит Точку Невозврата.
- И что там? Что он видит?! - её крик перешёл в рыдание.
Фигуры переглянулись.
- Он видит конец старого мира и рождение нового. И мы поможем ему... направить этот процесс в нужное русло.
Видение начало таять, растворяясь во тьме камеры. Последнее, что услышала Даша перед тем, как связь с видением сына оборвалась, был тихий детский плач. Но плакал не Миша. Плакал кто-то другой. Где-то глубоко внизу, под фундаментом монастыря.
Эхо из-под земли
Плач. Он был тихим, далёким, но пробирал до костей. Это был не плач испуганного ребёнка, а скорее протяжный, заунывный вой существа, запертого в темноте целую вечность. Даша села, прислонившись спиной к холодной стене. Видение исчезло, оставив после себя звенящую пустоту и липкий страх.
«Он видит Узел».
Слова эхом отдавались в голове. Они хотят, чтобы Миша увидел не просто будущее, а их версию будущего. Они хотят использовать его дар как линзу, чтобы сфокусировать реальность в нужной им точке. В той самой «Точке Невозврата».
Внезапно бетонная стена, к которой она прижималась, перестала быть твёрдой. Она стала податливой, как густой туман. Даша почувствовала, что проваливается сквозь неё, но это было не падение, а скорее скольжение по длинному, тёмному коридору.Она оказалась в другом видении:
Это был подвал. Огромный сводчатый зал, уходящий во мрак. Воздух был сырым и ледяным. Посреди зала возвышался массивный каменный алтарь, покрытый вековой пылью и паутиной. А на алтаре лежал тот самый кубик-ключ. Он пульсировал ярким, болезненным светом, отбрасывая на стены уродливые, пляшущие тени. И снова этот плач. Теперь он был громче. Он доносился из-под пола, прямо из-под алтаря.
Даша подошла ближе. Её ноги не касались пола, она была лишь призраком в чужом воспоминании. Она заглянула за край алтаря и увидела в камне круглое отверстие, закрытое ржавой металлической решёткой. Из-за решётки на неё смотрели два огромных, горящих в темноте глаза. В них не было ни зрачка, ни белка — только бездонная тьма и вековая, невыносимая тоска. Существо за решёткой снова издало протяжный стон-вой.
«Освободи меня...»
Голос был не звуком, а мыслью, которая вонзилась прямо в мозг. Он был древним и могущественным. Даша отшатнулась от алтаря. Видение начало таять, стены подвала снова превращались в бетонную стену её камеры. «Освободи меня...»
Даша резко открыла глаза: она снова была в темноте. Но теперь женщина знала: Ключ — это не просто артефакт, это — замок. И то, что заперто под монастырём — это и есть тот самый «Узел», та «Точка Невозврата».
Те люди в капюшонах не просто хотят изменить будущее. Они хотят выпустить это существо. Они используют Мишу как проводник, чтобы он своей силой провидца взломал печать, которую этот кубик-ключ удерживает веками. И если Миша увидит это существо во всей его мощи... если он сфокусирует свой дар на нём...
Нет, она должна выбраться, любой ценой. Даша поднялась на ноги и начала методично ощупывать стены своей темницы. Это был «карман» реальности, но у любой иллюзии должны быть границы. Она должна найти шов, трещину, слабое место. Её пальцы наткнулись на что-то на полу. Маленький, острый осколок бетона. Видимо, отвалился от стены. Она сжала его в кулаке. Оружие так себе, но это было лучше, чем ничего.
- Ладно, - прошептала она в темноту. - Поиграем.
Она с силой провела острым краем осколка по стене. Послышался противный скрежет камня о камень.
=========================
Глава 84 / Продолжение Глава 86
===========================