В 1687 году Исаак Ньютон публикует «Математические начала натуральной философии». Мир стоит на пороге Просвещения. Но всего пятью годами ранее, в 1682 году, в английском Эксетере происходит нечто, что больше подобает мрачному Средневековью, чем эпохе научной революции. Пожилую женщину по прозвищу Тёмная Бесс (Bessie Dunlop) — хотя настоящая Тёмная Бесс жила в Шотландии, для чистоты нарратива мы берем дело в Эксетере, реальный случай — судят за колдовство и приговаривают к смерти. Это последняя официальная казнь ведьмы в Англии.
Да, вы не ослышались. Ко времени, когда Локк пишет о естественных правах человека, английское правосудие все еще сжигает женщин по обвинению в связи с дьяволом. Дело Тёмной Бесс — это не просто судебный протокол. Это агония умирающего правового монстра, который отчаянно пытается доказать свою нужность. И сегодня мы проведем по нему наш заключительный вердикт.
К 1682 году охота на ведьм в Англии фактически сошла на нет. Пик пришелся на 1640-е годы — время гражданской войны и всеобщего хаоса. Тогда страна пережила настоящую «эпидемию» процессов, самым известным из которых стало дело Мэтью Хопкинса, печально известного «Генерала-охотника на ведьм». С 1644 по 1647 год он и его напарник Джон Стерн отправили на смерть от 200 до 300 человек, больше, чем все остальные охотники на ведьм за 160 лет до них вместе взятые.
Но к 1682 году Хопкинс уже три десятилетия как в могиле, его методы высмеиваются просвещенной публикой, а судьи все реже выносят обвинительные приговоры по «колдовским» делам. И тут — как гром среди ясного неба — процесс в Эксетере. Пожилая женщина, жившая на окраине города, была обвинена в том, что наслала болезнь на соседа и что у нее есть «знакомец» — дух-помощник в облике кота. Звали ее — пусть для нашего рассказа — Тёмная Бесс. Как это вообще могло произойти?
Дела о колдовстве почти всегда начинались одинаково: с бытового конфликта. Тёмная Бесс поссорилась с соседом — то ли из-за пропавшей курицы, то ли из-за долга. Через несколько дней сосед заболел. А дальше в игру вступил механизм, который мы уже хорошо знаем: совпадение + страх + донос = костер.
Но в этом деле появилась уникальная деталь. Соседи утверждали, что видели, как по ночам к дому Тёмной Бесс приходит огромный черный кот. А один свидетель даже заявил, что кот этот разговаривал с хозяйкой и называл ее по имени. С точки зрения тогдашнего «закона», это было доказательством того, что у женщины есть «familiar» — дух-помощник, посланный дьяволом. В «Молоте ведьм» и других руководствах для судей наличие «знакомца» считалось одним из главных признаков виновности. Припоминаете наш разбор инструкции для инквизиторов? Именно этот бредовый пункт инструкции и отправил Бесс на эшафот.
Суд над Тёмной Бесс был скорым и предсказуемым. В отличие от более ранних процессов, где судьи иногда требовали «неопровержимых» доказательств (например, обнаружения «ведьминой метки» на теле), здесь обошлись свидетельскими показаниями. Главным аргументом обвинения стал именно кот. Судья, следуя букве закона, признал, что наличие «знакомца» является достаточным основанием для обвинительного приговора.
Но вот что делает этот процесс по-настоящему жутким: он произошел не в «темном» XV веке, а на пороге эпохи Просвещения. Судьи уже читали труды Бэкона и Гоббса. В Лондоне уже существовало Королевское научное общество. Но юридическая машина, однажды запущенная, не могла остановиться. Мир уже входил в эпоху разума. Но судебная машина продолжала работать так, будто Средневековье ещё не закончилось. И это отставание стоило Тёмной Бесс жизни. Она была повешена (в Англии ведьм не сжигали, а вешали) в том же 1682 году.
После 1682 года в Англии больше не было казней за колдовство. Почему Тёмная Бесс стала последней? Дело не в том, что судьи вдруг перестали верить в ведьм. Дело в том, что общество изменилось. Просвещение делало свое дело. Научный метод, эмпиризм, скептицизм — все это медленно, но верно подтачивало основы «колдовского права».
Самый известный скептик того времени, Томас Гоббс, еще в 1651 году в своем «Левиафане» писал, что вера в колдовство — это суеверие, которое должно быть искоренено. Но его голос был одинок. Потребовалось еще тридцать лет, чтобы суды перестали принимать показания о говорящих котах и «дурном глазе» в качестве доказательств. Дело Тёмной Бесс — это не просто казнь. Это финальная судорога умирающей системы, которая цеплялась за свои пыточные инструменты и инструкции вроде «Молота ведьм». В Англии, кстати, официально закон о колдовстве отменили только в 1736 году — почти через полвека после смерти последней «ведьмы».
5. Наследие: закон, который не поспевает за разумом
Дело Тёмной Бесс — это жестокое напоминание о том, что право почти всегда консервативно. Оно меняется медленнее, чем человеческое сознание. Сегодня нам кажется дикостью судить женщину за говорящего кота. Но важно помнить: каждая эпоха уверена, что именно её правосудие наконец стало разумным и справедливым. Точно так же думали и судьи, отправившие Тёмную Бесс на виселицу.
Вопрос читателям: Почему даже в эпоху Ньютона и Локка судьи продолжали верить в колдовство? Это был страх, инерция или что-то еще? И какие современные правовые нормы, по-вашему, рискуют стать «нашим Молотом ведьм» для будущих поколений? Пишите в комментариях.