Петропавловский переулок, Мясницкой части. Идет от Хитровской площади и упирается в Яузский бульвар. Назван по церкви Св. Апостол Петра и Павла, что на Горке, в этом переулке находящейся.
Впервые о каменном храме на этом месте упоминается в 1631 году. Однопрестольный храм имел название «Петра и Павла высокого, что на горке».
Сохранились свидетельства о том, что в 1693 г. Патриарх Московский и всея Руси Адриан отпевал в храме Вассу Строганову.
Григорий Строганов умер 21 ноября 1715 года. Слишком значительный для Петра I человек, слишком большой государственный деятель, чтобы его уход прошел незаметно. Деньги Строганова, безвозмездно и продуманно отдававшиеся в нужную минуту Петру, позволили подготовить и выиграть не одно сражение со шведами, лежали в основании Петербурга. «Именитый человек» не ошибался в расчетах.
Подаренные суммы оборачивались льготами, привилегиями, монополиями, землями, среди которых в 1702 году было и принадлежавшее ранее Симонову монастырю село Влахернское, или Мельница, будущие Кузьминки.
Доход фантастически перекрывал расход, а Петр был готов на новые поощрения, не желая упускать кредита.
С Вассой Строгановой связана история, сильно отдающая мистикой.
Дело в том, что Васса Строганова умирала несколько раз — дважды или трижды, но даже после своей второй смерти умудрялась переписываться с императрицей Екатериной Первой и была пожалована ею во фрейлины.
В церковных книгах храма Петра и Павла у Яузских ворот есть запись о том, что на третьей неделе Великого поста в 1693 году патриарх Адриан отпевал супругу «именитого человека» Вассу Строганову, урождённую княжну Мещерскую.
А в записях известного историка Москвы А. А. Мартынова, скрупулёзно копировавшего надписи на надгробиях уже уничтоженного кладбища при той же церкви, дата другая: «Строганова Васса Ивановна, жена именитого человека Григория Дмитриевича Строганова, дочь князя Ивана Ивановича Мещерского жила 38 лет 5 месяцев 5 дней, в супружестве жила 20 лет, умерла против 16 марта 7231 года с среды на четверг 3-й недели Великого поста, в 7 часу ночи». В переводе на современное летоисчисление год её смерти — 1723-й.
А в следующем, 1724 году Васса писала императрице Екатерине Первой: «Пожалованы мы… в комнаты государыни цесаревны. А я, раба ваша, не сведома, каким порядком себя между прочими вести; также и сыновья мои чину никакого не имеют, а указом Вашего Величества всему гражданству определены разные чины и места по своим рангам, чтоб всяк между собою своё достоинство ведал. Просим, дабы я пожалована была местом, а дети мои чинами ради происходящего всенародного торжества…»
Ошибки в дате быть не может, так как в письме упоминается «всенародное торжество», то есть коронация Екатерины.
Существует и портрет этой таинственной женщины работы Романа Никитина.
Изображена она в стилизованном под петровскую моду русском платье и в высоком головной уборе, напоминающем кокошник. На груди — портрет Петра Первого. В каталоге Русского музея портрет этот обозначен несколько странно: Васса (Мария) Строганова.
Как так может быть? Историки нашли объяснение: Григорий Дмитриевич Строганов был женат дважды.
Первая жена Васса Ивановна Мещерская, вторая — Мария Яковлевна Новосильцева — именно она писала императрице в 1724 году и после этого прожила ещё десять лет.
Васса же умерла относительно рано, в 1693 году, то есть в 7201-м по старинному русскому исчислению, а копируя полустертые буквы надгробий, историк Мартынов попросту ошибся в одной цифре, прибавив ей тридцать лет жизни.
Итак — тайны нет? Может быть, но, прежде чем быть разгаданной, эта история вдохновила писателя А. К. Толстого на написание повести «Упырь», а именно Васса стала прототипом страшной бригадирши Сугробиной — вампирши.
Недаром Строганова могла себе позволить уверенный тон в обращении к царю (да и категорически запрещенный кокошник на голове тоже!), недаром ее просьбы были так щедро и быстро удовлетворены.
А ведь совсем скоро, 30 мая 1722 года, в день своего пятидесятилетия, праздновавшегося в Казани, Петр I возвел всех трех братьев в тогда еще диковинное для России баронское достоинство.
«Церковь Петра и Павла, что у Яузских ворот «в Малой Крутицкой певчей», «на горке у старых конюшен» теплая, как по Строельным и Писцовым книгам известно, вместе с колокольней построена каменная в 1631 г. и в 1632 г. Потом, когда пришла в ветхость, вновь перестроена в 1700 г.»
Перестройкой, или уж точнее будет сказать, возведением нового храма на месте прежнего, обветшавшего, с включением части старых стен в новое здание, заведовал тогдашний патриарх Московский и всея Руси Адриан.
В середине восемнадцатого века храм сильно пострадал от пожара, но прихожане общими усилиями его быстро восстановили.
В 1812 году храму повезло, и он почти не пострадал ни от мародерствующих французов, ни от бушевавших в Москве пожаров. Правда, были полностью сожжены хозяйственные постройки и дома служителей. Но вскоре вокруг храма выросли новые дома причта с дворами, а по другую сторону Петропавловского переулка, напротив церкви, был построен каменный дом священника.
Большевикам заграбастать храм Петра и Павла не удалось несмотря на все усилия ни в тридцатых годах, ни позднее.
А в 1948 году по благословению патриарха Алексия Первого при храме открылось Сербское подворье. Открылось, но, исходя из политических соображений, фактически не действовало до самого конца двадцатого века.