В Оружейной палате Московского Кремля, среди сабель, кольчуг и парадных доспехов, хранится один из самых загадочных экспонатов русской истории – шлем, который на протяжении столетий называли шлемом Александра Невского. Он украшал герб Российской империи. Его изображение чеканили на монетах. Им гордились как символом русской воинской славы.
Но стоит подойти ближе и присмотреться к золотой насечке на стальном куполе – и глаза натыкаются на строки, которые меньше всего ожидаешь увидеть на русском боевом шлеме. Арабская вязь. Цитата из Корана. Как слова из священной книги мусульман оказались на шлеме православного святого? И принадлежал ли этот шлем Александру Невскому на самом деле?
Начнём с того, что сам шлем – предмет необыкновенной красоты. Стальной купол, покрытый золотой насечкой с растительным орнаментом. Наносник в виде стрелки, украшенный самоцветами. Навершие с маленьким шпилем. А по ободу – та самая надпись на арабском языке.
Тринадцатый аят шестидесятой суры Корана: 'Обрадуй верующих обещанием помощи от Аллаха и скорой победы'. Рядом, на самом куполе, ещё одна надпись. Но уже на русском: 'Шапка ерихонская князя Александра Невского'. Два языка. Две веры. На одном шлеме.
Именно это противоречие не давало покоя исследователям несколько столетий подряд. А ответ на загадку оказался проще, чем можно было ожидать, – и одновременно сложнее.
Первое, что выяснили историки, – шлем не мог принадлежать Александру Невскому. Никак. Князь умер в 1263 году. А шлем, судя по технике изготовления, материалам и стилю орнамента, был создан не раньше XVII века. Между смертью Невского и появлением этого шлема прошло около трёхсот шестидесяти лет.
Кому же он принадлежал?
По наиболее распространённой версии, шлем был изготовлен мастером Оружейной палаты Никитой Давыдовым для царя Михаила Фёдоровича Романова – первого государя из династии Романовых.
Произошло это предположительно в 1621 году. Но тогда возникает следующий вопрос: почему на шлеме русского православного царя красуется надпись из Корана?
И вот тут начинается самое интересное. Дело в том, что Никита Давыдов не делал шлем с нуля. Он переделывал уже существующий. За основу мастер взял восточный шлем – скорее всего, работу иранских или турецких оружейников. Такие шлемы в те времена высоко ценились на Руси.
Их привозили как дипломатические подарки, покупали у восточных купцов, захватывали в качестве трофеев. Восточные мастера традиционно украшали боевые шлемы цитатами из Корана. Это была не просто надпись – это было благословение, призыв к божественной защите воина в бою. Такая практика существовала повсеместно: от Персии до Османской империи, от Египта до Средней Азии.
Никита Давыдов получил подобный шлем и принялся за работу. Добавил русский орнамент, украсил самоцветами, приделал наносник. А арабскую надпись – оставил. Почему? Скорее всего, мастер просто не прочёл её. Арабский язык в Москве XVII века знали единицы. Красивая вязь воспринималась как часть орнамента – затейливый узор, не более того.
Стирать искусную работу восточного мастера не было никакого смысла. А может быть, Давыдов и знал, что это за надпись, но не посчитал её чем-то предосудительным. В конце концов, призыв к божественной помощи и победе – идея, понятная воину любой веры.
Но как же шлем стал 'невским'? Тут свою роль сыграла русская традиция связывать ценные вещи с именами великих предков. Роскошный парадный шлем нуждался в достойной легенде. И какое имя подходило лучше, чем имя Александра Невского – князя-воина, святого покровителя Петербурга, символа воинской доблести? Надпись 'Шапка ерихонская князя Александра Невского' появилась на шлеме позже, уже после его создания.
Кто и когда её нанёс – точно неизвестно. Но к XVIII веку атрибуция закрепилась настолько прочно, что никто уже не сомневался: это шлем того самого Невского.
В 1808 году шлем удостоился высшей чести – его изображение было помещено на герб Российской империи. Двуглавый орёл держал в лапах скипетр и державу, а над одним из щитков красовался силуэт знаменитой ерихонской шапки.
Шлем с арабской надписью стал государственным символом православной империи. И в этом не было никакого противоречия – потому что к тому моменту все уже давно забыли, что именно написано на его ободе.
Сегодня учёные не спорят о происхождении шлема. Это работа XVII века, выполненная на основе восточного оригинала. Александр Невский никогда его не носил и не мог носить – князь жил за несколько столетий до его создания. Но сам факт существования этого шлема рассказывает кое-что важное о русской истории. О том, как тесно переплетались в ней Восток и Запад.
О том, как восточное оружие ценилось при московском дворе. О том, как легко рождались красивые легенды – и как крепко они держались. А ещё – о том, что иногда не нужно читать надпись на шлеме, чтобы верить в его силу. Шлем и сегодня хранится в Оружейной палате.
Золотая арабская вязь по-прежнему на месте. И если вы окажетесь в Московском Кремле – подойдите, присмотритесь. Теперь вы знаете, что там написано.
Ставьте лайк, если узнали что-то новое, и подписывайтесь – впереди ещё много историй, в которых всё не так, как кажется на первый взгляд!
Вам может быть интересно "Коррупционеры при Петре"