Там, где воздух уже не спасал, а превращался в стену, один человек и одна машина решили, что законы физики - это не приговор, а вызов. 2200 метров высоты, стрелка дрожит у красной черты, и мир за фонарём кабины теряет цвета, сжимаясь во враждебную пустоту. Именно в этот миг сын кубанского батрака, прошедший мыловаренные заводы и кавалерийские разъезды, нажал на рычаг - и советская авиация шагнула в эпоху, где скорость превзошла звук.
Родился этот человек за 120 лет до того, как его имя поставили в один ряд с легендами, - 16 октября 1905 года в станице Усть-Лабинской, в семье, где для обработки земли использовали ещё соху, а небо вообще было чужой стихией. В детстве Иван Тимофеевич Иващенко батрачил на хуторах, выживал в голодном Екатеринодаре, работал чернорабочим на мыловарне и подмастерьем на обувной фабрике. В 1922 году, тощий и обветренный «всеми ветрами», он вернулся домой, чтобы гнуть спину в сельхозартелях, мечтая стать агрономом. Казалось, судьба его предрешена: химический завод в Майкопе, затем служба в кавалерийском полку Красной армии - обычная биография обычного труженика. Но в 1932 году в его жизнь ворвался лозунг: «Комсомолец - на самолёт!».
Двадцатисемилетний Иващенко, уже почти привыкший к земле, вдруг рванул в Луганск, в военно-авиационную школу, а оттуда - в прославленную «Качу», где готовили командиров звеньев. Небо, которое для крестьянского сына было лишь синим пологом над полем, стало его настоящим домом. Он бороздил Дальний Восток и Забайкалье, командовал истребительной эскадрильей, воевал в финскую войну на знаменитом «ишачке» - И-16. Там получил свой первый орден Красного Знамени. Но настоящая мужская жажда пришла позже: ему стало тесно в скоростях поршневых машин.
1940 год перевернул всё. Иващенко предложили стать лётчиком-испытателем. Это значило каждый день поднимать в небо «сырые», опасные конструкции, где чертёж мог соврать, а металл - не выдержать. Капитан согласился без колебаний. До войны он гонял двигатели на московском заводе № 24, а с июля 1941-го, когда враг стоял у ворот столицы, ночами на МиГ-3 перехватывал немецкие бомбардировщики в небе Москвы. Потом были испытания «летающего танка» Ил-2 и самого массового нашего истребителя Як-9. За его спиной оставалась война, в которую он дрался не в кабинетах, а за штурвалом. Впереди были звание Героя Советского Союза, Золотая Звезда и орден Ленина за десятки испытанных машин. Но главный экзамен жизни только начинался.
В конце 1940-х мир «сошёл с ума» на гонке за звуком. Американцы в 1947 году на ракетном Bell X-1 прошили барьер первыми. Советский Союз ответил экспериментальным Ла-176, который превысил скорость звука в пикировании, но погиб вместе с лётчиком. Нужен был серийный истребитель - надёжный, как автомат Калашникова. ОКБ Микояна создало МиГ-17 с крылом, скошенным на 45 градусов.
14 января 1950 года подполковник Иван Тимофеевич Иващенко сел в экспериментальный образец. Полёт над подмосковным аэродромом показал: машина способна на большее, чем МиГ-15. А 1 февраля случилось то, что вошло в историю мировой авиации: на высоте, где воздух уже не держит, а режет, стрелка приборов перевалила за 1100 километров в час. Серийный советский самолёт впервые в истории преодолел звуковой барьер в горизонтальном полёте. Это был не рывок, а прорыв, оплаченный годами риска.
Вскоре Иващенко собрался повторить успех на других высотах, но физика сверхзвука оказалась коварной. 17 марта 1950 года, спустя всего полтора месяца после триумфа, он поднял МиГ-17 в очередной испытательный полёт. Программа выполнялась на верхних эшелонах, потом машина снизилась до пяти тысяч метров. И вдруг, без единого слова по радиосвязи, ушла в отвесное пике. Причиной стал «волновой кризис». Невидимая вибрация, рождённая околозвуковыми скоростями, раздробила хвостовое оперение. Человек, который подарил стране сверхзвук, заплатил за это своей жизнью.
Но не стал проигравшим. Полученные в результате расследования той катастрофы данные помогли довести МиГ-17 до совершенства. Уже в следующем году самолёт запустили в серию. Всего было выпущено более одиннадцати тысяч машин всех модификаций - в СССР, Китае, Польше и Чехословакии. Он стоял на вооружении сорока стран, воевал в небе Кореи и Вьетнама против американских «Сейбров» и считался одним из лучших истребителей XX века.
Иван Тимофеевич Иващенко, который начинал с мыловаренного завода, а закончил жизнь на острие скорости, так и не увидел этого триумфа. Но в том, что МиГ-17 стал легендой, есть и его, батрацкого сына, главная победа. Цена, которую Иван Тимофеевич заплатил, позволила стране уверенно «шагнуть» в авиации за пределы звука. А ему так и осталось навсегда 45...
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.