Два английских слова, lend и lease, буквально означают "дать взаймы" и "сдать в аренду". 11 марта 1941 года был подписан закон, по которому Штаты могли передавать технику, оружие и припасы союзникам.
Не бесплатно, но и не за деньги вперёд. Сначала программа работала только на Великобританию, а с ноября 1941-го её распространили на СССР.
До ноября 1941 года Москва платила за американские товары живыми деньгами и золотом. Весной 1942-го немцы потопили в Баренцевом море британский крейсер "Эдинбург", который вёз 465 слитков советского золота общим весом 5,5 т. Это была оплата за заказы, сделанные ещё до ленд-лиза.
Всего до лета 1942-го СССР отправил в Великобританию около 55 т золота за поставки вооружений. Потом условия изменились, и расчёт золотом стал не нужен.
В ноябре 1941-го Москве дали беспроцентный кредит на 1 млрд долларов. Второй миллиард выдали в феврале 1942-го. А летом того же года оба займа обнулили и влили в общую программу ленд-лиза. С этого момента за технику, уничтоженную или израсходованную в боях, платить не требовалось.
Оплатить нужно было только то, что уцелело после окончания боевых действий, станки, оборудование, гражданские грузовики, если они остались целыми и стояли на складах.
Сами поставки были огромными. Больше 17 млн т. грузов. Около 427 тысяч грузовиков и джипов, это примерно треть всего автопарка на фронте. С июля 1944-го на "Студебеккерах" монтировали знаменитые реактивные установки залпового огня, и к концу боевых действий больше половины пусковых стояли именно на американских шасси.
Больше 18 тысяч самолётов из США и Великобритании. Около 12 тысяч танков. Почти 2 тысячи паровозов, и это при том, что советские заводы за всю войну выпустили всего 92 локомотива. 4,5 млн т продовольствия. Около 35 тысяч радиостанций, 380 тысяч полевых телефонов, больше миллиона км телефонного кабеля. И даже 258 млн пуговиц для обмундирования.
По отдельным позициям зависимость была ещё серьёзнее, около 80% меди, больше половины взрывчатки, почти весь высокооктановый авиабензин шли из-за океана.
665 тысяч тонн мясных консервов. Бойцы называли их "вторым фронтом", с горькой иронией, потому что настоящий второй фронт союзники всё никак не открывали. А банки с тушёнкой приходили исправно. Свиная, со специями, непохожая на привычную советскую говяжью.
К 1944 году продовольствие составляло уже четверть всех поставок. Сельское хозяйство, разорённое оккупацией, физически не могло прокормить многомиллионную действующую группировку.
Нельзя забывать, что был ещё и обратный ленд-лиз. СССР отправлял в Штаты сотни тысяч тонн руды, материалл, без которых невозможно производство брони. Плюс платина, золото, лес, пушнина на сотни млн долларов. Об этом в спорах о ленд-лизе обычно молчат.
Всё это здорово подстегнули американскую промышленность. Заводы получили громадные госзаказы. Промышленное производство в США за 1941–1945 годы выросло более чем вдвое. Безработица исчезла. Экономика, которая ещё недавно задыхалась после Великой депрессии, рванула вверх.
Некоторые американские историки даже называли её "хорошей войной". Американский министр торговли тех лет открыто признавал, что на поставках в СССР Штаты не только вернули свои деньги, но и хорошо заработали.
При этом больше 70% всех грузов пришли уже после перелома, во второй половине 1943–1945 г. До Сталинграда в СССР поступило лишь 7% от общего объёма поставок. Собственно, когда всем всё стало ясно, помощь и заработала на всю мощность.
И вот наступил мир. Америка подсчитала, что на территории СССР осталось неиспользованного гражданского оборудования и техники на 2,6 млрд долларов. И выставила счёт. Для понимания, 2,6 млрд в ценах 1945 года, это десятки миллиардов на сегодняшние деньги.
Советская сторона ответила отказом. Не потому, что не хотела платить вообще. А потому, что сумма выглядела абсурдно. Страна лежала в руинах. Были уничтожены сотни городов и десятки тысяч сёл. Треть национального богатства. И в этих условиях Москве выставляют счёт на миллиарды за станки и грузовики, которые пережившей разруху стране были жизненно необходимы для восстановления.
Переговоры начались в 1948-м. Штаты уже снизили сумму вдвое, до 1,3 млрд. Советские представители заявили, что готовы заплатить 170 млн. Американцев это не устроило. В 1949-м переговоры снова зашли в тупик. В 1951-м Штаты ещё раз подвинулись, до 800 млн. СССР согласился на 300 млн. Опять не сошлись.
И вот здесь прозвучала та самая фраза. Когда в очередной раз зашла речь о долге, Сталин заявил, что СССР сполна расплатился за ленд-лиз кровью. Всё, что Союз получал от Америки, он использовал для защиты в том числе и американских интересов.
Спорить с этим было трудно даже за океаном. Американский госсекретарь Стеттиниус, тот самый, который руководил всей программой ленд-лиза, прямо писал, что помощь русские уже оплатили ценой, которая не поддаётся измерению в долларах, миллионами уничтоженных вражеских танков и бойцов противника, взятых в плен. Это не советская пропаганда, это слова человека, который лично стоял у истоков ленд-лиза.
Но одно дело признавать заслуги, и совсем другое списать долг. Денежный вопрос повис на десятилетия. Сошлись только в 1972-м, на 722 млн долларов. Платить договорились до 2001 г.
Первые три транша прошли в 1972–1973 годах, всего на 48 млн. А потом американский Конгресс принял поправку, которая ограничила торговлю со странами, препятствующими свободной эмиграции.
Формальным поводом стал советский указ 1972 г, обязавший желающих уехать из страны компенсировать государству затраты на их образование. В ответ на эти ограничения Москва заморозила все выплаты по ленд-лизу.
В 1990-м снова вернулись к вопросу. Установили срок, до 2030 года, но союз развалился и уже Россия погасила долг на 24 года раньше срока, в 2006 г.
Любопытно, что Великобритания, крупнейший получатель ленд-лиза, получившая помощи на 31 млрд долларов, закрыла свой долг перед Штатами в том же 2006-м.
К слову, когда после окончания боевых действий СССР вернул часть уцелевшей американской автотехники, приёмщики в портах тщательно проверяли комплектность машин по каталогу. После чего принятые грузовики загоняли прямо на месте под пресс.
Сплющенные брикеты металла грузили на суда и увозили. Для страны, которая после разрушительных боёв остро нуждалась в каждом исправном грузовике, это выглядело дико. Но по условиям соглашения техника оставалась собственностью Штатов. И они вольны были делать с ней что угодно.