Лидия Ивановна стояла в очереди в отделении Сбербанка и устало переминалась с ноги на ногу.
До свадьбы Полины оставалось три дня, а она всё никак не могла найти время, чтобы снять со счёта деньги на подарок. Двести тысяч — немалая сумма для их семьи, но дочка заслужила. Нужно было помочь молодым. Полина работала в небольшой рекламной студии за копейки, а Матвей, её жених, хоть и был программистом, но только начинающим.
— Следующий! — крикнула операционистка, и очередь подвинулась.
Лидия Ивановна достала телефон, чтобы ещё раз посмотреть список покупок к свадьбе. В кошельке что-то зашуршало. Женщина опустила туда руку и обнаружила помятый лотерейный билет «Гослото». Она приобрела его в киоске неделю назад, когда покупала хлеб, и благополучно о нем забыла.
«Ох, голова моя дырявая!» — вздохнула женщина и открыла сайт лотереи.
Она быстро ввела номер билета и начала ждать.
Через несколько секунд Лидия Ивановна уставилась на экран, не веря собственным глазам. На всякий случай еще раз ввела номер. Результат был тот же.
«Поздравляем! Ваш выигрыш составляет 10 000 000 рублей».
Сердце ухнуло куда-то в пятки. Десять миллионов! Она перечитала сообщение несколько раз, думая, что ошиблась.
Но нет! Все было верно. Ее выигрыш действительно составил десять миллионов рублей.
— Женщина, вы проходите или как? — раздраженно уточнил мужчина, стоявший прямо за ней.
Лидия Ивановна испуганно вздрогнула. Операционистка внимательно смотрела на нее.
— Да, простите, — пробормотала женщина и подошла к окошку.
— Что у вас? — спросила девушка за стеклом.
— Я... снять хотела... двести тысяч...
— Паспорт и карту, пожалуйста.
Лидия Ивановна машинально протянула документы, а сама всё пыталась осознать произошедшее.
Десять миллионов! Это же целое состояние! На эти деньги можно купить квартиру, машину, съездить за границу...
— Назовите кодовое слово.
— А? Ах да... «Полина».
— Снимаете наличными?
— Да.
Операционистка пересчитала купюры. Женщина быстро сунула их в конверт и вышла из банка.
На улице было жарко, люди спешили по своим делам, а она стояла на месте и не знала, что делать дальше.
Первым делом хотелось позвонить супругу и рассказать радостную новость. Потом — Полине. Представить только, как обрадуется дочка! Теперь свадьба может быть по-настоящему роскошной, а молодые смогут сразу купить собственную квартиру вместо того, чтобы снимать чужое жилье.
Но что-то её останавливало. Какое-то смутное беспокойство…
Лидия Ивановна села на скамейку под навесом остановки и ещё раз внимательно прочитала информацию на сайте. Да, всё верно. Выигрыш действительно её. Нужно только обратиться в лотерейную компанию с паспортом и билетом.
«Не буду пока никому говорить, — решила она. — Сначала оформлю выигрыш, а потом уже...»
А потом что? Расскажет семье? Конечно, расскажет. Они же родные люди. Просто хочется сначала самой свыкнуться с этой мыслью.
Дома Лидия Ивановна спрятала лотерейный билет в шкатулку с украшениями и попыталась заняться домашними делами: готовила ужин, гладила рубашки, позвонила в ресторан, чтобы уточнить про банкет.
Но мысли всё время возвращались к выигрышу...
За ужином муж рассказывал про неприятности на работе, а дочка причитала, что свадебное платье оказалось не совсем того оттенка, что хотелось.
— Мам, а ты чего такая потерянная? — спросила Полина.
— Волнуюсь перед свадьбой.
— Всё будет хорошо, — улыбнулся Матвей. — Главное, что мы любим друг друга.
Лидия Ивановна посмотрела на будущего зятя. Он казался хорошим парнем, но она его толком не знала: встречались они с Полиной всего полгода.
Вечером, когда молодые ушли к его родителям, а Антон Павлович заснул перед телевизором, женщина достала билет и долго на него смотрела.
Десять миллионов рублей. Столько денег она и представить себе не могла.
***
На следующий день Лидия Ивановна отпросилась с работы и поехала в офис лотерейной компании. Сердце колотилось, как у школьницы перед экзаменом.
А вдруг это ошибка? Вдруг на сайте был сбой?
Но нет, всё оказалось правдой. После проверки документов и билета сотрудница компании поздравила её с выигрышем.
— Налог пятнадцать процентов будет удержан автоматически, — объяснила она. — На руки получите восемь с половиной миллионов. Деньги поступят на счет в течение десяти рабочих дней.
Женщина кивала, плохо понимая происходящее. Даже с налогом сумма была космической.
— А можно... никому пока не говорить? — спросила она.
— Конечно. Данные о выигрышах конфиденциальны. Хотите, можем не указывать вас в рекламных материалах.
— Да, пожалуйста.
Всю дорогу домой Лидия Ивановна думала о том, как сейчас изменится жизнь ее семьи.
Антон Павлович сможет наконец уйти от своего противного Серёги, который всегда задерживал зарплату и хамил рабочим. Полина с Матвеем купят нормальное жильё. Да и сама она... может возьмёт отпуск за свой счёт и съездит к сестре в Крым.
Свадьба прошла чудесно. Полина выглядела прекрасно. Матвей не сводил с неё глаз, а гости веселились до утра. Лидия Ивановна танцевала с мужем и чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Завтра она всем расскажет про выигрыш. Представить только, какие у них будут лица!
Но утром после свадьбы произошло нечто неожиданное…
— Мам, пап, — сказала Полина, когда они вчетвером завтракали на кухне. Матвей стоял рядом, обняв жену за плечи. — У нас к вам разговор.
— Что случилось? — встревожилась Лидия Ивановна.
— Ничего плохого, — засмеялась дочь. — Просто мы решили... то есть хотели попросить... можно нам пожить у вас какое-то время?
— Как это? — не понял Антон Павлович.
— Ну, мы думали снимать квартиру, но цены сейчас такие... — начал Матвей. — А у вас дом большой, места всем хватит. Мы, конечно, будем помогать с коммунальными, продуктами...
— И я не буду вас доставать, честно! — добавила Полина. — У меня теперь другие обязанности, я буду хорошей женой, хозяйкой...
Лидия Ивановна переглянулась с мужем. Дом у них действительно был немаленький: трехэтажный, крепкий, доставшийся от родителей Антона Павловича. Второй этаж они почти не использовали.
— Конечно, детка, — качнул головой Антон Павлович. — Живите, сколько нужно. Правда, Лида?
— Да, конечно, — машинально ответила женщина.
А про себя подумала, что теперь точно не время рассказывать про выигрыш. Лучше подождать, пока они найдут работу получше, встанут на ноги и пойдут жить отдельно. Тогда и расскажет.
Через неделю молодые окончательно перебрались к ним. Заняли две комнаты на втором этаже, привезли свои вещи. Поначалу Лидия Ивановна даже радовалась: дом ожил, стало веселее.
Но постепенно начались бытовые неудобства.
Полина привыкла вставать поздно, а Лидия Ивановна — рано. Матвей работал удаленно и мог сидеть за компьютером до трёх ночи, громко разговаривая по скайпу с коллегами. Дочь готовила какие-то диетические блюда, занимая всю плиту, а потом забывала помыть посуду.
— Полинка, — осторожно попросила Лидия Ивановна, — может составим график уборки? А то как-то...
— Мам, я же работаю! — возмутилась девушка. — У меня проект горит, некогда сейчас домом заниматься. Ты же не работаешь полный день, тебе проще.
Лидия Ивановна действительно работала в школьной библиотеке на полставки, но после работы ещё и дом вела, готовила, стирала. Теперь нагрузка удвоилась, а помощи не прибавилось.
Хуже всего было то, что Матвей начал давать советы, как лучше организовать быт, какие продукты покупать («Лидия Ивановна, вы зря берёте дорогую колбасу, есть более экономичные варианты»), как планировать бюджет семьи.
— У меня есть приложение, которое помогает отслеживать траты, — говорил он за ужином. — Очень удобно. Вот смотрите, я подсчитал наши общие расходы за неделю...
Антон Павлович молча ел и делал вид, что его это не касается. А Лидия Ивановна кивала и думала о том, что на её счету лежат восемь с половиной миллионов рублей.
***
Последней каплей стало утро понедельника, когда женщина обнаружила, что вся её любимая посуда из сервиза стоит грязная в раковине, а на плите — пригоревшая кастрюля от экспериментов Матвея с пастой.
— Полина! — громко позвала она.
— Что? — донеслось сонное мычание.
— Спустись, пожалуйста!
Дочь появилась лишь через полчаса.
— Мам, у меня вебинар через час, что случилось?
— Случилось то, что я устала! — взорвалась Лидия Ивановна. — Устала убирать за вами, готовить, стирать! Вы взрослые люди, а ведете себя как...
— Как кто? — насторожилась Полина.
— Как грязнули! Мы не договаривались, что я буду вашей домработницей!
Дочь надулась:
— Никто тебя не заставляет. Мы можем сами о себе позаботиться.
— Тогда позаботьтесь!
Весь день женщина ходила на взводе. Она поняла, что больше не может терпеть беспорядок в своем доме. Хватит! Пора всё рассказать и дать молодым денег на собственное жильё. Иначе эта ситуация всех доведет до нервного срыва.
Вечером, когда Антон Павлович пришёл с работы, она отвела его в спальню и закрыла дверь.
— Дорогой, мне надо тебе кое-что рассказать.
— Что-то серьёзное? — мужчина присел на кровать, сбрасывая ботинки.
— Очень серьёзное. Только ты не падай в обморок, ладно?
И рассказала про лотерейный билет, про выигрыш, про деньги, которые уже лежат на отдельном счету.
Супруг слушал, открыв рот. Потом попросил повторить. Потом долго молчал, глядя в стену.
— Восемь с половиной миллионов? — переспросил он наконец.
— Да.
— И ты никому не сказала?
— Тебе первому говорю.
Он встал, быстро прошелся по комнате и сел обратно.
— Лида... это же... мы богатые?
— Получается, что да.
— Господи... — он потёр лицо руками. — А я сегодня весь день думал, как Серёге объяснить, что не могу работать в выходные за такую зарплату...
— Антон, я хочу дать детям денег на квартиру. Пусть съезжают. А то мы все перессоримся. Это не дело!
Антон Павлович задумался.
— Я думаю, что пока не стоит, — уверенно промолвил он. — Давай ещё полгодика потерпим. Понаблюдаем…
— Почему?
— Ну смотри. Матвей работает всего три месяца на новом месте. Полина вообще от проекта к проекту перебивается. У них нет стабильности. Дашь им сейчас деньги: они могут вообще расслабиться, подумать, что всё легко достаётся. А так пускай поработают, окрепнут, встанут на ноги. Тогда и поможем.
Лидия Ивановна подумала, что в словах мужа есть логика.
— И потом, — продолжал он, — в таких вопросах не стоит торопиться.
— Ну ладно, — согласилась женщина. — Только я больше не могу быть у них на побегушках.
— И не будь. Поставь условия: или помогают по дому, или ищут съёмную квартиру.
На следующий день Лидия Ивановна действительно поговорила с молодыми. Объяснила, что устает, что им нужно разделить обязанности. Полина кивала, Матвей что-то записывал в блокнот про график уборки.
Но через пару дней всё вернулось на круги своя. Зато Лидия Ивановна стала замечать другие вещи. Странные.
Матвей, например, постоянно интересовался их финансами. Как-то между делом спросил, сколько стоит дом, есть ли кредиты, какая у Антона Павловича зарплата. Говорил, что хочет «понимать общую картину расходов семьи».
А ещё он начал давать советы не только по быту, но и по более серьезным вопросам. Предлагал Антону Павловичу сменить работу («В ИТ сейчас больше платят»), советовал Лидии Ивановне подрабатывать репетиторством («У вас же педагогическое образование пропадает»).
Но самое странное, что Полина вдруг стала очень внимательной к родителям: приносила чай без просьб, интересовалась здоровьем, даже купила какие-то витамины для Антона Павловича.
— Пап, ты такой усталый ходишь, — говорила она, массируя ему плечи. — Может к врачу сходить? А то вдруг что-то серьёзное...
И всё это на фоне полного равнодушия к домашним обязанностям. Как будто дочь заботилась о родителях, но совсем не замечала грязную посуду и немытые полы.
Лидия Ивановна не могла понять, что её так беспокоит. Вроде бы молодые стали лучше себя вести. Но какое-то подспудное чувство тревоги не оставляло её.
***
— Мам, — сказала Полина, помешивая сахар в чае через неделю после беседы Лидии Ивановны с супругом, — ты не могла бы нам чуть-чуть помочь до зарплаты?
— А что случилось? — насторожилась женщина.
— Да ничего особенного. Просто пришлось заплатить за рабочие онлайн сервисы больше, чем ожидали. Пятнадцать тысяч всего. К первому числу верну.
Лидия Ивановна дала денег, не задавая лишних вопросов. Но первое число прошло, второе, третье… о возврате долга дочь не вспоминала.
Потом она попросила ещё десять тысяч. Якобы на лекарства. Утверждала, что у Матвея что-то с желудком. Потом еще семь, чтобы починить машину.
Параллельно из холодильника начали пропадать продукты. Сначала Лидия Ивановна думала, что забыла, что купила. Но когда пропала почти целая курица, про которую она точно помнила, а Полина начала рассказывать, какой вкусный плов приготовил Матвей, всё стало ясно.
— Полинка, — обратилась она к дочери, — если вы берете продукты, предупреждайте. Я же планирую, что готовить.
— Мам, да мы почти ничего не едим! — возмутилась дочь. — Мы на диете с Матвеем.
На диете, но курица исчезает. На диете, но постоянно что-то варится и жарится на кухне.
А ещё Лидия Ивановна заметила, что у Матвея появилось слишком много времени. Раньше он хотя бы делал вид, что работает. Теперь даже этого не было: с утра до вечера сидел за компьютером и смеялся.
Однажды женщина решила проверить свои подозрения. Она постучала в дверь и вошла в комнату, не дождавшись ответа.
— Матвей, я принесла...
Он резко что-то нажал на клавиатуре и экран моментально изменился. Но Лидия Ивановна успела увидеть, что никаких таблиц или рабочих программ, которые он обычно показывал, не было. Она была уверена, что зять играл в компьютерную игру.
— Что принесли? — спросил он, слегка покраснев.
— Чай хотела предложить. Ты работаешь?
— Да, конечно. Тестирую новый функционал. Очень важный.
— Понятно. А Полина где?
— На встрече с заказчиком.
Но через полчаса Полина вернулась из магазина с пакетами. Значит, никакой встречи не было.
Лидия Ивановна больше не задавала вопросов, но внимательно наблюдала. Матвей действительно не работал… это стало очевидно. Полина всё чаще нервничала. А просьбы занять денег участились.
— У меня временные трудности с переводами от заказчика, — объясняла дочь. — Банк что-то тормозит. Через неделю точно разберёмся.
Но проходили недели, а долги только росли. Лидия Ивановна уже не вела счёт: сколько дала, сколько не вернули. Может тысяч шестьдесят набралось.
И тут случилось то, что окончательно открыло ей глаза.
Вечером в четверг раздался звонок в дверь. Лидия Ивановна пошла открывать, думая, что это соседка пришла за солью или Антон Павлович забыл ключи.
Но на пороге стояла незнакомая девушка.
— Добрый вечер. А Полина дома? — спросила она.
— Дома. А вы кто?
— Я Настя, её подруга. Она трубку не берёт, а мне нужно с ней поговорить.
— Проходите, сейчас позову.
— Не надо никого звать, — остановила её девушка. — Она должна была вернуть мне пятьдесят тысяч ещё неделю назад. Я больше ждать не могу. Если до понедельника не вернёт, буду вынуждена принимать меры.
Лидия Ивановна почувствовала, как у неё похолодели руки.
— Пятьдесят тысяч?
— Да. Именно эту сумму она брала у меня в долг. Это было месяц назад.
— А что за меры? — тихо спросила Лидия Ивановна.
Девушка пожала плечами:
— У меня сложная ситуация. Я не собираюсь играть в игрушки. Так ей и передайте!
И ушла, оставив Лидию Ивановну в полной растерянности.
Пятьдесят тысяч долга. Плюс то, что дочь взяла у неё. Матвей не работает.
Господи, во что они ввязались?
***
Женщина всю ночь не спала, ворочаясь и обдумывая услышанное. Утром она дождалась, когда Антон Павлович позавтракает, и заявила:
— Дорогой, нам нужно поговорить с детьми. Серьёзно поговорить. Поэтому сегодня не задерживайся.
Вечером, когда все собрались дома, Лидия Ивановна попросила молодых спуститься в гостиную.
— Садитесь и слушайте. Вчера к нам приходила девушка. Настя. Попросила напомнить, что Полина должна ей пятьдесят тысяч рублей.
Дочь побледнела. Матвей уставился в пол.
— Мам, это ошибка... — начала Полина.
— Никаких ошибок! — резко перебила ее мать. — Хватит врать! Рассказывайте всё как есть. И немедленно.
Полина заплакала. Матвей тяжело вздохнул и заговорил:
— Лидия Ивановна, Антон Павлович... я вас подвел. Меня уволили с работы месяц назад.
— Как уволили? — нахмурился мужчина.
— Не справился. Допустил ошибку в коде, из-за которой компания потеряла сто тысяч рублей. Часть удержали из зарплаты, которую должны были выплатить при увольнении. Но всё равно остался долг на шестьдесят тысяч.
— И ты целый месяц играл в игры, делая вид, что работаешь? — опешила Лидия Ивановна.
— Я искал работу! Честно искал! Но везде такая конкуренция... А потом Полина сказала, что может занять у подруги...
— Я думала, что это ненадолго, — всхлипнула Полина. — Что он быстро найдет новое место и мы все отдадим...
— Сколько у вас долгов? — спросил Антон Павлович.
— Настина подруга — пятьдесят тысяч. Плюс вам тысяч семьдесят... — считал Матвей на пальцах.
— Сто двадцать тысяч, — подсчитала Лидия Ивановна. — И никаких доходов.
— Мам, ну у меня же есть проекты! — возразила Полина. — Правда, сейчас мало, но...
— Но вы живёте в нашем доме, едите нашу еду, тратите наши деньги, — перебила её женщина. — И при этом набираете новые долги.
— А что нам было делать? — вдруг вскинулась Полина. — Мы же молодые, у нас может всякое случиться! Родители должны помогать детям! С вас не убудет!
Женщина растерялась от подобного заявления.
— Должны?
— Ну конечно! Вы же понимаете, что мы оказались в трудной ситуации. И ничего страшного, если мы какое-то время поживем за ваш счёт. Потом отработаем, поможем вам на старости лет.
— То есть вы считаете это нормальным? — медленно спросила Лидия Ивановна.
— А что тут ненормального? — удивилась Полина. — Родители обязаны помогать своим детям. Всегда!
Женщина посмотрела на дочь и вдруг ясно поняла, что та действительно считает происходящее нормой.
Родители пустили их в дом — норма. Тратят в разы больше на еду, свет, воду — норма. Она убирается за ними — тоже норма. А теперь ещё родители и долги должны отдать.
И ни разу… ни одного раза за эти месяцы не прозвучало обычного человеческого «спасибо».
— Знаешь, Полина, мне жаль, что ты так считаешь. Ибо мне придется тебя разочаровать! — злобно промолвила Лидия Ивановна. — Я даю вам неделю на то, чтобы съехать отсюда.
— Мам! — ахнула дочь.
— Неделю. И никаких долгов я отдавать не буду. Вы взрослые люди, сами разбирайтесь со своими проблемами.
— Но мама, нам же некуда деваться! — заплакала Полина.
— Должно быть, найдёте. Как-то же другие люди живут, не перекладывая свои проблемы на родителей.
Матвей попытался что-то возразить, но Антон Павлович его остановил:
— Лида права. Хватит. Неделя и точка.
Следующие дни в доме царила напряженная атмосфера. Полина то плакала, то умоляла, то обижалась. Матвей пытался найти съемное жилье, но с их финансовым положением это было нелегко.
В субботу молодые съехали к его родителям. Полина всё ещё была обижена:
— Никогда не думала, что мои родители могут быть такими жестокими!
Лидия Ивановна ничего не ответила.
Когда за молодыми закрылась дверь, в доме наконец стало тихо. Женщина села на кухне с чашкой чая и подумала о своём выигрыше.
Восемь с половиной миллионов рублей. Она собиралась подарить дочери часть этих денег, помочь встать на ноги, купить жилье...
А теперь поняла, что не заслуживают они такого подарка. Не ценят то, что имеют, не умеют быть благодарными, считают помощь родителей долгом.
Нет. Эти деньги она потратит на себя и мужа. Антон Павлович наконец уйдёт от своего хама-начальника. Они отремонтируют дом, съездят в отпуск, может быть, купят дачу. Будут жить для себя, спокойно и достойно.
А дети... дети пусть учатся жить самостоятельно. Может быть, это пойдет им на пользу. Может быть, когда-нибудь Полина поймёт, что родители не обязаны расхлебывать чужие проблемы, даже если эти проблемы у их собственных детей.
А может быть, и не поймёт. Но это уже не её забота.
Лидия Ивановна допила чай, посмотрела на тихий, чистый дом и улыбнулась. Справедливость, как оказалось, иногда заключается в том, чтобы просто не давать себя использовать.
И в том, чтобы тратить собственные деньги на собственную жизнь.