Глава 4: Капкан захлопнулся
Три часа ушло на то, чтобы полностью собрать свои вещи и упаковать барахло Игоря. Мои коробки грузчики оперативно перевезли в новую квартиру, а черные мешки бывшего жениха остались сиротливо стоять посреди пустой гостиной съемного жилья.
Но перед тем как уехать, я сделала главный звонок. Мой хороший знакомый, адвокат по экономическим делам, выслушал меня и приехал прямо к дому за 30 минут. Увидев договоры микрозаймов, где этот подлец использовал данные моей парализованной бабушки, он лишь покачал головой.
— Маринка, это чистая 159-я статья Уголовного кодекса — мошенничество. Плюс подделка документов. Он указал её поручителем без её ведома, подписи липовые. Мы сейчас же едем в полицию и пишем заявление. МФО быстро аннулируют договоры в отношении твоей бабушки, когда запахнет уголовкой. Но вот для Игоря это станет концом. Вся сумма долга с дикими штрафами рухнет лично на него, причем в рамках уголовного преследования.
— Действуй, — холодно ответила я. Страха больше не было. Была лишь расчетливая, ледяная справедливость.
Пока мы оформляли документы в отделении, Тамара Васильевна, хозяйка съемной квартиры, тоже зря времени не теряла. Она давно хотела поднять плату, но из жалости ко мне держала старую цену. Узнав, что Игорь пытался провернуть такую грязь за моей спиной, и что теперь он остается один, она устроила ему «теплый» прием.
Игорь вернулся в квартиру ближе к полуночи. Веселый, слегка пьяный, уверенный в своей безнаказанности. Он открыл дверь своим ключом и застыл на пороге.
Вместо уютного дома его встретили голые стены, пять черных мешков с его одеждой и Тамара Васильевна, сидевшая на стуле в окружении двоих крепких племянников.
— О, явился, сокол, — прищурилась хозяйка. — Марина съехала. Договор расторгнут. Вот твои манатки. Либо ты прямо сейчас подписываешь новый договор аренды, но уже по двойному тарифу и с залогом за три месяца вперед, либо забираешь свои мешки и катишься на все четыре стороны. Мне Марина сказала, ты богач, наследство от матери получил. Вот и плати.
Игорь мгновенно протрезвел. Его лицо вытянулось.
— Какое наследство?! Какая Марина?! Тамара Васильевна, вы с ума сошли?! У меня нет таких денег!
— Нет денег? Тогда пошел вон из моей квартиры! — рявкнула женщина. Её племянники молча встали со своих мест, внушительно расправив плечи.
Игоря буквально вышвырнули в подъезд вместе с его мешками. Он стоял на лестничной клетке, задыхаясь от унижения, и судорожно пытался набрать мой номер. Но телефон выдавал лишь короткие гудки — он был заблокирован везде, где только можно.
Тогда он, злой и напуганный, потащил свои шмотки к единственному человеку, который, как он думал, всегда его поддержит — к своей обожаемой мамочке.
Людмила Павловна открыла дверь своей уютной однушки в халате и с маской на лице. Увидев сына с мешками для мусора, она нахмурилась.
— Игорек? Ты чего в такое время? А где ключи от квартиры этой пигалицы? Мне Зинаида уже гарнитур присмотрела!
— Мама, она ничего не подписала! Она выгнала меня! Она замки поменяла! — чуть не плача, закричал Игорь, затаскивая вещи в коридор. — И меня со съемной поперли! Мама, мне нужно пожить у тебя. И... мне срочно нужны деньги. Очень много денег. За мной МФО охотятся, они на Маринину бабушку займы оформили, а Марина, кажется, в полицию пошла!
Людмила Павловна замерла. Её глаза, еще днем горевшие алчностью и властью, внезапно стали круглыми и холодными, как два осколка льда. Материнская любовь, о которой она так много кричала, испарилась в ту же секунду, как только возникла угроза её собственному кошельку и покою.
— Что?! — прошипела она, отталкивая сына от себя. — Займы?! Полиция?! Ты уголовник?! Ты подставил меня?!
— Мама, ты же обещала! Ты говорила, что продала дачу, что поможешь! Оплати мои долги, пожалуйста, мне грозит тюрьма! — Игорь упал перед ней на колени, в точности как в моих мыслях.
Людмила Павловна брезгливо отпихнула его ногой.
— Какую дачу, идиот?! Деньги от дачи я вчера положила на закрытый валютный счет на своё имя! Это моя старость! Я не собираюсь отдавать свои накопления из-за того, что ты не смог прогнуть под себя обычную девку и упустил готовую квартиру! Ты бездарь и неудачник!
— Мама... ты же сама велела мне переписать квартиру на тебя! — прошептал Игорь, глядя на неё с абсолютным ужасом и прозрением.
— Мало ли что я велела! У тебя своя голова должна быть на плечах! Короче так, — Людмила Павловна выставила его мешки обратно на площадку. — Живи где хочешь. К себе я тебя не пущу, мне проблемы с полицией и коллекторами не нужны. Разгребай свое дерьмо сам.
И она с грохотом захлопнула дверь перед самым его носом, провернув замок. Игорь остался один в темном подъезде, преданный той самой женщиной, ради прихоти которой он растоптал любящего человека.
Эпилог. 1 год спустя.
Я стояла на своем просторном балконе на 12-м этаже, потягивая горячий кофе. В квартире пахло новой мебелью, чистотой и свободой. За этот год я сделала отличный ремонт — именно такой, о каком мечтала: светлый, легкий, без всяких громоздких сервантов и дубовых ковров.
Мой бизнес пошел в гору, и я уже досрочно закрыла почти треть ипотеки. Бабушка была в порядке, коллекторы нас больше не беспокоили — уголовное дело сделало свое правовое чудо, и все претензии к моей семье были официально сняты.
Игорь получил 3 года условно за мошенничество и подделку документов. Суд обязал его выплатить все займы до копейки, и теперь половину его крошечной зарплаты официально списывали приставы. Из красивого, холеного мужчины он превратился в помятого, вечно уставшего работягу, живущего в обшарпанной комнате на окраине города.
Его мать, Людмила Павловна, так и не дала ему ни рубля. Более того, они полностью перестали общаться, обвиняя друг друга в крахе своих великих планов.
Я сделала глоток кофе и улыбнулась восходящему солнцу. Жизнь всегда всё расставляет по своим местам. Главное — вовремя услышать тот самый звоночек, найти в себе силы положить ручку на стол и сказать твердое: «Нет». Потому что твоя жизнь, твой труд и твое самоуважение не принадлежат никому, кроме тебя самой.
Конец истории. Спасибо, что дочитали до конца! Ставьте лайк, подписывайтесь на канал и делитесь в комментариях: как бы вы поступили на месте Марины в кабинете банка?