Первый автозавод в КНДР появился в 1950 году в городе Тхонъён. Серийно там начали работать только в 1958-м. И первое, что поставили на поток, это наш ГАЗ-51, тот самый "Газон". Корейцы назвали его Sungri-58.
Позже собрали полноприводный аналог ГАЗ-63, а на другом заводе, в Пхёнсоне начали делать копию "козлика" ГАЗ-69 под названием Kaengsaeng.
Кабину со временем чуть перекроили, кое-что поменяли внутри, но по технике это оставался советский грузовик. Причём корейский вариант жрал топлива больше оригинала. Карбюратор собирали с таким качеством, что расход получался совсем неприличным.
Была и легковушка Achimkoy, в переводе "Утренний цветок". Это копия "Победы" ГАЗ М-20. Её выпускали штучно, но сам факт показателен. Машину, от которой в Союзе отказались в 1958-м, в Корее продолжали собирать ещё долго.
Там же скопировали Mercedes-Benz 190E, назвав его Kaengsaeng 88. Снаружи почти один в один, только вместо звезды на капоте стояла своя эмблема. Внутри ручная сборка, а под капот, если верить отдельным описаниям, ставили движок от "Волги".
Грузовик на дровах
Бензина в стране всегда не хватало. С 2017 года по ограничениям ООН КНДР может закупать не больше 500 тыс. баррелей нефтепродуктов в год. Для понимания, даже Латвия расходует в 10 раз больше. Около 60% горючего, по оценкам ООН, попадает в страну через перегрузку с танкеров в открытом море.
Но дефицит топлива начался задолго до любых ограничений. Ещё в 1978 году грузовики Sungri-58 стали переводить на газогенераторы. В кузов ставят металлическую бочку, в ней горят дрова, уголь или даже стебли кукурузы, а выделяющийся газ поступает прямо в двигатель. К началу 90-х так работало от 70 до 80% всех грузовиков и автобусов в стране.
Корейцы называют такие машины "мугтанча". Разгоняется она не больше 60 км/ч, дымит на всю округу, а на подъёме иногда встаёт. В столицу и на автострады "мугтанча" не пускают. Но в деревнях это основной грузовой транспорт. Пожалуй, единственное место на планете, где машины на дровах в ходу и в XXI веке.
1000 Volvo
В 1974 году Швеция отправила в КНДР партию из 1000 седанов Volvo 144GL. Хотели наладить торговые связи и открыть посольство. Посольство действительно заработало в 1975-м. А вот деньги за машины не перевели ни разу.
Шведы ждали 3 года, прежде чем спросили про оплату. КНДР обещала рассчитаться медью и цинком, но ничего не поставила. Потом сотрудников корейского посольства в Стокгольме поймали на контрабанде, и Пхеньян использовал этот скандал как повод отказаться от сделки.
Прошло больше полувека. Шведское экспортно-кредитное агентство EKN дважды в год отправляет в Пхеньян счёт. К 2019 году долг с процентами дорос до 2,7 млрд шведских крон (около 266 млн евро), и он продолжает расти. КНДР - единственная из 16 стран-должников Швеции, за всё время не сделавшая ни одного платежа.
Если бы корейцы сегодня собрали все уцелевшие Volvo и продали по рыночной цене, они покрыли бы меньше 1% долга. А машины между тем до сих пор работают такси в Пхеньяне.
Завод "Мир"
В конце 90-х КНДР нужно было перейти от копий "Газона" к чему-то современному. Своих технологий не было, а лицензия стоила дорого. Партнёр нашёлся неожиданный, южнокорейская "Церковь Объединения".
Её основатель встретился с руководством КНДР в 1991-м, и через 8 лет в портовом городе Нампхо запустили завод Pyeonghwa Motors, что переводится как "Мир".
Первой моделью стал Hwiparam ("Свист", так в Корее парни зовут девушек на свидание) по сути переделанный Fiat Siena. Следом выпустили Ppeokkugi ("Кукушка") это был Fiat Doblo.
Мощности завода хватало на 10 000 машин в год, но в реальности выходило от 500 до 2000. В 2009-м завод заработал 700 000 долл. на продаже 650 автомобилей.
В 2012 году основатель проекта умер. Через год его вдова передала все активы правительству КНДР бесплатно. После этого на Пхеньянской выставке Pyeonghwa показала 36 "новых" моделей.
Все до единой оказались китайскими машинами (Brilliance, FAW, BYD) с переклеенными значками. Часть даже не собирали в Корее, а целиком привозили из Китая.
На той же выставке засветилась Lada Xray вообще без какого-либо логотипа. А ещё раньше, в 2011-м, в КНДР завезли 250 шт. Lada Priora и Lada 4x4.
Почём машина и литр бензина
Легковой автомобиль в КНДР обходится от 30 000 до 100 000 долл. Подержанный на чёрном рынке, от 20 000. При средней зарплате, которая не дотягивает до 100 долл. в месяц, цифры космические.
С горючим не легче. На чёрном рынке литр бензина стоит около 5 долл., а в дефицитные периоды цена доходит до 10. Нормальных заправок почти нет, топливо в первую очередь идёт на государственные нужды. Часть водителей заливает в бак переработанное растительное масло или этанол из кукурузы.
Жёлтые номера
До 2024 года купить машину в КНДР мог только тот, кому государство это позволило. Получение прав растягивалось на 2 года, за которые нужно было пройти курс ремонта и отработать помощником водителя. Легковая машина считалась самой сложной категорией, выше грузовика и автобуса.
Но примерно с 2024-го правила поменялись. Частную покупку разрешили. На дорогах появились машины с жёлтыми номерами, обозначающими личный транспорт. Правда, ограничений хватает.
Одна семья может владеть только одной машиной. Продать её можно лишь через государственный комиссионный магазин. Зарабатывать на ней запрещено.
Пробки в Пхеньяне
Ещё 5 лет назад столичные проспекты стояли пустыми, а вместо светофоров работали девушки-регулировщицы. В 2025-м ситуация изменилась, и это зафиксировано даже на спутниковых снимках, агентство Reuters отметило рост числа машин и заполнение парковок.
На дорогах Пхеньяна заметили Li Auto L9, Changan, Chery, Geely и даже BMW с Audi. Автопарк страны стремительно растёт.
Aurus, Maybach и Priora
В личном парке руководителя КНДР числятся Мерседес-Бенц С-Класс в кузовах В220 и В221, Майбах, как минимум один Роллс-Ройс Фантом. Немецкий концерн не раз делал заявления, что понятия не имеет, как машины попали в страну.
В 2019-м он прибыл во Владивосток на бронепоезде, привезя с собой бронированный Mercedes-Maybach S600 Pullman Guard. А в июне 2024-го от российской стороны получил в подарок два автомобиля Aurus. При этом в 2018-м того же человека засняли за рулём обычной Lada Priora на объезде.