Накрыла жара. И настроение «у бабушки на каникулах» пробилось сквозь сорок лет забвения и слои текущей реальности. И тоже накрыло.
Выглядываешь на улицу, а там жарчее, чем в доме, на столе мокрая клубника, в воздухе сирень, в небе стрижи – наконец-то. К этому сами приклеиваются ощущения, что «можно лежать», что «никуда не надо», а «времени вагон», и они сильнее взрослой необходимости куда-то идти и с чем-то спешить.
Вчера была гроза, та самая майская, которая усиливает картину свежести, обновления без того свежей природы, обновленной только что. Пусть новая зелень будет еще и мокрая, вымытая, а сирень и так пышная, напитается влагой, пусть гроздья распухнут, увеличатся в объеме.
Любовались вчера разными оттенками, размерами, сортами сирени, а самая красивая нашлась прямо возле своего подъезда. Так странно. Обычно за самым красивым надо охотиться, доставать, переплачивать, лететь, а тут на тебе.
***
Сильное майское переживание я носила десять лет – в блокноте и памяти. Было это у Дома Мельникова в Кривоарбатском переулке. Я очень хотела вовнутрь, но припозднилась, и в Дом уже не пускали, а по территории можно было походить.
Когда сворачиваешь в переулки с Арбата, сразу же ловишь разницу – там толпа и шум, тут тихо и малолюдно. Но когда я шагнула за забор «к Мельникову», смена обстановки произошла быстрей и разительнее. Оглушающе.
Вокруг Дома (буквально – потому что Дом — это два цилиндра) шла гравийная дорожка, остальное земля, жирная, пахучая, свежевскопанная земля. Сирень, яблони, вишни, акация и липы почему-то цвели одновременно, так им захотелось в том году. Вокруг участка стоял серый деревянный забор с потеками от ржавых гвоздей. Никаких дизайнерских скамеек – одна кривая лавочка, тоже деревянная. По цветам, запахам, формам и приглушенным звукам – чистая провинция, еще и старинная, как в «Женитьбе Бальзаминова». А рядом Дом – архитектурный шедевр, который я все пытаюсь осмыслить с детских лет, но он в мои осмысления не помещается.
И вот я сидела там на лавочке в сумерках среди мая и всех его запахов, в Доме горели желтым шестиугольные окна, а мне было вдруг хорошо и покойно. Как в затерянном саду затерянного города, который существует отдельно от государства и мировой истории.
Дом Мельникова закрыт с 2022 года, но и когда откроется, там наверняка будет благоустроенная территория с газоном. А тот май и тот сад останется где-то в моей петле времени.