Слышали историю про Селин Дион (https://t.me/tele_eve/28900)?
Вокруг болезни певицы снова разошлись конспирологические версии. Она говорит о редком неврологическом заболевании, а люди обсуждают тайные ритуалы, архивы Эпштейна и другие фантастические объяснения.
Такие новости хочется перелистнуть как очередную интернет-дичь. Но с точки зрения психологии здесь работает очень понятный механизм: когда болезнь пугает, людям сложно принять саму реальность болезни.
Особенно если болезнь меняет тело, поведение, голос, привычки и всю прежнюю жизнь.
Похожее часто происходит в семьях, где близкий человек сталкивается с деменцией, болезнью Альцгеймера или другими нарушениями работы мозга.
Родственники говорят: «Он делает это специально», «Она просто стала вредной», «Он всё понимает, но издевается», «Она манипулирует», «У неё испортился характер».
Чаще всего за этими словами стоит страх.
Пока кажется, что у бабушки просто испортился характер, с этим можно спорить. Пока кажется, что дедушка стал упрямым, с него можно требовать. Пока поведение воспринимается как манипуляция, можно злиться, убеждать, доказывать, обижаться.
А если это болезнь, приходится перестраивать ожидания, быт и отношения. Приходится признать, что прежний человек меняется, и делает это без злого умысла.
Когда человек с деменцией забывает договорённости, путается в деньгах, теряется во времени, становится подозрительным, много раз задаёт один и тот же вопрос, отказывается от многолетних привычек или резко меняет поведение, это далеко не всегда «старческая вредность».
Часто это симптомы, с которыми нужна медицинская оценка.
Для семьи очень важно вовремя переключиться с вопроса «почему он так со мной поступает?» на вопрос «что происходит с его мозгом, памятью и поведением?».
Понимание, что пришла болезнь, не отменяет усталости родственников. Ухаживать за человеком с нарушениями памяти тяжело. Можно злиться, раздражаться, уставать, срываться и всё равно любить своего близкого человека.
Но чем дольше семья объясняет болезнь моральными причинами, тем больше сил уходит на конфликты, которые невозможно выиграть.
Если близкий человек заметно меняется, лучше начать с консультации врача и честной оценки состояния. Иногда самое бережное, что может сделать семья, — перестать спорить с симптомом и начать разбираться с болезнью.
Я как психолог работаю с родственниками людей с деменцией и часто вижу, как напряжение в семье снижается уже на первом этапе — когда близкие перестают искать злой умысел там, где может быть болезнь.
Психолог «Клиники доктора Аникиной» Станислав Самбурский, автора подкаста «Только спать (http://samburskiy.com/podcast)»
Задать вопрос:
