Советское государство умело создавать величие. Парады, звания, мраморные некрологи в «Правде». Но иногда государство создавало величие именно для тех, кого уже приговорило — просто ещё не подписало бумаги.
В сентябре 1935 года в Красной Армии появилось звание командарм 1-го ранга. Выше него была только маршальская звезда. Это была вершина военной иерархии — место, куда добираются единицы за десятилетия службы, ранения, фронты и кабинетные войны.
За всю историю РККА его получили девять человек.
Семеро из них были расстреляны.
Это не случайность. Это закономерность — и она стоит того, чтобы разобраться в ней подробно.
Первым в этом списке стоит Сергей Каменев. Сын офицера, выпускник кадетского корпуса, полковник царской армии — из тех, кто перешёл к большевикам не из страха, а, по собственным словам, начитавшись Ленина и Зиновьева. В 1919 году он возглавил вооружённые силы РСФСР — то есть командовал всей Гражданской войной. Звание командарма 1-го ранга ему присвоили в ноябре 1935 года.
Каменеву повезло. Или не повезло — в зависимости от того, как смотреть.
25 августа 1936 года он умер от сердечного приступа. Урну с его прахом захоронили в Кремлёвской стене с воинскими почестями. Государство его не тронуло — просто потому, что не успело. Большой террор начался через несколько месяцев.
Иона Якир получил то же звание в тот же месяц — ноябрь 1935-го. Биография почти невероятная: уклонился от призыва в царскую армию, скрывался до революции, потом вступил в Красную Армию и сразу пошёл по комиссарской линии. Войну закончил командующим армией, потом — округами: Украинским, Киевским, Ленинградским. Карьера без единой паузы.
В конце мая 1937 года его арестовали. 11 июня расстреляли. Реабилитировали в 1957-м — через двадцать лет.
Иероним Уборевич — из крестьян Виленской губернии, дошедший до командующего Белорусским военным округом. В мае 1937 года его назначили командовать Среднеазиатским округом. Он не доехал до места назначения. 29 мая арестовали по дороге. 12 июня расстреляли — на следующий день после Якира, в одном деле.
Это был знаменитый процесс по делу «антисоветской троцкистской военной организации». Вместе с Якиром и Уборевичем расстреляли ещё пятерых военачальников, включая Тухачевского. Один день — и советская армия лишилась значительной части своего высшего командования.
Большинство историков сегодня считают обвинения сфабрикованными.
Иван Белов — унтер-офицер с тремя Георгиевскими крестами, дослужившийся до командующего Московским военным округом. Человек, который последовательно прошёл через Северокавказский, Ленинградский, Московский и Белорусский округа. Арестован в январе 1938 года по обвинению в шпионаже в пользу Германии. Расстрелян 29 июля 1938 года. Реабилитирован в 1955-м.
На этом фоне судьба Бориса Шапошникова выглядит почти как исключение из правил.
Шапошников — единственный из девяти командармов 1-го ранга, кто не был ни арестован, ни расстрелян. Бывший полковник царской армии, окончивший Академию Генерального штаба, он добровольно вступил в Красную Армию в мае 1918 года и последовательно поднялся до начальника Генштаба. Сталин относился к нему с очевидным уважением — и это в годы, когда уважение вождя было одним из немногих работающих защитных механизмов.
В мае 1940 года Шапошников стал Маршалом Советского Союза.
Он умер от тяжёлой болезни 26 марта 1945 года — за сорок четыре дня до Победы, которую он помогал готовить.
Иван Федько — столяр-краснодеревщик, ставший пулемётчиком, потом командармом, потом первым заместителем наркома обороны СССР. За ним «охотились» ещё с 1937 года, но арестовали только в июле 1938-го. Расстреляли в феврале 1939-го. Реабилитировали в 1956-м.
Михаил Фриновский — фигура особая и, пожалуй, самая мрачная в этом ряду. Он не был кадровым военным в обычном смысле. После Гражданской войны работал в органах ГПУ Украины, потом стал первым заместителем наркома внутренних дел, а с августа 1938 года — наркомом Военно-морского флота СССР. Человек, который руководил репрессиями, сам оказался их жертвой.
Его арестовали в апреле 1939 года. Приговорили к расстрелу в феврале 1940-го. Перед этим казнили его жену и совершеннолетнего сына. Фриновский — единственный из девяти, кто не был реабилитирован.
Григорий Кулик — артиллерист, начинавший рядовым и дослужившийся до маршала. В 1936 году воевал в Испании под псевдонимом «генерал Купер». В 1940 году получил маршальский жезл. В 1942 году за должностные преступления был понижен до генерал-майора, лишён звания Героя и всех наград. В 1947 году арестован. Расстрелян в 1950-м. Реабилитирован в 1957-м.
Это единственный случай, когда человек успел побыть и командармом 1-го ранга, и маршалом — и всё равно был расстрелян.
Семён Тимошенко завершает этот список — и снова исключением. Из семьи отставного военного, пулемётчик Первой мировой с тремя Георгиевскими крестами, пятикратно раненый в Гражданской войне. В мае 1940 года он стал народным комиссаром обороны СССР и маршалом одновременно. Воевал в Великой Отечественной — с победами и поражениями, споры о которых не утихают до сих пор.
Скончался Тимошенко 31 марта 1970 года. Похоронен у Кремлёвской стены.
Итого: из девяти командармов 1-го ранга двое умерли своей смертью до репрессий, двое пережили эпоху и скончались с почестями, один не был реабилитирован. Семеро — расстреляны.
Звание командарма 1-го ранга было введено в 1935 году. В 1940-м его упразднили де-факто: всем оставшимся в живых носителям присвоили маршальское звание — и больше никому его не давали. Это звание просуществовало пять лет.
Пять лет — и почти никого в живых.
История советской военной иерархии знает немного символов настолько точных. Государство придумало вершину. Отобрало лучших. А потом методично уничтожило большинство из них — именно потому, что они были на виду, именно потому, что их знали, именно потому, что они были достаточно значимы, чтобы казаться опасными.
Самое высокое звание оказалось самым коротким путём к расстрельному подвалу.