Представьте: вы в Анталье, садитесь в кафе, и официант с улыбкой спрашивает «Бир бардак чай?». По-русски это звучит как обвинительный приговор. По-турецки – приглашение к чашечке чая.
И никакой мистики тут нет. «Бардак» по-турецки – это просто стакан. Тот самый изящный стеклянный стаканчик в форме тюльпана, из которого турки пьют чай по тридцать раз на дню. Как же получилось, что у нас это слово стало синонимом полного развала, а у соседей – символом гостеприимства?
Путь у этого слова получился долгий, извилистый и, как ни странно, типично русский.
Что слово значило поначалу
Начнём с фактов из «Этимологического словаря» М. Фасмера. Слово «бардак» – заимствование из тюркских языков. В турецком bardak означает «горшок, стакан, чашка». В крымско-татарском и кыпчакском – «кувшин из глины, стекла или хрусталя».
То есть исходно никакого хаоса. Просто посуда.
И в русском языке поначалу слово жило именно в этом значении. В донских говорах «бардаком» называли широкий глиняный горшок с большим отверстием. Удобная вещь для хозяйства: в нём держали барду – отходы от винокурения, которые шли скоту. Возможно, отсюда и название прижилось.
А ещё это слово знала большая русская литература. В повести А. А. Бестужева-Марлинского «Мулла-Нур» (1836) есть такая фраза:
«Достигши вблиз снегов Шахдага, Искендер-бек отдал держать своего коня Гаджи-Юсуфу, а сам с медным кувшином, бардаком, полез на круть».
Заметьте: автор уточняет – «с медным кувшином, бардаком». Значит, для столичного читателя слово уже требовало пояснения, а на Кавказе и юге России оставалось обиходным.
Турецкий «бардак» сегодня – это про чай
Чтобы понять, как хорошо слово прижилось в самой Турции, достаточно одной цифры. По оценкам начала 2000-х, потребление чая в этой стране – около 2,5 кг на человека в год, один из самых высоких показателей в мире. Это примерно 30 стаканчиков в день.
Из какого стакана? Из бардака, конечно. Точнее, из «ince belli bardak» – «стакана с тонкой талией». Прозрачный, маленький (около 100 мл), формой напоминает бутон тюльпана. В Турции есть даже народное название «армуду» – «грушевидный».
Форма не случайная. Узкая талия удерживает тепло внизу, а сверху чай немного остывает – пить можно сразу, не обжигаясь. Маленький объём гарантирует, что вы выпьете стакан до того, как он совсем остынет, а хозяин тут же подольёт ещё. Это, кстати, и есть принцип турецкого гостеприимства: гостю чай предлагают столько раз, сколько он сможет выпить. Отказаться – почти обидеть.
Чтобы заказать чай в кафе, говорят «бир бардак чай» – «один стакан чая». Хотите воды – «су бардагы». Никакой двусмысленности. Стакан. Просто стакан.
И именно такие стаканчики стали едва ли не самым узнаваемым символом современной турецкой культуры. Без бардака чай в Турции не подадут, а без чая там не обходится ни одна встреча.
Поворот: как посуда превратилась в хаос
И вот тут начинается самое интересное. Потому что лингвисты до сих пор спорят, как именно «горшок» превратился в «развал». Версий несколько, и все по-своему любопытны.
Версия первая: вина турецкого чая.
По одной из гипотез, русские солдаты времён русско-турецких войн насмотрелись на турецкое чаепитие – и оно показалось им полным абсурдом. Сидеть полдня, пить чай из крошечных стаканчиков, постоянно подливать, болтать о пустяках... Зачем? Что за беспорядок? Так, возможно, словом «бардак» и стали обозначать саму эту хаотичную, с русской точки зрения, ситуацию. Версия красивая, но прямых доказательств у неё мало.
Версия вторая: дружба с «бурдой».
Тут всё прозаичнее. По мере того как глиняная посуда вытеснялась более современной, старые бардаки превращались в ёмкости для всякого хлама. Туда сливали остатки пойла, бросали ненужное. Слово «бардак» сблизилось со словом «барда» – так в словаре В. И. Даля называется мутное, дурное питьё, бурда. Бардоватым называли настой, если он был грязный и густой. От грязного содержимого недалеко до общего значения «мешанина, неразбериха».
Версия третья: романтическое родство с борделем.
А вот это совсем неожиданный сюжет. М. Фасмер считал, что у слова «бардак» в значении «публичный дом» – отдельная история. Оно появилось как контаминация двух слов: тюркского «бардак» (кабак, корчма – такое значение у него тоже было) и французского bordel («бордель»). Похожее звучание плюс близкие по духу заведения – и слова сложились в одно. А оттуда уже значение «развратное место» легко перешло в «полный беспорядок».
Версия четвёртая: брат-«кавардак».
В русском языке есть ещё одно слово с тюркскими корнями и похожим звучанием – «кавардак». От турецкого kavurdak «жаркое» (от kavurmak «жарить»), оно сначала означало кушанье – кашу с рыбой или мясом. А потом перешло в значение «бестолковщина, путаница». Скорее всего, «бардак» и «кавардак» в русском просторечии помогали друг другу – оба про сумбур, оба про хаос, и звучат похоже.
Какая версия верна? Похоже, что все понемногу. Слова в живом языке редко превращаются по одной причине: обычно работают сразу несколько ассоциаций, и в итоге побеждает та, что лучше ложится на ухо.
Кстати, о бардачке
Вот ещё забавный поворот. Когда в середине XX века в советских автомобилях появилось маленькое отделение для всякой мелочи, его прозвали «бардачком». Логика очевидная: туда складывают что попало – документы, конфеты, тряпки, отвёртки, перчатки. То есть наводят там тот самый бардак.
И тут слово как будто вспомнило свои корни. Бардачок – это ведь маленькая ёмкость для разного. Почти горшок. Почти посуда. Получается, что сквозь столетия и три-четыре сдвига значения слово вернулось к чему-то близкому к исходному.
А что с «творческим бардаком»?
В XXI веке слово получило ещё одно значение – почти комплимент. «Творческий бардак» – это уже не катастрофа, а почти личный стиль. На столе разбросаны бумаги, в голове – десять идей сразу, в комнате не пахнет уборкой. Зато работается.
Похоже, что русский язык, как обычно, выкрутился. Слово, прошедшее путь от глиняного горшка до публичного дома и обратно к беспорядку, в итоге обзавелось тёплой, почти ласковой формой. Творческий бардак уже не позор, а почти достоинство. Бардачок в машине – не проблема, а удобство.
И только турки продолжают спокойно пить чай из своих бардаков и удивляться, чем же это слово так огорчает русских.
Что в итоге
Если коротко, путь у слова получился такой:
- тюркский «горшок, стакан»;
- донской глиняный горшок с широким горлом;
- кабак, корчма (тоже в тюркских языках);
- публичный дом (через сближение с «борделем» и «кабаком»);
- беспорядок, развал (через «бурду», «кавардак» и общее «нехорошее» окружение);
- бардачок в машине;
- творческий бардак как стиль жизни.
Семь шагов от посуды до состояния души. И ведь всё это – одно слово.
А вы знали, что «бардак» по-турецки – это просто стакан?