«У меня наследственность» - разбираем главный миф об ожирении
"У нас вся семья такая". "Это гены, ничего не поделаешь". "Я с детства полная - это просто моя конституция". "У меня кость широкая".Эти фразы психолог слышит очень часто. Они дают временное облегчение — снимают вину, объясняют неудачи и дают право остановить попытки что-то изменить. Но они же делают человека заложником убеждения, которое наука не поддерживает -по крайней мере не в том виде, в каком оно обычно звучит.
Что наука говорит о генетике и ожирении - честно
Начнём с того, что правда. Генетический вклад в ожирение реален и значителен. Данные близнецовых исследований - наиболее точного метода разграничения генетического и средового вклада - устойчиво показывают: наследуемость ИМТ составляет от 40 до 70%. Это означает, что примерно половина различий в весе между людьми объясняется генетическими факторами. Геномные исследования (GWAS) выявили более 100 генетических локусов, связанных с ожирением.
Существуют моногенные формы ожирения - редкие случаи, при которых мутация в одном гене (например, LEP, LEPR, MC4R) приводит к тяжёлому ожирению с раннего детства вне зависимости от питания и образа жизни. Это реальные, задокументированные случаи. Но их доля среди всех случаев ожирения составляет, по различным оценкам, менее 5%. Для подавляющего большинства людей, убеждённых в своей «плохой наследственности», ситуация принципиально иная.
Вот ключевой факт, который меняет всю картину: выявленные генетические локусы объясняют лишь небольшую долю той самой наследуемости - феномен, который учёные называют «пропавшей наследуемостью». Иными словами, гены предрасполагают. Но предрасположенность - это не судьба. Это вероятность, которая реализуется или не реализуется в зависимости от среды.
Если ожирение определяется генами — почему его распространённость выросла
Вот вопрос, который ставит под сомнение фаталистическое понимание наследственности: если ожирение определяется генами - почему его распространённость выросла столь стремительно за последние 40–50 лет?
По данным Всемирной организации здравоохранения, с 1975 по 2016 год распространённость ожирения в мире увеличилась почти втрое. Среди детей и подростков - в 10–12 раз за четыре десятилетия. ДНК человека не меняется за 40 лет. Геном населения Земли не трансформировался с 1975 года настолько, чтобы объяснить эту эпидемию. Изменилась среда - доступность ультрапереработанных продуктов, снижение физической активности, нарастание хронического стресса, нарушение сна. Именно эти факторы являются главными движущими силами глобальной эпидемии ожирения, а не внезапное изменение генофонда человечества.
Это не означает, что гены не важны. Это означает, что гены не действуют в вакууме. Они взаимодействуют со средой - и именно это взаимодействие определяет исход.
Ключевое открытие: одни и те же гены, но разная среда - разный вес
Наиболее убедительным аргументом в пользу решающей роли среды служат исследования, показывающие, как одни и те же гены проявляются по-разному в разных условиях.
Исследование 925 пар близнецов (опубликовано в JAMA Pediatrics) показало следующее. У детей, живущих в высоко-"ожирогенной" домашней среде - с ограниченным доступом к здоровой пище, низкой физической активностью, большим количеством времени перед экраном - наследуемость ИМТ составила 86%. У детей из менее «ожирогенной» среды - 39%. Те же гены. Те же близнецы. Разная среда - в два раза разная наследуемость. Иными словами, генетическая предрасположенность к ожирению реализуется в полную силу в среде, которая её поощряет - и значительно сдерживается в среде, которая её не поощряет.
Шведское исследование, опубликованное в PLoS ONE, отслеживало изменение наследуемости ИМТ в период шведской эпидемии ожирения. Результат оказался парадоксальным на первый взгляд: по мере развития эпидемии наследуемость ИМТ не снизилась, а возросла - с 75% до 78,8%. Интерпретация учёных: ожирогенная среда не уравнивает всех. Она усиливает проявление генетических различий. Люди с генетической предрасположенностью «проигрывают» в ожирогенной среде сильнее, чем без неё. Гены- не судьба, но они определяют, насколько человек чувствителен к той среде, в которой живёт.
Ген FTO: самый известный "ген ожирения" и что он на самом деле означает
Наиболее изученный генетический фактор риска ожирения - вариант гена FTO (fat mass and obesity-associated gene). Он присутствует примерно у 16% населения в гомозиготной форме и ассоциирован в среднем с 3 кг дополнительного веса и повышенным риском ожирения.
Три килограмма - это реальный вклад генетики. Это не ничто. Но это также не объяснение ожирения в 30, 50 или 80 килограммов сверх нормы. И это не приговор: ряд исследований показал, что физическая активность способна значительно ослабить эффект гена FTO на ИМТ. В одном из масштабных анализов у физически активных носителей варианта FTO риск ожирения был на 27% ниже, чем у физически неактивных носителей того же гена. Один и тот же ген - принципиально разный исход в зависимости от образа жизни.
Эпигенетика: как образ жизни меняет то, как работают гены
Есть ещё один важный научный поворот в этой истории, который делает фаталистическое отношение к наследственности особенно неточным. Это эпигенетика - наука о том, как окружающая среда и образ жизни меняют экспрессию генов, не изменяя саму ДНК.
Исследования показывают, что пищевые паттерны, физическая активность, хронический стресс и качество сна влияют на то, какие гены "включены", а какие "выключены". Это происходит через метилирование ДНК и другие эпигенетические механизмы. Более того, некоторые из этих изменений передаются следующему поколению. Дети, рождённые от матерей, страдавших ожирением во время беременности, имеют более высокий риск ожирения — частично через эпигенетические механизмы, а не только через классическую генетику. Это означает, что "семейная наследственность" - это не только ДНК. Это ещё и то, как ДНК работает под влиянием того образа жизни, который семья вела из поколения в поколение.
Почему этот миф опасен — и почему его важно разрушить
Убеждение "у меня наследственность - ничего не поделаешь" является психологически разрушительным по одной конкретной причине: оно формирует выученную беспомощность. Человек перестаёт предпринимать усилия, потому что убеждён в их изначальной бесполезности. Это когнитивное искажение - и оно самоисполняется: если не пробовать, результата нет; отсутствие результата подтверждает убеждение.
При этом наука говорит совершенно иное. Да, генетическая предрасположенность реальна. Да, некоторым людям изменить вес труднее, чем другим — и это честно признавать. Но «труднее» не означает «невозможно». Исследования показывают, что даже у людей с высокой генетической предрасположенностью к ожирению изменение образа жизни, пищевого поведения и работа с психологическими факторами приводят к значимым и устойчивым результатам.
Важно также разграничить два вопроса, которые часто смешивают.
Первый: почему у меня сейчас лишний вес?
Второй: могу ли я изменить ситуацию?
Генетика частично отвечает на первый вопрос. Но она не определяет ответ на второй. На второй вопрос отвечают среда, поведение, психологические паттерны - и профессиональная помощь, которая работает с этими факторами.
Наследственность - это карта. Не маршрут. Карта показывает рельеф местности: где горы, где долины, где потребуются дополнительные усилия. Но куда идти - решает человек. И это решение наука поддерживает данными, а не мифами.
Автор: Гришина Анна Сергеевна, клинический психолог, специалист в области когнитивно-поведенческой терапии и расстройств пищевого поведения, нутрициолог, специалист междисциплинарной бариатрической команды.
Сайты: Психологрпп.рф Бариатрия.рф
Консультация +79919884524
ВК Гришиной А.С.