Его называли защитником голытьбы и крестьянским героем. Портреты, поэмы, революционные песни. Но когда войско Степана Разина ворвалось в Астрахань, казаки первым делом бросились не грабить купцов и не освобождать крепостных. Они шли к верфям. К кораблям. И жгли их.
Зачем уничтожать то, что можно было захватить и использовать? Этот вопрос почему-то не принято задавать.
Июнь 1670 года. Астрахань, крупнейший торговый узел юга России, пала за одну ночь. Воевода Прозоровский сброшен с башни — это была казачья традиция, публичная расправа. Город переходит в руки Разина.
И начинается странное.
Казаки планомерно уничтожают голландских корабельных мастеров и моряков. Персидских купцов, привёзших шёлк, тоже не щадят. Первые российские военные суда, построенные иностранными специалистами, пылают у берегов Волги.
Это не похоже на грабёж. Это похоже на задание.
Чтобы понять, кому это было выгодно, нужно вернуться лет на двадцать назад — и взглянуть на карту торговых путей.
С 1556 года, когда Иван Грозный присоединил Астраханское ханство, Волга от истока до устья протекала по территории единого государства. Это был не просто географический факт. Это была золотая жила.
Восточный шёлк — нефть семнадцатого века — шёл из Персии в Европу через Россию. Астрахань стояла на этом пути как таможня, перевалочный пункт и банк одновременно. Русские купцы покупали шёлк у персов оптом, переправляли через всю страну в Архангельск и продавали европейцам втрое дороже. Казна получала колоссальные пошлины.
Одна беда — выход в Европу был только через Архангельск. Ледяной, неудобный, сезонный. Балтика была шведской.
Боярин Ордин-Нащокин, один из лучших дипломатов своего времени, предложил царю Алексею Михайловичу изящное решение. Голландцы — лучшие моряки эпохи, вечно ищущие новые торговые маршруты. Дать им право транзита по шёлковому пути через Россию. А в обмен — пусть построят военный флот на Каспии.
Алексей Михайлович согласился.
Голландские мастера прибыли. Первый военный корабль "Орёл" был заложен в 1667 году в Дединово на Оке, а затем переведён на Каспий. Строились и другие суда. Россия впервые в своей истории обретала настоящий военно-морской флот.
Это очень не нравилось одной стране.
Англия в те годы вела с Голландией три войны подряд — Англо-голландские войны за господство на море и в торговле. Видеть, как ненавистные конкуренты закрепляются на каспийском и волжском транзите, для Лондона было невыносимо.
При этом в Москве спокойно работала Московская компания — британское торговое предприятие, основанное ещё при Иване Грозном. Формально — купцы. Фактически — разведывательная сеть с многолетними связями при русском дворе.
Отношения между Россией и Англией были непростыми. Когда в 1649 году в Лондоне казнили короля Карла I, Алексей Михайлович пришёл в ужас и выслал английских купцов из Москвы. Потом, правда, вернул — деньги важнее принципов. Но осадок остался.
И вот на этом фоне появляется Степан Разин.
Харизматичный атаман с личной обидой на государство: его старшего брата Ивана казнили в 1665 году за самовольный уход с позиций во время войны с Польшей. Разин не прощал. Он был среди старообрядцев — людей, яростно недовольных церковными реформами патриарха Никона. У него была армия.
Идеальный человек, чтобы что-то поджечь.
Восстание началось в 1669 году с набегов на персидское побережье Каспия. Разин грабил персидские суда и прибрежные города. Персия — торговый партнёр России, поставщик шёлка. Удар по персидской торговле — удар по русско-голландской сделке.
Потом пришла очередь Астрахани.
Голландские мастера — убиты. Персидские купцы — убиты. Суда — сожжены. За один рейд уничтожено всё, что с таким трудом выстраивалось несколько лет: флот, доверие партнёров, торговые связи.
Был ли Разин сознательным инструментом? Или просто действовал из ярости, не подозревая, на чью мельницу льёт воду?
История не сохранила доказательств прямого английского участия. Это честно надо признать. Но совпадение результатов — поразительное.
Официальная историография назвала восстание "крестьянским". Это не вполне верно. Крестьяне в нём участвовали — но ядром были казаки. И добивались они не отмены крепостного права. Разин хотел отторгнуть устье Волги, создать вольное казачье государство — отрезав тем самым Россию от каспийского торгового пути.
Понимал ли он, что разрушает? Или просто брал, что можно взять?
В июне 1671 года Степан Разин был доставлен в Москву и казнён четвертованием на Болотной площади. Он держался с демонстративным спокойствием — по свидетельствам современников, не издал ни звука.
Легенда о народном заступнике пережила его на века. Баллады, картины, советские учебники.
А флота у России ещё долго не было. Пётр I создал его заново — через тридцать лет, с нуля, другими руками. Выход к Балтике прорубили уже после долгой и кровопролитной Северной войны со Швецией. Шёлковый транзит к тому времени потерял прежнее значение.
Разин не остановил историю. Но задержал её на несколько десятилетий.
Большинство видит в этой истории бунтаря против несправедливости. Но если смотреть на то, что именно было уничтожено и кому это оказалось выгодно, картина становится куда более сложной.
Иногда самый пламенный народный герой — это просто хорошо расположенный пожар.