В лентах соцсетей завирусилась тема, которая ещё лет пять назад показалась бы дикой: стоит ли кормить чужого ребёнка, если он пришёл в гости без своей еды? Казалось бы, раньше вопрос решался автоматом — сажать всех за стол и накладывать добавку. Но сегодня всё иначе.
Два лагеря: еда, цены и чувство справедливости
Общество мгновенно разделилось. Первый лагерь ностальгирует и возмущается: «Продукты стали дорогими, а люди — дешёвыми». Мол, раньше гостеприимство было святым, накормить ребёнка, пусть даже соседского, считалось такой же базовой потребностью, как напоить чаем взрослого. Отказ воспринимается почти как предательство «детей как цветов жизни».
Второй лагерь, и их немало, родителей понимает. Аргументы там прагматичные и немного отчаянные: у самих бюджет трещит по швам, и если к вашему запланированному ужину присоединяются ещё трое маленьких ртов с отменным аппетитом, финансовая математика идёт вразнос.
Грустный сдвиг: от «дети — цветы» к «не долбануться»
Честно, это лакмусовая бумажка нашего общего состояния. И она окрашена в очень грустный цвет.
Моё личное резюме такое. Жизнь действительно стала гораздо дороже. Я как человек, у которого потенциально мог бы сейчас быть ребёнок, вообще не представляю, как бы вывозила. Раньше весь фокус был на подрастающем поколении, на том, что «дети — цветы жизни», дети — это главное, и самое главное — накормить детей. В этом была какая-то коллективная страховка, круговая порука гостеприимства.
А сейчас фокус сместился на элементарное выживание взрослых. Самое главное — накормить себя и не долбануться окончательно. Когда ты считаешь каждую пачку масла и понимаешь, что лишний раз достать нарезку и фрукты — это ощутимый удар по карману, невольно начинаешь выстраивать границы. И дети, увы, попадают под эту оптимизацию.
Что с нами стало?
Мне правда очень грустно от этой тенденции. Грустно, что мы перешли из режима «накормим всех» в режим «каждый за себя». Возможно, дело не в том, что люди стали жадными, а в том, что уровень фонового стресса и нестабильности зашкаливает. Когда нет уверенности в завтрашнем дне, сложно быть щедрым сегодня.
И всё же где-то внутри теплится надежда, что это просто защитная реакция уставших людей, а не приговор нашему благодушию.