Это случилось снова. Три часа ночи. Тишина. Две женщины на кухне. Как в тот самый первый раз, когда я заказала подругу на час. Только теперь всё иначе. Нет страха. Нет отчаяния. Есть только мы. И чай с бергамотом. И разговор, который длится всю жизнь.
Ночь. Пятница. 02:47
Я проснулась от того, что рядом никого не было.
Рука скользнула по простыне — пусто. Холодно.
— Вика? — позвала я.
Тишина.
Я села на кровати. Посмотрела в темноту. Ночник горел — лампа-сова, которую Коля когда-то ненавидел. Тусклый жёлтый свет.
— Вика, ты где?
— Я на кухне, — донёсся тихий голос.
Я встала. Накинула халат. Пошла на голос.
Она сидела на кухне. За столом. Обхватив кружку руками. Чайник уже вскипел — она успела заварить.
— Ты чего не спишь? — спросила я, садясь напротив.
— Не знаю, — она пожала плечами. — Проснулась и не могу.
— Кошмар приснился?
— Нет, — она покачала головой. — Просто почувствовала, что должна быть здесь.
— Здесь?
— На кухне. В три часа ночи. Как тогда.
Я смотрела на неё. На её лицо в тусклом свете. На волосы, которые уже отросли до плеч. На глаза — спокойные, без страха.
— Помнишь тот день? — спросила Вика.
— Какой?
— Когда я впервые пришла к тебе.
— Помню, — я взяла кружку. — Ты была в кожаной куртке, с синяком под глазом.
— И с электрошокером, — добавила она.
— И с электрошокером, — улыбнулась я. — Ты напомнила мне воительницу. Злую. Уставшую. Но живую.
— А ты напомнила мне утопленницу, — сказала Вика. — Сидела на полу. Не бритая. В старой футболке.
— И пила холодный кофе?
— И пила холодный кофе, — кивнула она. — Ты была похожа на призрака. Женщину-призрака, которая забыла, что она живая.
— А теперь?
— А теперь ты — человек, — Вика улыбнулась. — Живой. Настоящий. Счастливый.
— Счастливый, — повторила я. — Странное слово. Раньше я не понимала его значения.
— А теперь?
— Теперь понимаю. Счастье — это когда ты можешь сидеть на кухне в три часа ночи, пить чай с бергамотом и знать, что завтра не будет больно.
— Только чай?
— Только чай, — я кивнула. — И ты рядом.
— Пафосно, — сказала Вика.
— Знаю, — ответила я. — Но это правда.
Час воспоминаний
Мы пили чай. Молчали. Смотрели в окно.
— Жень, — сказала Вика.
— М?
— А ты помнишь ту ночь, когда мы сожгли письма?
— Помню.
— Ты тогда сказала: «Бумага выдержит всё».
— А ты ответила: «В отличие от головы».
— И заплакала, — добавила Вика.
— И ты заплакала.
— Мы обе дуры.
— Дуры, — согласилась я. — Но счастливые дуры.
Она отпила чай.
— А помнишь, как мы ремонтировали салон?
— Трубы текли, обои слезли.
— Пахло сыростью и мышами, — засмеялась Вика. — Я думала, мы никогда не откроемся.
— Но открылись.
— Ты верила.
— Я верила в тебя, — сказала я. — Ты — волшебница.
— Нет, — она покачала головой. — Я — парикмахер. Который умеет слушать.
— И рисовать, — добавила я. — И готовить яичницу. И дружить.
— И дружить, — повторила Вика.
Она поставила кружку.
— Жень.
— М?
— Я хочу тебе кое-что сказать.
— Говори.
Она помолчала. Собралась с мыслями. Я видела, как она волнуется — пальцы сжимают кружку, костяшки белеют.
— Ты спасла мне жизнь, — начала она. — Не просто позвонила. Не просто открыла дверь. Ты сделала больше.
— Что?
— Ты поверила, — она посмотрела мне в глаза. — С первого взгляда. Ты не спросила доказательств. Не потребовала объяснений. Ты просто поверила, что я не любовница. Что я — жертва.
— Ты пахла сиренью, — я улыбнулась. — И у тебя был синяк. Любовницы не приходят с синяками.
— Любовницы вообще не приходят к жёнам, — усмехнулась Вика.
— Вот именно.
Она взяла меня за руку.
— Спасибо тебе. За всё. За салон. За маму. За то, что я теперь умею улыбаться.
— Ты всегда умела. Просто забыла.
— А ты напомнила.
— Мы друг другу напомнили.
Я смотрела на неё. На её глаза — без страха. На её улыбку — настоящую. На её руки — сильные, живые, тёплые.
Год назад она пришла ко мне умирать.
Сегодня она живёт.
Полной жизнью.
Своей жизнью.
Три часа ночи
— А ты знаешь, — сказала Вика, — что я хочу сделать?
— Что?
— Сделать татуировку.
— Какую?
— Две лысые головы и море. Как на картине, которую я тебе подарила.
— Серьёзно?
— Серьёзно, — она закатала рукав. — Вот сюда. На предплечье. Чтобы всегда помнить.
— Помнить что?
— Что мы прошли через ад. И выжили.
— А я?
— А ты нарисуешь бергамот, — она усмехнулась. — И чашку чая.
— Не нарисую, — я покачала головой. — Я боюсь иголок.
— Тогда я нарисую тебе. Фломастером.
— Договорились.
Мы чокнулись кружками.
— Жень.
— М?
— А ты не жалеешь? Что не выгнала меня тогда?
— Каждый день благодарю себя, что не выгнала.
— Даже когда я ною?
— Даже когда ты ноёшь, — я улыбнулась. — Даже когда ты плачешь. Даже когда ты злая.
— Я уже не злая, — сказала Вика.
— Какая?
— Спокойная, — она задумалась. — Умиротворённая. Как море после шторма.
— А я?
— А ты — как маяк, — она посмотрела на меня. — Ты светишь. Всегда. Даже в темноте.
— Пафосно, — сказала я.
— Ты меня заразила, — она рассмеялась.
Мы замолчали.
Тишина была тёплой. Домашней. Без страха.
— Вика, — сказала я.
— М?
— А что ты чувствовала, когда переступила мой порог в первый раз?
— Страх, — честно ответила она. — И надежду.
— Надежду на что?
— На то, что ты меня примешь. Не прогонишь. Не обзовёшь шлюхой, как все.
— Я не обозвала.
— Ты хотела.
— Хотела, — призналась я. — Но не смогла.
— Почему?
— Потому что ты заплакала.
— Я не плакала.
— Плакала, — я взяла её за руку. — Внутри. Я почувствовала.
— Ты — экстрасенс?
— Я — женщина, — я улыбнулась. — Которая заказала подругу на час. А получила сестру.
— На всю жизнь?
— На всю жизнь.
Она сжала мою руку.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Первые лучи
За окном начало светлеть.
— Смотри, — сказала Вика. — Рассвет.
— Красиво, — я подошла к окну. — Как тогда, на море.
— Помнишь?
— Как сейчас.
Мы стояли у окна. Смотрели, как небо розовеет. Как солнце поднимается из-за крыш.
— Жень.
— М?
— Что будет дальше?
— Жизнь, — ответила я. — Простая. Обычная. Счастливая.
— Без приключений?
— Без приключений, — кивнула я. — Нам хватит.
— А если он позвонит? Или приедет?
— Тогда встретим, — я пожала плечами. — Как в старые добрые времена.
— С электрошокером?
— С электрошокером, — я улыбнулась. — И с улыбкой.
— Ты идиотка, — сказала Вика.
— Знаю.
Она обняла меня.
— Но я тебя люблю.
— Я тебя тоже.
Мы стояли у окна. Обнявшись. Смотрели на рассвет.
— Жень.
— М?
— Спасибо, что заказала ту девушку на сайте.
— Спасибо, что пришла.
— И осталась.
— И осталась, — повторила я.
Солнце вставало над городом.
Новый день начинался.
Без страха.
Без прошлого.
Только мы.
И чай с бергамотом.
И вся жизнь впереди.
Продолжение следует…
А как вы думаете, чем закончится наша история?
— Что ждёт Женю и Вику дальше?
— Позвонит ли Коля или навсегда останется в прошлом?
— Каким будет финал этой книги?
Делитесь своими догадками в комментариях! 👇