Читая не слишком обильное литературное наследие Василия Пушкина, невольно задумаешься о значении переписки в то время. Шутка сказать — примерно половину его текстов составляют письма! Причём наверняка какие-то письма были утеряны, а значит, изначально их было ещё больше.
Получается, что поэт (пусть и не первой руки) на письма извёл больше ума и таланта, а попросту — времени, чем на басни, поэмы и прочие рифмованные сказки.
А ведь, в сущности, что такое переписка для людей XIX века? То же самое, что для современных — социальные сети. Тоже — неформальный канал распространения информации, в особенности — чего-нибудь интересного, интригующего: всяких слухов и сплетен, скандальных происшествий, душераздирающих историй и тому подобного.
Посмотрите, как это выглядит у Василия Львовича.
(Все горячие новости взяты из его переписки, преимущественно — с князем Петром Вяземским.)
Один дядя сказал
11 января 1812 года
О Глинке говорить уже нечего. Он точно сошёл с ума — и «Вестник» его не что иное, как скучный бред, которого и читать не должно.
8 февраля 1812 гола
Рецензия Шишкова на Каченовского — такая дичь, какой ещё не бывало. Без всяких шуток, их всех надобно запереть в жёлтый дом, начиная с Глинки и Шишкова.
14 декабря 1812 года
Прекрасная Элена Пушкина погружена в какую-то меланхолию, шьёт рубашки для пленных и вздыхает о их участи.
20 мая 1813 года
Вандал наш Алексей Пушкин очистился, омылся и отстал от Ерофеича. Но чего он ищет на берегах Невы? Стуча в стаканы, не простучал бы он и последнего.
20 февраля 1818 года
Многие в Петербурге называют «Историю Российского государства» Карамзина славнейшим произведением нынешнего века, а некоторые критикуют предисловие, утверждая, что он в нём предсказывает падение нашей империи, что автор мало говорил похвального о предках наших и что в новой истории слишком много ссылок и примечаний.
Александр Нарышкин в Москве. В доме его раздолье. Песельники, духовая музыка — Лобанова и Медведева пляшут по-русски, Новикова и Баркова — по-цыгански. Шампанское льётся рекой — стерлядей ешь как пискарей. Апельсины вместо кедровых орехов, одним словом — разливанное море, и хозяин — настоящий барин русский.
Открывается монумент Пожарского и Минина. Стечение народа многочисленное. Один толстый мужик с рыжей бородою говорил своему соседу: «Смотри, какие в старину были великаны! Нынче народ омелел». Другой: «В старину ходили по Руси босиком, а на нас немецкие сапоги надели».
27 марта 1818 года
Софья Нелединская идёт замуж за Самарина, и свадьба будет скоро. Жених в восхищении. Он в деревнях своих велел раздать несколько тысяч бедным, петь благодарственные молебны, и в день свадьбы несколько бедных девушек будут обвенчаны, и каждая из них получит тысячу рублей в приданое.
17 апреля 1818 года
Марья Татищева лишилась своего сына, офицера конногвардейского. Он умер скоропостижно и, сказывают, от полнокровия. Ему делались дурноты, и доктор уговаривал пустить кровь, но он не согласился и умер с небольшим 20 лет.
Пушечные выстрелы возвестили нам рождение великого князя Александра Николаевича. Великая княгиня Александра Фёдоровна разрешилась от бремени в 12 часу и во время большого парада при звуках труб, литавр и барабанов.
8 июня 1818 года
Толстая, дочь Толстой Степаниды, сговорена за генерал-адъютанта Закревского. Батюшка её назначил будущим новобрачным сто тысяч годового дохода. Закревский по-французски не говорит, и Фёдор Андреевич утверждает, что такой зять ему был и надобен.
9 июня 1818 года
Батюшков без ума от княгини Голицыной. Она восхищается Москвой, Кремлём, древностью храмов. Потом стала рассуждать о «Истории» Карамзина и говорила сущий вздор, но таким прелестным голосом... Батюшков признался, что если он просидит с ней ещё один вечер, то она ему вскружит голову и сердце.
21 июня 1818 года
Москва совсем опустела. На бульваре встретишь одного Нечаева в изодранном плаще. Сибилев мелькает изредка и несколько дворовых собак, живущих по соседству.
Константин Полторацкий женился на милой Софье Голицыной. Он угощал невесту и новую свою родню на даче в Сокольниках. Обедали в палатке, украшенной розами и лилеями, играла прелестная духовая музыка, пели песельники. После обеда ездили верхами. В девятом часу вечера привели в комнату, где был приготовлен великолепный полдник. На столе стояла большая серебряная чаша с лимонадом. Офицеры поднесли её Полторацкому в день его именин.
Балк удивительный оригинал, и точно в голове у него червяк. Он обо всём судит по-своему, и тем кажется хуже.
1 июля 1818 года
Бедный Северин овдовел, он в отчаянии. Жениться по страсти и потерять жену, столь любимую и так скоро! Это ужасно!
2 августа 1818 года
Давыдов жив и здоров, и ничего с ним не случилось. Однако в Москве целые три дня говорили о его трагической кончине; слава богу! Москва солгала.
11 сентября 1818 года
Князь Андрей Гагарин празднует день своего рождения. В старые годы Потёмкин ему в этот день даривал серебряные сервизы, турецкие халаты и прочее. Но кажется, это время прошло.
14 октября 1818 года
Актриса Семёнова в Москве. Играет Клитемнестру в «Ифигении». Прекрасно! но прочих должно со сцены гнать помелом. Это не актёры, а разбойники.
16 ноября 1818 года
Хомутовы давали маленький бал, на котором явились две новые красавицы, меньшие дочери Марьи Ивановны Корсаковой. Они ростом выше своей матери, и груди у них не хуже грудей вашей приезжей француженки.
На днях вывели из театра известную берейторшу Шульц. Она приехала в ложу с мужчиной, переодетым в женское платье, и сама была одета странным образом, в бакенбардах, и голова окутана в какую-то салфетку. Её было отправили в контору, но Берхман вступился: у него с нею большие, говорят, лады.
14 февраля 1819 года
Приехали в Москву певицы италианские, штукар индийский, лев морской, актрисы немецкие. Чего хочешь, того просишь.
16 марта 1819 года
Мадам Сесси давала два концерта и будет петь в Благородном собрании, которое упадает совершенно. Директоры не знают, что делать и где взять денег? Константин Булгаков в числе новых старшин. Он человек милый, но помочь может только советами.
27 марта 1819 года
Шаховской в Москве, ездит по домам и читает новую комедию плодовитой своей Музы. Он читал её в доме Андрея Семёновича Кологривова; креслы под огромной тушей подломились, он упал вверх ногами, панталоны лопнули, и он показал присутствующим то, что служило первому мужчине для продолжения рода человеческого.
10 апреля 1819 года
Берхман увёз мадам Шульц. Это совершенная правда. Он нанял своей красавице небольшую квартиру близ Запасного Дворца, а между тем отделывает ей дом на Поварской. Эта шалость станет ему в копейку, и надо думать, что жена знает все его проказы. Шульц показывает какие-то письма, в которых Берхман, уверяя берейторшу в любви своей, подписывается и любовником, и мужем. Сибилев с Шульцем в большом ладу, а с похищенной женою в ссоре. Кажется, что в другой раз он не поедет с ней в театр, переодетый в женское платье.
Степнинский имел неприятности разного рода. Лафонтен наш, Дмитриев, смеялся над его париком, крашеными бровями и прочим. Китайка Алексашка кругом его обобрала и вся прожилась в какого-то армейского поручика. Теперь она в борделе, а Степнинский всё о ней вздыхает и шатается по улицам как тень.
21 апреля 1819 года
Макаров давал обед. Боже мой! Что за общество? Что за хозяйка? Князь Иван Долгоруков и Антонский-кашка украшали беседу, о прочих и сказать нечего; отставные усастые офицеры: Власов — дурак, которого поили вином, смешанным с табаком, — и только. Женщин была одна хозяйка — дура пошлая; она ни минуты не сидела за столом — сама закрывала ставни у окон, сама ходила с бутылкой тёплого шампанского вина и наливала его в рюмки.
23 апреля 1819 года
Сегодня — свадьба Корсаковой. Приданое чрезвычайное: две кровати, нарядная и простая — нарядная голубая с серебром, простая из батиста д`Екос, шитая бумагой, двадцать семь шлафроков шитых с кружевами, тридцать шляп разного рода, куча шалей, часов, чулок и прочее и прочее. В воскресенье всё это было разложено, гостей любопытных было множество.
24 апреля 1819 года
Акинфьев женился на Корсаковой. Их венчали в церкви Вознесения на Никитской. Любопытных было бездна. Невеста и все дамы были в бриллиянтах. Все московские фрейлины невесту одевали к венцу — Тверская площадь была заставлена каретами.
8 мая 1819 года
Пушкины дали прекраснейший вечер. У них были картины так называемые движущиеся, и всем этим управлял Тончи. В антрактах княгиня Маргарита Ухтомская играла на фортепиано, Пудиков на арфе, славный волторнист Кугель на волторне. Всё это было прекрасно; и гости забыли, что в этот день шёл проливной дождь, что гулянье в Сокольниках было самое несчастное!
На днях Александра Щукина, племянница князя Мосальского, бежала из дому дяди своего, Дмитрия Щукина, — с холопом генерала Лаптева и вышла за него замуж. Беглецов не отыскали. — Она всегда казалась умной и любезной девушкой. Нынче на холопей честь, и им жить раздолье! Эта безумная оставила родным письмо, в котором просит, чтоб они почитали её мёртвой, что она бежала с человеком низкой породы, но души благородной и высокой и прочее и прочее.
Мирза Юсупов взял к себе какую-то русскую красавицу и никому её не кажет, а о госпоже берейторше начинают говорить, что всё она это сделала по приказанию своего мужа, который получил чин коллежского асессора.
25 июня 1819 года
Толстой Американец в большом горе; у него умерли три дочери, и самая большая его фаворитка Верочка. Его видеть нельзя без сожаления; он плачет горькими слезами.
26 июня 1819 года
Алексей Пушкин приехал из Одессы; он в таком рассеяньи, в такой задумчивости, что не слышит, что ему говорят, и сам говорит только моносиллабами. Не сделалось ли чего во время его отсутствия. Отсутствующий всегда виноват.
24 июля 1819 года
Появилась очень изрядная немецкая труппа. Эти немцы по крайней мере знают музыку и поют хорошо. Что касается до наших актёров и актрис, то они час от часу становятся хуже и несноснее.
Апраксин молодой женат. Жена его ещё похорошела, с тех пор как узнала, где раки зимуют.
Наш поэт Пушкин выздоровел и отправился в Бело-Руссию, очиститься в деревне от городских грехов, которых он накопил множество.
18 августа 1819 года
Главный директор Российских театров князь Тюфякин по приезде своём в Москву приказал обить ложу директорскую шёлковой материей; вот единственная перемена, которая в нашем театре воспоследовала. Вчера играли «Князя-Невидимку». Старик Пётр Лунин восхищался музыкой, декорациями, балетом и кричал: «Это как в Париже! Браво! Браво!»
19 сентября 1819 года
Купец Кириаков зарезал за обедом сестру свою. Это случилось в присутствии многих родных и гостей. Несчастная жила около суток, исповедывалась, причащалась святых тайн и простила своего убийцу. Все утверждают, что он без ума и что бешенство всему причиной; однако в допросах он ничего безумного не говорил. Дом Кириакова запечатан. Он объявил более трёх миллионов капитала, а наличных денег нашли только шестьсот тысяч рублей. Убийца содержится в тюрьме, и производится следствие.
Наши московские гаеры играли «Семирамиду». Кондаков, представлявший роль Ассура, лишь только появился на сцену, забыв свою роль, залепетал, упал и — умер. Занавес опустили. Директор предложил взять деньги обратно, но публика собранную сумму отдала жене умершего. Зрителей в театре было множество, и все в одну минуту разъехались по домам.
21 июня 1820 года
Старик Северин заплакал от радости, когда услышал, что сын его назначен поверенным в делах в Гишпанию.
Американец Толстой купил дом и отделывает его прекраснейшим образом и богатою рукой. Он был нездоров и очень похудел.
В Петербурге душно, а в Москве скушно.
23 сентября 1820 года
Алексей Пушкин утопает в удовольствии. Он теперь свёл знакомство с сестрой бывшей мадам Дюпорталь; и молодая красавица (ей только восемнадцать лет от роду) разъезжает с ним в мужском платье и нигде от него не отстаёт.
В Москве новая свадьба. Дарья Лопухина, племянница или внучка князя Потёмкина, вышла замуж за учителя детей своих Опермана и принесла ему в приданое 14 000 душ. Оперману лет за 50, — а Лопухиной под 50. Теперь можно вспомнить о пословице: седина в бороду, а бес в ребро.
19 января 1821 года
Американец Толстой женился на Авдотье Максимовне. Московские кумы распустят эту весточку от Кяхты до Афинов, от Лужников до Рима, но как бы то ни было, а дело сделано.
2 января 1828 года
Иван Иванович Дмитриев, не желая более быть старшиной в Аглинском клубе, подал письмо об увольнении. Старшины приступили к баллотированию, утверждая, что по уставу знаменитого клуба старшина должен целый год исполнять должность или выписаться из числа членов. Иван Иванович прислал свой билет. Восемьдесят человек сделали подписку, что для Аглинского клуба лестно иметь такого почётного члена и что, уволив его от должности старшины, должно ему отослать клубный билет обратно. Подписку не уважили. Много было шуму и споров. Старшины решились написать к Дмитриеву и уговаривать его остаться старшиной до окончания года. Иван Иванович на их предложение не согласился и от клуба Аглинского отказался совершенно.
8 августа 1828 года
Шевырёв переводит «Вальштейна». Вся пиэса написана с апострофами: «послуш'ка», «пер'родился», «окол'оси» — и тому подобное. Молодые наши писаки чрезвычайно самолюбивы и упрямы. Они воображают, что с неба хватают звёзды, и от того самого пишут нелепицу. Вольтер очень умно сказал, когда его уверяли, что Шекспир в своих творениях изображал природу: «Всё это очень хорошо, и мой зад принадлежит природе, однако я ношу штаны».
4 апреля 1829 года
Князь Александр Долгоруков не женится на Ушаковой. Ему отказали. Говорят, что будто отец Ушаков кое-что узнал о нём невыгодное. Невеста и бывший жених в горе. Жаль бедной девицы и жаль, что родители её поступили неосторожно и позволили дочери обходиться с женихом слишком ласково.
11 июня 1829 года
Полевые пишут нелепости насчёт французской литературы, с презрением говорят о Гомере, называют Анакреонта пьяницей, а Горация шалуном, восхищаются Фальстафом и уродливыми творениями Шекспира. Это происходит оттого, что они французской литературы не понимают, да и в Шекспире любят только то, чего любить не должно.
Александр Пушкин в Тифлисе и не выигрывает. Страсть к картам его погубит.
18 июня 1829 года
Журналисты наши все перебесились. Раич напал на Полевого, Греча, Булгарина, Шаликова. Издатель «Дамского журнала» бесится, но антикритики его весьма невинны. Его бьют, а он царапает.
Дочь горбуна Толстого бежала из родительского дома и обвенчалась с Михайловым, сыном Михаила Голицына. Толстой дочь свою проклял и ничего ей не даёт, а у молодого Михайлова ничего, кроме модного сертучка и пёстрых панталон нет.
27 апреля 1830 года
Александр Пушкин женится. Невеста его милая и приятная. Он околдован, очарован и огончарован.