Марина стояла посреди прихожей, скрестив руки на груди. Шаги Олега затихли в коридоре, он замер, держа в руках пакет с продуктами. Из кармана его куртки настойчиво звонил телефон. Рингтон разрывал тишину квартиры, и Марина знала, кто на том конце провода. Она видела имя на экране телефона мужа, когда тот лежал на тумбочке у зеркала. Звонила его мать, Галина Петровна.
Олег вздохнул, поставил пакет на пол и достал телефон. Он не ответил на звонок, а просто нажал кнопку сброса.
— Марина, ну зачем ты так сразу? Они уже на перроне. Мама звонит сказать, что они взяли такси.
— А меня кто-нибудь спросил? Олег, это происходит третий раз за полгода. Твоя мама и твоя двоюродная сестра с ребенком просто садятся в поезд и ставят нас перед фактом. У нас двухкомнатная квартира, у меня завтра важный отчет на работе, к которому я собиралась готовиться весь вечер в тишине.
— Они всего на три дня, Мариша. Ну не отправлять же их в гостиницу, это дорого для них.
— А для нас бесплатны испорченные нервы и бессонные ночи? Прошлый раз Алина изрисовала обои в детской, хотя у нас даже детей еще нет, мы только ремонт закончили. Твоя мама высказала мне, что я неправильно варю суп и трачу много денег на косметику. Я не хочу это повторять. Пусть едут в хостел. Места есть, я прямо сейчас найду телефон.
Олег разулся, прошел на кухню и сел на стул. Марина пошла за ним. Она была настроена решительно. Ей надоело быть удобной невесткой, которая молча терпит любое вторжение в свое личное пространство.
— Мама не поймет этого, Марина. Она обидится на всю жизнь. Для нее это дико. В их поселке все ездят друг к другу без всяких звонков. Полно места, на полу постелем.
— Мы живем в областном центре, в маленькой квартире, за которую еще платим ипотеку. И здесь правила устанавливаю я в том числе. Я плачу половину взносов, Олег. Почему я должна три дня ютиться на кухне, пока твоя родня занимает гостиную?
В дверь позвонили. Настойчиво, три раза подряд. Марина и Олег переглянулись.
— Это они, — тихо сказал Олег. — Такси быстро доехало. Я открою?
— Открывай. Но я сразу говорю: это последний раз. И спать они будут на старом диване, который раскладывается с трудом. Постельное белье пусть застилают сами.
Олег поспешил в прихожую. Через минуту квартира наполнилась громкими голосами, шумом сумок и топотом. В коридор вошла Галина Петровна, крупная женщина в ярком пуховике, а за ней ее племянница Света, державшая за руку семилетнего сына Дениса.
— Ой, еле добрались! — запричитала Галина Петровна, сразу проходя мимо Марины, даже не поздоровавшись толком. — Поезда сейчас так дорого стоят, ужас просто. Мариночка, привет. А чего у вас так прохладно? Окна, что ли, открыты?
— Здравствуйте, Галина Петровна. Мы проветривали, — сухо ответила Марина.
Света бросила тяжелую сумку прямо на ковер в комнате.
— Всем привет. Денис, сними куртку, ну что ты стоишь как неродной? Марин, у вас есть что попить? Мы в поезде всю воду выпили, там такая духота.
— На кухне в кувшине кипяченая вода, — сказала Марина, не двигаясь с места. — Галина Петровна, почему вы не предупредили, что едете? Олег тоже ничего не знал.
Мать Олега удивленно посмотрела на невестку, снимая сапоги.
— А зачем предупреждать? Мы же к родному сыну едем, а не в чужой дом. Света вот в больницу записалась на консультацию, у нас в районе врачей нет нормальных. Ну и мы решили с ней заодно, Дениске город показать. Чего звонить-то лишний раз, деньги на счету тратить? Мы знали, что вы дома.
— У нас могли быть свои планы, — прямо сказала Марина. — Например, у меня завтра сложный день на работе. Мне нужно выспаться и побыть в тишине.
Галина Петровна нахмурилась и посмотрела на Олега, который как раз заносил вторую сумку.
— Олег, это что еще за разговоры? Мы вам мешаем, что ли? Если мы в тягость, так мы прямо сейчас на вокзал уедем, на лавке посидим до утра.
Олег засуетился, с укором глядя на жену.
— Мама, ну что ты придумываешь, никто вас не выгоняет. Марина просто устала на работе, у нее проект сдается. Проходите в комнату, располагайтесь.
— Ну уж ладно, — поджала губы Галина Петровна. — Мы люди неприхотливые. Нам много не надо. Света, иди корми ребенка, Марина сейчас что-нибудь сообразит на стол.
— Я ничего не готовила на такую компанию, — отрезала Марина. — У нас есть только порция макарон и два котлеты для Олега. Я собиралась поужинать кефиром.
Света недовольно вздохнула и прошла на кухню.
— Ладно, сами яичницу пожарим, если яйца есть. Олег, помоги сумку открыть, там гостинцы от бабушки.
Марина ушла в спальню и закрыла за собой дверь. Ее трясло от возмущения. Она понимала, что Олег оказался между двух огней, но его неспособность защитить их личные границы злила ее еще больше. Она села за рабочий стол, открыла ноутбук и попыталась сосредоточиться на цифрах, но из коридора и кухни доносились громкие крики Дениса, стук посуды и громкий смех Света.
Через час в спальню тихо вошел Олег. Он сел на край кровати.
— Марин, ну не злись. Они поужинали, сейчас ложатся. Мама обиделась, конечно, на твои слова про работу. Говорит, что ты нерадушная.
— А я должна быть радушной, когда мне садятся на шею? Олег, ты понимаешь, что они нарушают все нормы приличия? Почему Света не могла поехать в гостиницу? У нее муж работает, деньги есть.
— Света экономит. Они ремонт делают.
— Отлично! Они делают ремонт за счет моих нервов. Завтра утром я ухожу на работу в восемь. Чтобы в квартире был порядок. Если твой племянник испортит хоть одну вещь в этой комнате, я выселю их в ту же минуту, и мне будет плевать на мнение твоей мамы.
— Хорошо, я за всем услежу, обещаю. Я сам завтра дома, у меня отгул.
Утро началось со скандала. Марина проснулась в семь часов от того, что Денис громко включил телевизор в гостиной. Она вышла из спальни в халате и увидела, что мальчик прыгает на новом диване, а Света сидит в телефоне, не обращая на него никакого внимания.
— Света, попроси Дениса сойти с дивана, пожалуйста. Мы его только купили, пружины полетят.
Света даже не подняла глаз от экрана.
— Да ладно тебе, Марин, он же ребенок, весит тридцать килограммов. Что с твоим диваном случится? Не стеклянный же.
— Света, я прошу тебя нормально. И сделай телевизор тише, люди еще спят.
Из кухни вышла Галина Петровна в бигуди.
— Чего ты с утра пораньше командуешь? Ребенок проснулся, играть хочет. Ты сама какая-то дерганая. Надо травки попить, успокоительные. Олег вон спит, ему ничего не мешает.
— Олег спит, потому что это не его диван испортят, и не ему сдавать отчет на миллион рублей! — Марина едва сдерживала крик. — Я ухожу на работу. Надеюсь, к вечеру здесь будет чище, чем сейчас.
Она быстро оделась, отказалась от чая, который ей предложил проснувшийся Олег, и громко хлопнула входной дверью. Весь день на работе прошел как в тумане. Ошибки в отчете следовали одна за другой, начальник сделал ей замечание, и Марина окончательно потеряла самообладание. В пять часов вечера она твердо решила: дома будет серьезный разговор.
Когда она вернулась, в квартире пахло жареной рыбой. Этот запах Марина терпеть не могла, и они с Олегом никогда ее не покупали. В прихожей валялись грязные детские ботинки. На кухне Галина Петровна хозяйничала у плиты.
— О, пришла! — весело крикнула свекровь. — А мы тут рыбки купили, недорогая такая, минтай. Пожарила вот. Садись есть, пока горячая.
Марина заглянула в гостиную. На ковре были рассыпаны крошки от печенья, на журнальном столике стояли липкие стаканы из-под сока. Олега дома не было.
— А где Олег? — спросила Марина, стараясь говорить спокойно.
— Так он Свету в больницу повез, там очередь задержали. А потом они хотели в торговый центр заехать, Денису куртку посмотреть. Мы вот с внуком дома остались.
Марина прошла в спальню и обомлела. На ее рабочем столе стояла открытая баночка с ее дорогим кремом для лица. Половина содержимого была размазана по крышке, а рядом лежал лист бумаги, весь испачканный этим же кремом — Денис так рисовал.
Марина глубоко вдохнула, вышла в коридор и позвала свекровь.
— Галина Петровна, подойдите сюда, пожалуйста.
Женщина вытерла руки о полотенце и вошла в спальню.
— Ну чего тебе?
— Кто разрешил брать мои вещи? Это французский крем, он стоит пять тысяч рублей. Зачем ваш внук его взял? И почему он вообще был в нашей спальне? Я просила сюда не заходить.
Галина Петровна пренебрежительно махнула рукой.
— Подумаешь, крем. Нашла из-за чего кричать. Ребенок просто поиграть хотел, увидел красивую баночку. Ты себе еще купишь, денег вон сколько зарабатываешь, судя по твоим вещам. И вообще, нельзя быть такой жадной, Марина. Семья же приехала.
Это была последняя капля. Марина достала телефон и набрала номер Олега.
— Олег, бери Свету и быстро езжайте домой. Через полчаса чтобы вы были здесь.
— Мариша, что случилось? Мы только в магазин зашли...
— Приедешь — увидишь. Время пошло.
Марина села на стул в прихожей и стала ждать. Галина Петровна ушла на кухню, громко гремя кастрюлями и что-то бормоча себе под нос про «городских фиф».
Через сорок минут дверь открылась, и вошли Олег со Светой. Они несли пакеты с покупками. Олег сразу заметил выражение лица жены.
— Марин, ну что опять?
Марина встала, подошла к Свете и забрала у нее из рук пакет.
— Света, собирай свои вещи. И ребенка забирай. Галина Петровна, вас это тоже касается.
Света округлила глаза и посмотрела на Олега.
— Олег, это что такое? Твоя жена нас выгоняет на ночь глядя? У нас поезд только через два дня!
— Марина, ты с ума сошла? — подбежал Олег. — Куда они пойдут? Сейчас семь часов вечера!
— Мне все равно. Ваш ребенок залез в мою спальню, испортил мою вещь, которая стоит немалых денег. Ваша мама считает, что это нормально, и называет меня жадной. Я терпела это вчера, я терпела это утром. Больше я терпеть не буду. В этом доме уважают мой труд и мои правила, или здесь никто не живет.
Галина Петровна вышла из кухни, ее лицо раскраснелось.
— Олег! Ты мужчина в доме или кто? Твоя мать перед тобой стоит! Нас выживают как собак из квартиры! Да я слова ей плохого не сказала, просто заступилась за ребенка!
— Мама, подожди, — Олег повернулся к Марине. — Марин, ну давай мы заплатим за этот крем. Света отдаст деньги, или я со своих отдам. Зачем крайности-то проявлять?
— Дело не в деньгах, Олег! — Марина перешла на крик. — Дело в отношении! Они приехали без спроса, они ведут себя так, будто я тут прислуга, они не уважают наш дом. Ты обещал мне, что проследишь за порядком. Где ты был? Катался по магазинам, пока твоя родня громила нашу квартиру?
Света демонстративно поджала губы и пошла в комнату собирать сумку.
— Ладно, тетя Галя, пойдемте. Нечего тут оставаться, раз нам не рады. Мы найдем где переночевать. У меня знакомая тут живет, напросимся к ней. А ты, Олег, под каблуком сидишь, смотреть противно.
— Света, помолчи, — резко сказал Олег. Было видно, что ему стыдно и одновременно страшно. — Марина, давай они переночуют эту ночь, а завтра утром я сам отвезу их на вокзал или к твоей знакомой, Свет. Ну куда они сейчас с ребенком пойдут на улицу?
Марина посмотрела на мужа. В его глазах была мольба. Она поняла, что если сейчас выставит их силой, то это разрушит их брак окончательно. Но и уступать просто так она не собиралась.
— Хорошо, — сказала Марина холодным тоном. — Они остаются до девяти утра. В девять часов их здесь быть не должно. Света, твой сын больше не делает ни одного шага в сторону спальни. Галина Петровна, рыбу свою забирайте или выбрасывайте, запах стоит невыносимый. И ковер в гостиной вы почистите прямо сейчас вместе со Светой. Там все в крошках.
Галина Петровна хотела что-то возразить, но Олег строго посмотрел на нее.
— Мама, делайте, как Марина сказала. Она права, вы должны были предупредить о приезде. И за Денисом надо следить.
Свекровь обиженно фыркнула, но пошла за пылесосом. Света молча начала собирать игрушки сына с пола. Напряжение в квартире можно было резать ножом, но Марина впервые за эти два дня почувствовала облегчение. Она отстояла себя.
Ночь прошла в гробовой тишине. Утром Марина встала пораньше, быстро выпила чай и ушла на работу, даже не попрощавшись с родственниками мужа. Ей было все равно, что они о ней подумают.
Вечером она возвращалась домой с тяжелым сердцем, ожидая продолжения разборок с Олегом. Она открыла дверь ключом. В прихожей было непривычно тихо. Пахло чистотой и лавандовым освежителем воздуха. Никаких чужих сумок и обуви.
Марина прошла на кухню. На столе стоял свежий букет хризантем и коробочка с ее любимыми пирожными. За столом сидел Олег. Он выглядел уставшим.
— Уехали? — спросила Марина, садясь напротив.
— Уехали, — тихо ответил Олег. — Я отвез их на вокзал. Мама, конечно, всю дорогу молчала, а Света высказала мне, что я размазня.
— И что ты ей ответил?
Олег поднял на нее глаза и грустно улыбнулся.
— Я сказал, что люблю свою жену. И что наш дом — это наш дом, а не проходной двор. Марин, прости меня. Я действительно должен был сразу сказать маме, что так ездить нельзя. Просто мне всегда было неудобно перед ними, меня так воспитали.
Марина протянула руку и накрыла его ладонь своей.
— Я понимаю, Олег. Но если мы не научимся говорить «нет» твоим родственникам, у нас просто не будет своей семьи. Мы погрязнем в этих обидах.
— Я это понял сегодня. Мама позвонила отцу, рассказала все, отец мне сам набрал и сказал, что я правильно сделал. Мол, Галина совсем берега попутала со своими поездками. Так что, кажется, мир не рухнул.
Марина улыбнулась и придвинула к себе коробку с пирожными.
— Ну вот и отлично. Давай пить чай. И пообещай мне, что следующие выходные мы проведем только вдвоем, без телефонов и неожиданных звонков в дверь.
— Обещаю, — Олег обнял жену за плечи. — Только мы. И никаких гостей без письменного приглашения.