оглавление канал, часть 1-я
Зойка сразу же прервала поток милой болтовни, а я продолжила:
— Так чего с курорта-то уехал?
Славик с трудом оторвал умильный взгляд от своей второй половинки и опять с энтузиазмом продолжил:
— Приехал я, в общем, на этот курорт, утром проснулся и думаю: чего я тут забыл? Там моя Зайка, а я тут… В общем, решил сразу же вернуться обратно. А мне врач в санатории строго так говорит, что, мол, у вас открылась язва и нужно срочно её залечить. Странно, конечно, потому что ничего такого я не чувствовал. Но он меня закидал кучей каких-то названий и диагнозов. В общем, я решил немного там задержаться, пройти, так сказать, минимум необходимых процедур. Да ещё сосед по палате интересный попался. Парень такой молодой, весёлый. Он мне всякие истории рассказывал, по горам таскал за собой на всякие экскурсии. В общем, поддержал. Я даже ему про нас рассказал немного. Несколько дней так прошло, а тоска у меня не проходит. А Вадик, ну тот мой сосед, и говорит: чего, мол, ты мучаешься? Езжай к своей Зойке, я, говорит, с врачом всё улажу. Я так обрадовался, что на следующий же день и рванул с этого курорта. Домой приезжаю — а тебя нет. На работе говорят, что ты отпуск взяла и к сестре в деревню уехала. И вот — я здесь. — Он просиял улыбкой.
У меня была ещё целая куча вопросов к Славке, но задавать я их не стала. Это выглядело бы очень подозрительно и напоминало бы больше допрос. Решила, что буду задавать их как-нибудь мимоходом, не особо концентрируя внимание Славки на этом. А сейчас информации для раздумий у меня было более чем достаточно.
Делать вид, что я очень устала, мне не пришлось. Я действительно очень устала. Извинившись и оставив Зойку с мужем чирикать о своём, я отправилась к себе в спальню. Только перед уходом я успела заметить, что Агроном ведёт себя как-то странно. Нет, он не шипел на гостя, не кидался на него с когтями. Он очень осторожно вылез из-под печи и, прижав уши, прижимаясь брюхом к полу, на полусогнутых лапах обошёл гостя по кругу и быстро шмыгнул в мою комнату. Это было несколько странно. Я ещё ни разу не видела, чтобы мой кот так себя вёл. Он не боялся даже собак, смело кидаясь в бой, если понимал, что может испугать противника, а тут… В общем, поразмышлять мне было над чем.
Я остановилась в дверях, чтобы пожелать спокойной ночи, и сквозь прищур посмотрела на Славку особенным своим взглядом. Тёмно-синий цвет умиротворения, оранжевые всполохи радости. Ничего такого, что заставило бы меня напрягаться, но всё же… Что-то в этом появлении было не так, неправильно. И мне с этим предстояло разобраться. А ещё я мысленно порадовалась, что не рассказала Зойке всего. Глядя на её счастливую физиономию, было понятно, что секретов от мужа у неё нет и быть не может. Надеюсь, у неё достанет здравого смысла не вывалить Славке всё о настоящем положении дел.
В спальне Агроном забрался на бабулин сундук и сидел там, мерцая зелёными глазищами. Я попыталась погладить кота, но этот паразит зашипел на меня, будто я была его врагом номер один! Я возмутилась:
— Ты не потерял ли берега, а, кот?! Я в своём доме уже и погладить тебя не могу?! — Кот опять зашипел, но уже без особой агрессии.
Мне внезапно пришло в голову, что Агроном сейчас похож на сторожевого пса, защищающего хозяйское добро. Мой взгляд упал на старую фотокарточку в обрамлении бегущих стальных волков, висевшую над сундуком. Внезапная догадка вспыхнула у меня в мозгу. Я присела на корточки и, глядя в глаза коту, тихо проговорила:
— Так… В доме появился посторонний, и ты решил охранять ключ?!
Конечно, догадка была сумасшедшей, на грани вероятного, но… Но, но, но… После всего, что со мной произошло за последнее время, я могла бы поверить даже в самое невероятное.
Забравшись в постель, я принялась размышлять. Если это не Прасковья, тогда кто? Кто «освободил» Славика? Судя по тому, что он рассказал, его не останавливали, не пытались удержать. Напрашивался только один вывод: это дело рук самих отступников. Иначе не получалось. А из этого вытекало… Я аж подскочила на кровати, а Агроном тихонько мяукнул. Блин! Получалось, что Славик у нас теперь «засланец», так, что ли?!
Мысль была настолько же невероятной, насколько и чудовищной. Он, конечно, мужик хороший, но немного, как бы это не обидно сказать, поверхностный и наивный. В суть вещей глубоко не всматривается. За него это делает Зойка. Хотя всё это время она старалась как бы отрицать, отмежёвываться от всего, что не вписывалось в её рамки обычной жизни, но она, по крайней мере, понимала. Более того, она всё это чувствовала. А Славик… Про таких бабуля говаривала: «простодырый». Возьмись мы сейчас ему что-нибудь рассказывать, он ведь даже не поверит! Не поверит и не поймёт! Чего доброго, нас с Зойкой в психи запишет.
Сидя на кровати, я задумалась. Внушить такому было можно всё что угодно. Тут даже не нужно было обладать великой силой. Но ведь не просто же его так отпустили? Для чего? Устали ждать, пока Зойка отыщет то, что им нужно, и послали Славку? Вот уж глупость какая! Из него поисковик, как из Агронома пекарь!
Я опять легла в постель. Усталость брала своё. От мыслей уже дымились мозги. Надо бы посоветоваться с Прасковьей. Она должна помочь разобраться с этой загадкой. Успокоившись принятым решением, я медленно погрузилась в сон.
Опять туман. Плотная пелена окутывала меня со всех сторон, зябко ложась на плечи мутной кисеей. В абсолютной тишине слышалось только моё прерывистое, напряжённое дыхание. Казалось, я стою в пустоте, в которой нет ничего, кроме этой вязкой мутной тишины.
Вдруг издалека послышались голоса и тихое бряцанье металла о металл. Я сделала несколько осторожных шагов в том направлении. Было такое ощущение, что я иду по очень тонкому и хрупкому льду. Один неверный шаг — и…
Голоса стали слышны уже вполне отчётливо, а из тумана выступил угол огромного камня. Говорившие стояли совсем рядом, за ним. Я протянула руку, коснулась шершавой влажной поверхности гранитного валуна и замерла.
Говорили двое мужчин напряжённым шёпотом. Чуть хрипловатый голос произнёс:
— Не мне тебе рассказывать, Кузьма, насколько это важно. Если тебе удастся раздобыть эти записи, то награда будет велика. И ты наконец сможешь покинуть эту дыру и зажить как человек. — Досада явно прорывалась в голосе говорившего, когда он закончил: — Сколько тебе уже можно это объяснять?! Чего упираешься-то?
Повисла пауза, а потом послышался чуть визгливый голос Кузьмы:
— Да тебе, Андрон, легко рассуждать! А я в этой деревне жил и живу. Где они, твои эти хозяева, которые озолотить грозились, а? — В голосе послышались торжествующие нотки: — Вот то-то же! А мой Аниська только-только в года входить начал. Его Косим грозился принять на обучение вместе со своим Федькой. А ежели прознает кто? — Шёпот стал сдавленным, и я почти физически ощутила тот удушливый страх, который охватил говорящего: — Да меня ж в порошок сотрут! Мало того, что Анисима не успеют обучить, так ещё и не жить нам тогда здесь. А золото ваше… На кой оно тогда мне, ежели меня в землю втопчут?! Да и ещё бабка надвое сказала, что эти записи вообще существуют. Спроси любого из Рода, и всяк тебе скажет, что отродясь они записей никаких не вели. А мастерство передавали только по Роду, да и то не каждому! А я рисковать своей шкурой должён не пойми за что?! Ты-то в сторонке будешь, ежели чего. — Кузьма тихонько хихикнул: — А так, ежели терпения набраться, глядишь, Аниська-то мой все секреты у них потихоньку и выведает. Это ежели с умом да лошадей не гнать…
Я присела за камнем и постаралась выглянуть незаметно. Очень уж мне захотелось разглядеть говоривших. Выглянуть получилось, а вот рассмотреть мужчин — увы… Только смутные силуэты в тумане.
Тут заговорил Андрон, и я опять навострила уши.
— Дурак ты, Кузьма! Как есть — дурак! «Ежели с умом», «лошадей не гнать»! — передразнил он своего приятеля. — Тут время всё решает! Срочно потребно, понимаешь ты, дурья башка! Нету времени, они торопят! Или сейчас, или уже и надобности не будет! — Он перешёл на едва слышный шёпот: — Я доподлинно знаю, что записи те есть! Их кузнец сделал, ослушался старейшин и сделал, потому как сынов в роду у него не случилось — одни девки. Надеется, что внукам достанется тайное знание. Так что есть те записи, есть! — Он заговорил ещё тише, и мне пришлось рискнуть. Низко пригибаясь, я сделала несколько мелких гусиных шажков по направлению к говорившим, надеясь, что туман укроет меня своим плотным плащом. — Грядёт скоро что-то… Страшное. Сила такая подымается, что им не устоять. И надо оказаться на правильной стороне. Сейчас, в этой неразберихе, что вокруг происходит, никто и не заметит, ежели ты эти записи умыкнёшь. А у меня есть то, что тебе поможет. — Он сделал значительную паузу, а потом продолжил с горделивой интонацией: — Мне ими сила специальная дадедена. Я на тебя заклятие наведу, чтобы никто не смог ни прочесть твоих мыслей, ни отследить их. Даже с умением рыкарей сию броню не пробить и не разгадать. Так что соглашайся, Кузьма. Нету для тебя никаких рисков. А они благодарными быть умеют, не сумлевайся…!
В этот момент откуда-то из тумана послышался тихий свист. Андрон встрепенулся, заозирался по сторонам, а я, плюхнувшись на живот, прикрыла голову руками, стараясь слиться с землёй.
Он быстро проговорил:
— Мне пора уходить, а ты, Кузьма, подумай над моими словами. Они вечно ждать не будут. Так и пропадёшь пропадом со своей деревней вместе…
Зашуршал камень под ногами уходившего человека. Кузьма постоял ещё немного, бурча тихонько что-то себе под нос, а потом тоже развернулся и скрылся в тумане.
А меня в этот же момент какая-то неведомая сила потащила назад, в серую заклубившуюся воронкой муть. Я попыталась цепляться за камень, но только ободрала правую руку. В животе образовалась холодная пустота, словно я падала вниз, вниз, вниз…