Сентябрь 1916 года. На Западном фронте появляются британские танки Mark I. Немецкое командование, привыкшее к позиционной войне, оказывается не готово к такому повороту. Военное министерство Германии формирует комитет под названием «Allgemeines Kriegsdepartement, Abteilung 7 Verkehrswesen», что в переводе означает «Главное военное управление, отдел 7, транспорт». От этого комитета проект и получает своё имя A7V. Руководителем назначается Йозеф Фольмер, один из ведущих автомобильных конструкторов Германии. Ему предстоит создать первый немецкий танк за считанные месяцы, практически с нуля
Техническое задание формулируется жёстко. Машина должна весить около 30 тонн, преодолевать рвы шириной до полутора метров, нести пушки в носу и корме, несколько пулемётов и развивать скорость не менее 12 километров в час. Ходовую часть решено сделать на базе американского трактора Holt, несколько экземпляров которого австрийская армия одолжила немцам. Первый прототип собирает фирма Daimler-Motoren-Gesellschaft в Берлин-Мариенфельде.
30 апреля 1917 года машину выводят на испытания. Деревянный макет в натуральную величину с балластом вместо брони демонстрируют в Майнце. В окончательном варианте от кормовой пушки отказались, число пулемётов увеличили до шести. Первый предсерийный A7V появляется в сентябре 1917 года, а в октябре стартует серийное производство. Всего заказали 100 шасси, но бронированными сделали только 20. Остальные 80 отправились на фронт в качестве грузовых транспортеров.
Внешность A7V пугает и впечатляет одновременно. Длина корпуса 7,34 метра, ширина 3 метра, высота 3,3 метра. Боевая масса достигает 33 тонн. Броня собрана из стальных листов толщиной 20 миллиметров по бортам, 30 миллиметров в лобовой части и 15 миллиметров на крыше. Проблема в том, что эта сталь не была броневой. Она останавливала пули и осколки, но не выдерживала попаданий крупнокалиберных снарядов. Экипаж по штату насчитывал 17 человек плюс офицер-командир. В реальности в бой A7V часто уходил с 25 солдатами внутри. Внутри было шумно, жарко и тесно. На марше экипаж предпочитал сидеть снаружи, на броне, залезая внутрь только перед атакой.
Вооружение A7V состояло из 57-миллиметровой пушки Максим-Норденфельдт, установленной в лобовом листе, и шести пулемётов MG08. Пушки были трофейными. Часть захватили в Бельгии в начале войны, часть в 1918 году в России. Боекомплект включал от 180 до 300 снарядов и до 15 тысяч патронов в 60 лентах по 250 штук. Два двигателя Даймлер мощностью по 101 лошадиной силе каждый, общим объёмом 500 литров топлива, разгоняли 33-тонную махину до 15 километров в час по шоссе и до 5 километров в час по пересечённой местности. Подвеска каждого из 24 опорных катков была индивидуальной, на вертикальных пружинах, что давало A7V преимущество в плавности хода перед британскими танками с жёсткой подвеской. Но высокий центр тяжести и большой передний свес делали машину неустойчивой. На крутых склонах A7V переворачивался. В глубоких рвах и болотах он безнадёжно вяз. Обзор из кабины водителя был ужасным, он не видел 10 метров пространства прямо перед корпусом.
Первое боевое применение A7V состоялось 21 марта 1918 года у канала Сен-Кантен. Пять танков 1-го отряда под командованием гауптмана Грайфа должны были поддержать наступление. Три машины сломались ещё до входа в бой. Две оставшиеся остановили локальный прорыв британцев, но в целом не оказали влияния на ход сражения.
24 апреля 1918 года произошло первое в истории танковое сражение. Три немецких A7V, «Мефисто», «Эльфрида» и «Никсе», атаковали британские позиции у Виллер-Бретоннё. Им противостояли три британских Mark IV. Две из них были «самками», вооружёнными только пулемётами, и одна «самцом» с двумя 6-фунтовыми пушками. Британский «самец» под командованием второго лейтенанта Митчелла вступил в бой с головным немецким A7V. Три попадания 6-фунтовыми снарядами вывели немецкую машину из строя.
Экипаж покинул танк, и пятеро членов экипажа были убиты. Оставшиеся два A7V отступили. Британский танк потерял гусеницу от миномётного снаряда и был брошен экипажем. «Никсе» подорвали собственные сапёры, когда он окончательно застрял. «Эльфрида» опрокинулась в карьер. Через три недели её подобрали французские и марокканские части и передали для изучения французской армии.
«Мефисто» застрял в воронке от снаряда на ничейной полосе и оставался там почти три месяца. В июле 1918 года, когда австралийские войска заняли этот участок фронта, подполковник Робинсон, командир 26-го батальона, решил во что бы то ни стало вытащить вражеский танк в качестве трофея. Ночью 23 июля две британские танкетки-тягачи под прикрытием артиллерийского огня и низко летящих самолётов выволокли «Мефисто» из воронки. Немцы, заметив возню, накрыли район газовыми снарядами. Эвакуационная команда получила отравление, но задание выполнила. Танк отбуксировали в тыл, погрузили на поезд, отправили в Дюнкерк, затем в Лондон.
В апреле 1919 года «Мефисто» погрузили на пароход SS Armagh и отправили в Австралию. Шесть июня 1919 года танк прибыл в Брисбен. Грузовик не мог его везти, и два паровых катка из муниципального совета за 11 часов протащили 33-тонную махину на расстояние 3 километров от причала до музея Квинсленда. Там «Мефисто» простоял более 60 лет под открытым небом, пережил наводнение в 2011 году и несколько реставраций. Сегодня он находится в Австралийском военном мемориале в Канберре. Это единственный сохранившийся A7V в мире.
Всего в боях участвовало 20 A7V. Ни один из них не был потерян от вражеского огня. Танки выходили из строя из-за поломок, застревали в воронках, переворачивались на склонах. Или их уничтожали собственные экипажи при отступлении. A7V не считался удачной конструкцией. На фоне 3600 французских Renault FT и 2500 британских Mark IV двадцать немецких танков не могли изменить ход войны. Их главное достижение осталось в истории. Они стали участниками первого танкового боя. И хотя исход того боя был не в пользу Германии, сам факт положил начало новой эпохе в военном деле