Долгое время человечество жило с суровой аксиомой: Homo homini lupus est. Человек человеку волк. Зубы, клыки, конкуренция, борьба за кость. Всё серьёзно, всё по-взрослому. Но вот пришёл русский писатель Алексей Ремизов, лениво глянул на этот зверинец и выдал гениальную поправку, достойную диагноза всей современной цивилизации:
«Человек человеку бревно».
Почему-то позже молва приписала фразу Венедикту Ерофееву — видимо, по принципу «кто в сознании алкогольного мифа, тот и автор». Но нет. Это Ремизов. И он, сам того, возможно, не ожидая, описал мир, в котором мы живём. Мир, где никто никого не ест. Хуже: никто никого не замечает.
И знаете что? Это не трагедия. Это комедия. Давайте посмеёмся над бревном внутри и снаружи, пока оно нас окончательно не придавило.
От клыка к коре — эволюционный регресс
Волк — это драма. Представьте: за вами гонится серый хищник. Кровь кипит, адреналин, вы убегаете, либо становитесь ужином. Это сюжет. Это кино. Это хоть какая-то коммуникация: волк вас заметил, вы ему нужны (пусть и в гастрономическом смысле). Вы — значимы!
Теперь представьте бревно. Оно лежит на дороге. Вы спотыкаетесь об него, падаете лицом в грязь, разбиваете нос. Что делает бревно? Ни-че-го. Оно лежит. Ему всё равно. Оно не радуется вашей боли, не извиняется, не злорадствует. Просто лежит и гниёт потихоньку. И вот вы, с разбитым носом и уязвлённым самолюбием, стоите перед этим равнодушным куском дерева и понимаете:
«Меня даже не съели. Меня просто не заметили».
Анатомия бревна, или Четыре свойства идеального соседа по планете
Почему метафора такая точная? Давайте разложим древесину по волокнам.
Бревно глухо. Ему можно кричать «SOS», читать стихи, признаваться в любви, угрожать, умолять о помощи. Ответ — тишина.
Бревно тяжело. Оно не нападает, но если уж легло вам на грудь — всё, приехали. Давление медленное, неумолимое, не сбросить.
Бревно не виновато. О, это самое прекрасное. Волка можно осудить, посадить в клетку, привлечь к ответственности. А с бревна какой спрос?
Бревно — материал. В нём нет души, но есть функционал. Его можно распилить на дрова и согреться. Его можно использовать как таран. Можно, наконец, сделать из него Буратино. То есть мы подсознательно воспринимаем другого человека не как личность, а как потенциальный ресурс. «Человек человеку — заготовка». Звучит чуть веселее, правда? У каждого из нас есть шанс стать хотя бы табуреткой.
От соцсетей до философии «мне норм»
Раньше люди были волками: гонялись друг за другом, боролись за территорию, издавали боевой вой. Это требовало энергии, страсти, мышц. Современный человек устал. У него выгорание, депрессия и подписка на три стриминговых сервиса. Быть волком — слишком ресурсозатратно. Быть бревном — экологично.
Мы превратились в «брёвна в ленте»
Скроллим новости: катастрофа, война, чья-то свадьба, чей-то развод, милый котик, смерть великого актёра. Реакция? Палец двигается вверх. Лицо не меняется. Внутри — сухо и тепло, как в хорошо просушенной сосне. Мы не желаем зла, мы просто не отзываемся. Это не жестокость. Это цифровое одеревенение.
И ведь удобно же! Бревно никто не тронет. Бревно не участвует в конфликтах. Бревно лежит и плывёт по течению. Полная гармония с дзеном (простите за каламбур). Волк рискует в драке. Бревно — никогда. Максимум — обрастёт мхом. Ну и пусть. Мох нынче в моде.
Ремизов, конечно, был человеком начитанным. И метафора его — не просто так. Отсылает она к знаменитому:
«Что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоём глазе не чувствуешь?»
Евангелие от Матфея, Глава 7, стих 3
И тут сюжет принимает совсем комичный оборот. Получается, человек человеку бревно не потому, что другой — бесчувственная деревяшка. А потому, что у меня самого в глазу бревно! Я смотрю на мир сквозь призму своего заскорузлого эгоизма, своих стереотипов, своей лени. И вместо живого лица вижу лишь проекцию собственной дубины.
То есть проблема не в том, что кругом одни дубы и осины. Проблема в том, что я сам хожу с оптическим прибором в виде стройматериала. И когда я говорю: «Ты бревно!», на самом деле я говорю: «Эй, у меня тут что-то в глаз попало, извини». Диалог глухих с деревянными вставными челюстями — вот она, социальная жизнь.
Можно было бы на этой грустной (но смешной) ноте закончить. Но мы же хотим катарсис. Давайте представим: мир полон брёвен. Мы сами брёвна. Что делать?
Вариант первый: продолжить лежать и гнить. Вариант второй: стать живым деревом.
Итак, финальный аккорд.
«Человек человеку бревно» — это диагноз. Но любой диагноз — это уже полвыздоровления. Смейтесь над бревном в себе и в соседе. Смейтесь над тем, что мы все немножко Буратино без папы Карло. Смейтесь, потому что смех — это первый признак того, что вы ещё не окончательно превратились в мебель.
И будьте счастливы. Даже если вокруг лесопилка.
Спасибо за внимание!