Она вязала ему шапки каждую зиму. С самого детства. Сначала смешные — с помпонами, яркие, с завязками. Потом строгие — из серой шерсти, без рисунка. Потом модные — с узорами, которые она подсматривала в журналах.
Сын Денис смеялся:
— Мам, зачем? Я могу купить в магазине.
— А моя теплее.
— Но это же прошлый век. Сейчас никто не носит вязаное.
— Я ношу. И ты будешь.
Он не спорил. Надевал, ходил, терял. Мать вязала новую. Он терял снова.
После школы Денис уехал в город. Учился, работал, стал серьёзным мужчиной. В его гардеробе появились дорогие вещи — итальянские пальто, кожаные перчатки, шапки из натурального меха. Материнские вязанки казались ему нелепыми.
— Мам, не надо больше. У меня всё есть.
— Хорошо, — сказала мать.
Но на следующий год снова прислала посылку. Шапка. Простая, серая, без рисунка. И записка: «Примерь, Дениска. Я старалась».
Он не примерил. Выбросил в мусорный бак, даже не распаковав.
Шли годы. Денис строил карьеру. Стал начальником отдела. Женился, развёлся, снова женился. Встречал Новый год в ресторанах, летал в отпуск за границу. Мать оставалась в деревне, вязала шапки, которые никто не носил.
Иногда она звонила.
— Денис, как ты?
— Нормально, мам. Занят.
— Приезжай. Пирогов напекла.
— Некогда. В следующий раз.
Следующий раз не наступал.
Однажды Денису позвонила соседка.
— Денис, мать твоя в больнице. Сердце.
Он приехал через три дня. Не мог раньше — работа, проекты, отчёты. Вошёл в палату, увидел мать — маленькую, седую, с трубками. Она улыбнулась.
— Приехал, сынок.
— Приехал.
— А я уже не чаяла.
— Что ты, мам. Я всегда приеду.
Он соврал. Она знала.
Врачи сказали: давление, возраст, нужен покой. Денис забрал мать к себе в город. Снял квартиру, поставил на связь с врачом, купил лекарства. Мать не жаловалась. Только иногда смотрела в окно и вздыхала.
— Скучаешь по деревне? — спросил Денис.
— Нет. Я по тебе скучала. А теперь ты рядом.
Он не знал, что ответить. Пошёл на работу.
Через месяц мать сказала:
— Денис, ты не принёс мои спицы. Я хочу вязать.
— Зачем, мам? Ты отдыхай.
— Я отдохну. А вечерами буду вязать. Внукам.
— У меня нет детей, мама.
— Будут.
Он не спорил. Купил спицы, шерсть. Мать вязала каждый вечер. Сидела у окна, смотрела на городские огни, перебирала петли. Денис иногда заходил, смотрел на её руки — быстрые, ловкие, несмотря на возраст.
— Не спится? — спрашивала мать.
— Работа.
— Ты бы женился, сынок.
— Было. Не вышло.
— Не та.
Он не спорил.
На следующий год Денис встретил Катю. Молодая, весёлая, с рыжими волосами. Она работала в соседнем отделе. Денис влюбился — как в двадцать лет. Через полгода привёл её знакомиться с матерью.
— Здравствуйте, — сказала Катя.
Мать долго смотрела на неё. Потом спросила:
— Вязать умеешь?
— Нет.
— Научу.
— Не откажусь.
Катя села рядом. Мать дала ей спицы, показала, как набирать петли. Получалось криво. Но мать терпеливо поправляла.
— Хорошая, — сказала она потом Денису.
— Я тоже так думаю.
Они поженились через год. Мать вязала им шапки. Две. Серую — для Дениса, красную — для Кати. Катя сначала смеялась: «Мама, ну зачем? Я могу купить в магазине». Мать отвечала: «А моя теплее». Катя носила. Не снимала всю зиму.
Через два года родился сын. Назвали Димой. Мать сияла. Достала маленькие спицы, тонкую шерсть, связала шапочку с помпоном. Смешную, яркую, с завязками. Такую же, как когда-то Денису в первом классе.
— Ты помнишь? — спросил Денис.
— Помню. Ты не хотел надевать. Плакал, упирался.
— А потом ходил. Гордый был.
— Ты всегда был гордый.
Мать жива до сих пор. Ей восемьдесят пять. Она уже не вяжет — руки не слушаются. Но шапки лежат в шкафу. Серая — Дениса, красная — Кати, маленькая — Димы. И одна — старая, выцветшая, с помпоном. Первая. Денис не выбросил. Хранит.
— Мам, — сказал он однажды. — Прости меня.
— За что?
— За то, что выбросил твою шапку. Ту, что ты в посылке прислала.
— Я знаю, — тихо сказала мать.
— Откуда?
— Я всегда знала. Я тебя простила.
Он заплакал. Она обняла.
— Дурак ты, Дениска. Шапку выбросил. А любовь — не выбросишь.
Сейчас у Дениса свой бизнес. Катя работает в школе. Дима ходит в детский сад. Каждое воскресенье они едут к матери. Сидят на кухне, пьют чай, смотрят старые фотографии. Мать достаёт альбом, показывает Димину шапку.
— Вот, внук. Это я твоему папе связала. Он тоже не хотел надевать.
— А сейчас хочет?
— Сейчас — да. Поздно.
Денис улыбается. Надевает свою серую шапку. Дима смеётся: «Папа смешной». Катя надевает красную. Все трое выходят на улицу. Идут гулять.
— Мама, ты с нами?
— Нет. Я посижу. Отдыхаю.
Она смотрит в окно. Видит сына, невестку, внука. В шапках. В её шапках. И улыбается.
Шапки лежат в шкафу. Каждый год новые. Дима растёт, материны руки уже не те. Но она каждую осень достаёт спицы. Вяжет.
— Мам, зачем? — спрашивает Денис.
— А вдруг мне не хватит. Для всех.
— Для всех хватит.
— Ты не знаешь.
Он не спорит.
P.S. Тронули ваше сердце? Поставьте лайк и подписывайтесь на наш канал «Тронуть за сердце».