Я выбежала из офиса, на ходу включая телефон. Дисплей равнодушно высветил четырнадцать пропущенных звонков. Устроившись за рулём, я набрала номер Сергея, мысленно приготовившись к порции нотаций и недовольства.
Мы вместе уже два года, и недавно он заявил, что хочет познакомить меня с мамой. Между делом намекнув, что если моя кандидатура будет одобрена, то последует предложение.
— Тебя где носит? — вместо приветствия рявкнул Сергей.
— Уже выезжаю, минут через пятнадцать буду, — торопливо выпалила я.
Он бросил трубку. Я лишь вздохнула. К вспышкам раздражения своего мужчины я давно привыкла и научилась не реагировать на резкие выпады.
Не спеша выехала с территории компании и направила машину по заснеженной магистрали. Погода выдалась суровая. К вечеру температура опустилась до минус тридцати пяти градусов. Дороги были практически свободными, видимо, люди поспешили укрыться в тёплых домах.
Я почти добралась до места, когда у освещённой фонарями остановки заметила мужчину. Он пытался подняться и снова падал.
Припарковалась неподалёку, включила аварийку и выбралась из салона в ледяной ад.
— Вам помочь? — спросила я, подходя ближе.
Мужчина лет тридцати пяти промычал что‑то нечленораздельное и с трудом сфокусировал мутный взгляд. Было ясно, что он пьян в стельку.
Я вздохнула и попыталась поднять незнакомца, который изо всех сил старался встать, но количество выпитого решительно мешало вернуться в вертикальное положение.
После минут пятнадцати мучений мне всё‑таки удалось загрузить почти безжизненное тело на заднее сиденье.
Усевшись за руль, я пригладила растрепавшиеся на ветру волосы и онемевшими от холода пальцами повернула ключ зажигания. Всё это время телефон настойчиво звонил короткими сериями. Я даже не стала смотреть на дисплей и вырулила на магистраль.
Через две минуты, остановившись у подъезда, ответила на очередной звонок.
— Спускайся, — сказала я и сразу отключилась.
Глядя в зеркало заднего вида на своего неожиданного пассажира, я постукивала пальцами по рулю. Скандала с моим мужчиной не избежать — это было очевидно.
Сергей вышел из подъезда, стремительно направился к машине, резко распахнул дверь, в салон тут же ворвался ледяной воздух. Он плюхнулся на сиденье так, что машина заходила ходуном, и гневно уставился на меня:
— Вера, я жду тебя уже два часа! Считаешь, это нормально?
Я глубоко вдохнула, медленно выдохнула и спокойно ответила:
— Прекрасно знаешь, что у меня ненормированный рабочий день.
— Ты генеральный директор! Не надо сказок о сильной занятости. Считаешь меня идиотом?
Я повернулась к Сергею:
— Я же утром предупреждала, что нагрянула внезапная проверка из головного офиса. Мог не ждать, а поехать один.
Сергей вытаращил глаза, но не успел ничего сказать: пассажир на заднем сиденье подал признаки жизни.
— Это ещё кто?
— Не знаю, — ответила я. — Подобрала на остановке, мужчина не мог встать. Давай поищем документы или телефон, выясним, где он живёт. Быстро завезём и поедем к твоей маме.
— Ты совсем больная?! — взорвался Сергей. — Давай теперь будем бомжей с улицы подбирать!
— С чего ты взял, что он бомж? Одет прилично. Просто перебрал. С кем не бывает?
— Это уже слишком, — почти спокойно произнёс Сергей и отвернулся к окну.
— Ну не могла я проехать мимо. Он замёрз бы насмерть! — я погладила Сергея по плечу.
— Да тебе какое дело?! Значит, незнакомый алкаш тебе важнее, чем встреча с моей мамой? То кошки, то собаки, а теперь уже и мужиков подбираешь. Мне это реально надоело.
Я не могу равнодушно пройти мимо чужой беды. Событие, случившееся семь лет назад, навсегда изменило меня.
И вот сейчас я остро ощутила смертельную усталость от отношений с Сергеем, от постоянных стычек, разногласий, разборок. Зачем всё это? Между нами нет всепоглощающей любви и общих интересов. Мы совершенно разные и по мировоззрению, и по отношению к жизни.
Раньше я старалась не думать об этом, существовала по инерции, пропадая на работе. Но сейчас словно пелена спала с глаз.
— Нам нужно расстаться, — неожиданно для себя произнесла я.
Сергей смотрел на меня, не мигая, беззвучно открывая рот. Наконец овладел собой и быстро выбрался из машины.
— Да пошла ты! Ещё приползёшь! — бросил он и с силой хлопнул дверью.
— Вещи можешь забрать завтра, — крикнула я ему вслед.
Пару минут я сидела и улыбалась, чувствуя невероятное облегчение, будто с плеч свалилась тяжёлая ноша. Потом повернулась к пассажиру:
— Ну что, давайте теперь с вами разберёмся.
— Спасибо, — еле ворочая языком, произнёс мужчина, подняв мутные глаза.
— Адрес можете сказать? — спросила я.
В ответ раздался лишь набор звуков, которые невозможно было разобрать.
Единственным разумным решением было обратиться в полицию. Я нашла на карте ближайшее отделение, но почему‑то не могла заставить себя тронуться с места.
Немного подумав, проверила карманы незнакомца. К сожалению, документов не обнаружила, а телефон был запаролен графическим ключом.
Я понимала, что если обратиться к стражам правопорядка, то отсутствие паспорта доставит мужчине кучу неприятных моментов. Вариант с гостиницей отпал сам собой: никто не заселит без удостоверения личности, да ещё и в таком состоянии.
— Может, вас в больницу отвезти? — наконец обратилась я к мужчине.
Тот едва смог сфокусировать на мне взгляд и лишь отрицательно мотнул головой.
Я задумалась. Внутренний голос подсказывал: нужно предоставить попавшему в беду человеку кров, а утром разобраться, что к чему. Но разум противился этой идее, подкидывая в память выдержки из криминальных сводок о маньяках.
Сегодняшняя ситуация невольно напомнила мне о Диме. О том, кого уже семь лет нет в живых. Воскресила в памяти, как череда неверных выводов и решений привела к трагедии.
Самым страшным в этой истории было то, что его смерть, словно камень, брошенный в зеркальную гладь воды, породила медленные, неумолимые круги, расширяющиеся всё дальше и дальше. И каждый из этих кругов нёс разрушение.
А я всё ещё на берегу. Смотрю на расходящиеся круги на воде и понимаю, что они никогда не исчезнут полностью. Но я научилась не тонуть в них.
На протяжении семи лет я вела подробные записи, фиксировала каждое значимое событие, описывала переживания, дословно воспроизводила диалоги. Это стало необходимостью, ведь я боялась окончательно запутаться в лабиринте собственной памяти.
Где реальность, а где иллюзия? Где истинные воспоминания, а где фантомные картины, никогда не бывшие наяву? Эти вопросы неотступно преследовали меня, лишали сна, размывали границы между прошлым и настоящим.
Очнувшись от воспоминаний, я ещё раз взглянула на незнакомца и прислушалась к себе. Его присутствие не вызывало тревоги. Я ощущала только странное, почти забытое чувство правильности происходящего.
Решение было принято, и я помогла мужчине выбраться из автомобиля. Он уже гораздо увереннее держался на ногах. Машина осталась стоять у подъезда, словно свидетель моего внезапного решения.
С горем пополам мы добрались до квартиры. В прихожей я быстро сбросила верхнюю одежду, не обращая внимания на то, как гость неуклюже пытается справиться со своими вещами. Его беспомощность тронула моё сердце, и я, вздохнув, подошла помочь.
В глазах незнакомца читалась благодарность, смешанная с растерянностью. Он хотел что‑то сказать, но обрывки слов никак не сплетались в понятные суждения.
Отвела мужчину в спальню, бережно уложила на кровать, укутала пледом и, поправив подушку, тихо вышла, прикрыв за собой дверь.
Сама же немедленно прошла в гостиную и опустилась в кресло, откинувшись на спинку. Я погрузилась в воспоминания и долго размышляла. И хоть ощущала невероятную усталость, сон не шёл, возможно, из‑за присутствия незнакомого человека в моей квартире.
Наконец я поднялась из кресла и подошла вплотную к окну. За стеклом мерцал разноцветными огнями заснеженный город, потихоньку просыпаясь и готовясь встретить новый день.
Машина, наверное, промёрзла насквозь, и на работу придётся ехать на такси. Состояние было подавленное, ничего не хотелось. Проверка прошла, а пик продаж перед Новым годом начнётся только через пару недель. Решила, что сегодня закончу все текущие дела, подготовлю распоряжения для заместителя и возьму отпуск хотя бы на несколько дней.
Из тягостных размышлений меня выдернул голос, который показался смутно знакомым:
— Доброе утро, Вера.
Я вздрогнула от неожиданности и резко развернулась.
Вчера в череде событий я даже толком не разглядела случайного пассажира, и только сейчас поняла, что и голос, и облик мужчины мне казался знакомым, но в сумеречной полутьме гостиной я не могла разглядеть его лица.
— Доброе утро, — ответила я, напряжённо всматриваясь.
— Спасибо за вчерашнее, — смущённо произнёс незнакомец.
— Да ладно, ничего особенного.
Напряжение было осязаемым, и единственное, чего мне сейчас хотелось, — чтобы мужчина поскорее ушёл.
— Может, позволишь пригласить тебя на ужин?
— Как‑нибудь в другой раз… — начала я, но мужчина, шагнув ближе, практически вплотную, перебил меня:
— Ты правда меня не узнаёшь?
Я всмотрелась в его черты, задержала взгляд на глубоко посаженных светло‑голубых глазах и буквально выдохнула:
— Игорь Александрович?!
В голове мгновенно прояснилось и тут же опустело. Я растерянно моргала, пытаясь осознать происходящее. То ли судьба сыграла со мной злую шутку, приведя сюда университетского преподавателя, то ли я окончательно потеряла связь с реальностью.
Два года назад я переехала в этот город, и встретить здесь Игоря Александровича было сродни чуду. Особенно учитывая обстоятельство нашей встречи.
Тягучее молчание повисло между нами, словно паутина.
— Как вы здесь оказались? — наконец выдавила я, нарушая эту гнетущую тишину.
— Это долгая история, — устало махнул рукой Игорь Александрович. — Может, где‑нибудь посидим, выпьем кофе и поговорим?
— Мне нужно на работу, — ответила я, стараясь скрыть волнение.
Он понимающе кивнул, но в его глазах промелькнуло разочарование.
— Вам есть где остановиться? — спохватилась я, заметив его растерянность.
— Честно говоря, я даже ещё не понял, где оказался, — признался он.
Я колебалась всего мгновение. В его голосе прозвучала такая безысходность, что моё сердце сжалось. Бывший преподаватель выглядел совершенно потерянным, а я всё ещё пребывала в состоянии шока от этой неожиданной встречи. Ситуация казалась настолько нереальной, что хотелось проснуться.
Опрометью бросилась в прихожую. Накинула шубу и, натягивая сапоги, выпалила:
— Оставайтесь здесь, а вечером всё расскажете.
Игорь Александрович пытался что‑то возразить, но я уже выскочила из квартиры, оставив его в полном недоумении. В подъезде вызвала такси.
Мысли крутились в голове, словно шестерёнки заржавевшего механизма.
Добравшись до офиса, я буквально влетела в здание, едва не сбив с ног охранника. Лифт полз невыносимо медленно, отсчитывая этажи один за другим.
Войдя в свой кабинет, я резко захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Глубокий вдох и ещё один. Нужно было собраться.
Часы на стене тикали раздражающе громко, словно отсчитывая секунды моей жизни. Каждый их удар отдавался в висках, усиливая и без того нарастающую головную боль.
Рабочий день тянулся мучительно медленно, словно резина. Мысли постоянно возвращались к утренней встрече, раздирая сознание на клочки. Я находилась в странном пограничном состоянии: часть меня жаждала поскорее узнать, что привело Игоря Александровича в этот город, другая — в ужасе отшатывалась от возможности вновь погрузиться в прошлое.
Каждый телефонный звонок заставлял вздрагивать, а электронные уведомления превращались в маленькие взрывы в черепной коробке. Ритм работы, обычно дающий ощущение контроля над ситуацией, сегодня казался издевательством.
Офис словно пропитался напряжением. Коллеги бросали любопытные взгляды, но я игнорировала их, уткнувшись в монитор. Пальцы машинально набирали текст, но смысл написанного ускользал.
Стрелки часов уже добрались до шести, а я всё ещё морально не была готова к предстоящей встрече с прошлым.
Наконец решившись, я вышла из офиса, чувствуя, как сердце колотится в груди. Но отступать было поздно, судьба уже сделала свой ход, и теперь оставалось только принять вызов.
Фрагмент из книги «Озарение»
Читать другие истории
