Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
"Липецкая газета"

Маэстро, музыку!

В середине 90-х годов я подрабатывал диджеем на свадьбах. Однажды, приехав до начала торжества в одну из столовых города, как обычно стал расставлять аппаратуру: колонки, вертушки, свет. Вдруг вижу: направляется ко мне энергичный, невысокого роста, плотного телосложения мужчина средних лет с большим чемоданом в руке. На нём безупречный тёмно-серый костюм, галстук, а в начищенные до блеска туфли можно было смотреться, как в зеркало. Кожа с лёгким смуглым оттенком, лицо идеально выбрито, чёрные как смоль волосы аккуратно подстрижены и уложены. Всем своим видом он напоминал мафиози из классического гангстерского кино. — Привет честной компании! Будем знакомы. Борис, — широко улыбаясь, он протянул мне руку. — Здрасте. Виталий, — ответил я, пожимая его крепкую ладонь. — Я тут у тебя баян свой брошу? — Конечно, оставляйте, о чём речь, — говорю ему. — Слушай, только давай на 'ты', если не против. Официоз нам тут ни к чему. Когда баян плачет Каждый раз, когда нам выпадало работать вместе, я с

В середине 90-х годов я подрабатывал диджеем на свадьбах. Однажды, приехав до начала торжества в одну из столовых города, как обычно стал расставлять аппаратуру: колонки, вертушки, свет. Вдруг вижу: направляется ко мне энергичный, невысокого роста, плотного телосложения мужчина средних лет с большим чемоданом в руке. На нём безупречный тёмно-серый костюм, галстук, а в начищенные до блеска туфли можно было смотреться, как в зеркало. Кожа с лёгким смуглым оттенком, лицо идеально выбрито, чёрные как смоль волосы аккуратно подстрижены и уложены. Всем своим видом он напоминал мафиози из классического гангстерского кино. — Привет честной компании! Будем знакомы. Борис, — широко улыбаясь, он протянул мне руку. — Здрасте. Виталий, — ответил я, пожимая его крепкую ладонь. — Я тут у тебя баян свой брошу? — Конечно, оставляйте, о чём речь, — говорю ему. — Слушай, только давай на 'ты', если не против. Официоз нам тут ни к чему. Когда баян плачет Каждый раз, когда нам выпадало работать вместе, я с интересом наблюдал за Борисом Денисовым. Инструмент в его руках словно оживал: радовался и плакал, сопереживал. А он с баяном в руках становился душой праздника: обходил ряды гостей, пел, в промежутках сыпал шутками. А когда на танцполе зажигала молодёжь, выводил на улицу гостей постарше и там начиналось веселье. Люди, сбросив с плеч груз прожитых лет, отплясывали с такой страстью, будто каждый миг был последним. А частушки пели такие, что чертям в аду было тошно. — С самого детства помню, что в нашей семье звучала музыка. Отец играл на баяне, и, глядя на него, я тоже освоил этот инструмент. С удовольствием учился в музыкальной школе. А когда не поступил в институт стали и сплавов, год проработал в Лебедяни аккомпаниатором в Доме пионеров и в музыкальной школе. В какой-то момент понял, что моё истинное призвание — это музыка. И на следующий год стал студентом Тамбовского филиала Московского института культуры, — рассказывал о себе Борис Николаевич. После армии он по распределению отправился работать во Владимирское культпросвет­училище. Преподавал студентам баян и играл в областном ансамбле песни и пляски, которому в 1977 году довелось выступить на сцене Кремлёвского дворца съездов. В одну из поездок домой Борис встретил Таисию. Она преподавала музыкальные спецдисциплины. Они поженились, и вскоре у них родились сын Руслан, а затем дочь Олеся. Встреча с юностью В начале 80-х семья вернулась в родную Лебедянь. Борис Николаевич работал в музыкальной школе с младшими детьми, в клубе на заводе 'СОМ', потом в педучилище — обучал студентов игре на баяне, был концертмейстером. — Без своей работы себя не представляю, — признавался он. В 2000 году Денисов вдохнул новую жизнь в народный духовой оркестр районного Дома культуры. Коллектив, зародившийся ещё в 30-х годах прошлого века как музыкально-духовой кружок, под его руководством вновь расцвёл и стал одним из ведущих в Лебедяни. Долгие годы он носит и регулярно подтверждает звание народного. — Услышать волшебную игру духового оркестра — всё равно, что встретиться с юностью. Мы танцевали под его музыку в молодости. Под неё шли на парады и демонстрации. А для человека моего возраста нет ничего дороже светлых воспоминаний.Духовой оркестр был их верным отражением, бережно храня дух минувших лет, — делилась жительница Лебедяни пенсионерка Валентина. Пришлось маскироваться 'С Борисом Николаевичем я познакомился в 2000 году, когда переступил порог Лебедянского педколледжа. Он научил меня всему, что связано с игрой на баяне. Но что параллельно буду играть на тубе (духовой музыкальный инструмент, самый низкий по регистру. — Прим. авт.), об этом я и не догадывался. Однажды на уроке он спросил: 'Ты хотел бы играть в духовом оркестре?' Я заинтересовался, но был полон сомнений: 'На духовых совсем не умею!' А спустя время стал частью основного состава оркестра. Тогда и появились первые подработки. Оркестр играл на похоронах, но студентам категорически запрещалось это делать. Меня переодели бездомным бродягой, замаскировали, чтобы никто не узнал, натянули грязные штаны, затёртую куртку, шапку, очки. Со стороны это выглядело как что-то невероятное. Продолжил играть в духовом оркестре и в армии, даже участвовал в параде Победы на Красной площади в 2011 году, и очень этим горжусь', — вспоминает студент педколледжа 2000 ‒ 2005 годов Дмитрий Акимушкин.