Мила считала себя королевой. Богиней. Роковой женщиной. Женщиной, которая заставляет учащенно биться мужские сердца и вызывает зависть у других женщин. Которая привлекает к себе внимание, даже если просто выходит вынести мусор в домашнем костюме и ради которой мужчины бросают своих девушек, потому что ни одна из этих девушек не может соперничать с Милой ни умом, ни красотой.
Так было до тех пор, пока она случайно не встретила бывшую своего мужа Дмитрия в парфюмерном магазине. Бывшую, которая три года назад долго не могла смириться с тем, что ее бросают ради другой, не давала ему прохода и мешала построить свою жизнь с новой девушкой. С ней, с Милой. Бывшую, из-за которой они полгода откладывали свою свадьбу, потому что Дмитрий боялся, что она совершит что-то непоправимое.
- Давай подождем еще немного, котенок! – говорил он ей всякий раз, когда она заговаривала об их предстоящем брачном союзе. - Слишком мало времени прошло после нашего с ней расставания, я боюсь, что либо она заявится к нам на свадьбу и этот день ты запомнишь совсем не таким, каким должна запомнить, либо осуществит свою угрозу, закончит свою жизнь каким-нибудь мелодраматичным способом, а потом еще и записку оставит, что это я во всем виноват!
- Может ты не будешь вестись на этот шантаж и дашь ей понять нашей свадьбой, что для нее больше нет места в нашей жизни? Сколько уже это тянется? Мы уже так долго встречаемся! Ты что, не хочешь заявить всему миру о том, что я – твоя жена? – возмущалась и обижалась Мила. – Так у меня очередь стоит из тех, кто этого хочет! Либо ты решаешь уже вопрос со своей бывшей, либо я начинаю встречаться с тем, кто ценит меня, мое время и внимание!
Никакой очереди к Миле не стояло – была парочка неинтересных и бесперспективных личностей, которые могли бы сделать ей предложение, а намерения остальных потенциальных поклонников крутились вокруг физического интереса, который они даже не трудились замаскировать под влюбленность. Да и никто Миле не был нужен, кроме Дмитрия – не просто так же она увела его у другой!
Однако, угроза подействовала и через пару месяцев они сыграли свадьбу, которую, к счастью, никто не испортил.
И вот, несколько лет спустя, Мила, чья самооценка взлетела до небес от понимания, что ее мужчина разорвал свои отношения с другой женщиной ради нее, случайно встретила ту самую женщину. Красивую женщину, надо сказать. Ничуть не хуже самой Милы, если даже не лучше – с такой яркой внешностью хорошо бы играть Клеопатру или Шехерезаду. Мила видела ее мельком лишь пару раз, издали, но ничуть не сомневалась в том, что перед ней стоит… как же ее… такое интересное имя, которое не на каждом шагу услышишь… А! Ульяна!
Ульяна выбирала духи, не спеша поднося к своему изящному носику пробники один за другим и выглядела абсолютно счастливой и самодостаточной женщиной, которая никуда не спешила и ни по кому не страдала. Мила вдруг поймала себя на мысли, что любуется ею и эта мысль ей не понравилась. Это ведь она должна сейчас любоваться Милой и завидовать ей, а не наоборот! Ведь это Мила вышла победительницей из их соперничества за мужчину, которого Ульяна не желала отдавать!
Признаться честно, Мила все это время втайне надеялась на то, что Ульяна страдает и сожалеет о том, что Дмитрий выбрал не ее. Это тешило самолюбие, поднимало самооценку и настроение в те моменты, когда ее муж вдруг переставал быть принцем на белом коне и превращался в обычного среднестатистического мужа, который то постоянно задерживается на работе, то забывает о подарке на день ее рождения, то отвечает резко…
Конечно, потом он извинялся, покупал подарок и находил время на то, чтобы провести с ней вечер в каком-нибудь красивом и вкусном месте, но в целом, Мила не так представляла себе свою семейную жизнь. Хотя, для жены врача видеть своего мужа урывками – это нормально. Наверное.
Временами она ловила себя подозрении, что Дмитрий ей изменяет, но тут же отбрасывала эту мысль, как самую нелепую, смешную и бессмысленную. Ну, что за абсурд? Во-первых, Дмитрий действительно очень много работает и ему некогда. А во-вторых, таким как она не изменяют. Она красивая. Яркая. Гордая. Роковая. Королева. Богиня.
Изменяют каким-нибудь простушкам, которые встают в шесть утра, чтобы успеть напечь блинчиков для всей семьи к завтраку, а не тем, для кого кофе на прикроватной тумбочке, сваренный руками мужа перед тем, как он ушел на работу – норма.
Мила так и не смогла бы никому объяснить, зачем она вышла из магазина вслед за Ульяной и зашла в ту же кофейню, что и она. Зачем подошла к ее столику и обратила на себя ее внимание. Наверное, ей просто хотелось напомнить и себе и Ульяне, что это она – победительница. Но конечно же, она бы никогда и никому в этом не призналась. Даже себе.
- Здравствуйте, Ульяна, помните меня? – обратилась она к «Клеопатре», всем своим видом показывая, что не узнать ее невозможно. – Мы с вами никогда не общались, но уверена, что вы меня узнали.
Ульяна ее не помнила – это было видно по выражению ее лица и удивленному взгляду – искреннему и естественному. Такой взгляд не скопируешь, когда хочешь сделать вид, что ничего не помнишь. Она и правда ее не узнавала.
- Я присяду, разрешите? – продолжила Мила и не дожидаясь разрешения, отодвинула стул и села за столик, напротив бывшей соперницы. Девушки вроде нее не обязаны дожидаться разрешения. – Да я ненадолго, вы не переживайте. Я просто хотела извиниться перед вами и убедиться в том, что вы на меня не сердитесь.
- Вы точно ни с кем меня не перепутали? – поинтересовалась «Клеопатра» таким же красивым и полным достоинства голосом, как и она сама.
- Нет, не перепутала. Я - жена Дмитрия. – произнеся эти слова, Мила была готова к любой реакции, кроме ее полного отсутствия. – Жена Дмитрия, - повторила она, чуть менее уверенным тоном. – Малиновского.
- Аааа… Ну да, помню такого… - как-то неопределенно пожала плечами Ульяна, слегка улыбнувшись. Но в улыбке не было ни ностальгии, ни грусти, ни боли, а обычная вежливость. – И что же вы хотели?
Мила уже ничего не хотела, все шло совсем не так, как ей это представлялось, но было бы очень странно просто встать и уйти. Поэтому, идти до конца, так уж идти.
- Вы точно не узнаете меня?
- А почему я должна вас узнавать, объясните мне? Чем вы отличаетесь от других?
Вот это Миле совсем не понравилось.
- Как это – чем? Он женился на мне, бросил вас, вы очень болезненно переживали ваш разрыв, и он боялся за ваш рассудок и за вашу жизнь. И я просто хотела извиниться за то, что принесла в вашу жизнь столько боли, но вы же понимаете, что сердцу не прикажешь…
Мила замолчала, потому что увидела во взгляде Ульяны то, чего никак не должно было там быть. Удивление, быстро сменившееся жалостью. А жалость куда оскорбительнее гнева.
- Это он вам так сказал? – усмехнулась Ульяна и покачала головой, словно не веря услышанному. – Он сказал, что бросил меня и я за ним бегала? Вы это серьезно?
- Ну… да. Мы даже свадьбу откладывали, потому что он боялся, что вы ее испортите… - Миле все сильнее хотелось уйти. Она понимала, что идея пойти за соперницей и снова заставить ее страдать, прикрывшись мнимой заботой и неискренними извинениями, была одной из худших в ее жизни.
- Сейчас, подождите-ка… - Ульяна достала телефон, постучала пальцами по сенсорному экрану и через несколько секунд положила его прямо перед Милой. – Я могла бы много чего сказать, но я очень сильно ценю и берегу свое время, поэтому читайте!
Мила опустила глаза на экран.
«Уля, дорогая! – горели черные буквы на белом экране, отпечатываясь в ее мозгу своим безжалостным содержанием. – Как ты можешь все рушить из-за какой-то дешевенькой мимолетной интрижки, о которой я забуду уже через неделю? Ты – единственная женщина, которая хоть что-то значит для меня, и я прибегу к тебе по первому зову, даже если ты будешь находиться на Северном полюсе, а я – на Южном. Пожалуйста, не разрушай наше будущее! Каждый день без тебя прожит зря. Позвони мне, прошу! Мне никто не нужен, кроме тебя…»
- Его номер телефона узнаете? – спросила Ульяна, глядя на Милу все с той же жалостью. – Таких пафосных сообщений от Дмитрия за полгода были сотни. Я сохранила единственное, сама не знаю, зачем. Думала, буду перечитывать, когда мне стукнет восемьдесят, чтобы вспомнить, какой популярностью я пользовалась у мужчин, но как выясняется, оно оказалось нужным для того, чтобы вы поняли, каков на самом деле ваш избранник.
Мила молчала, окаменев и не сводя глаз с сообщения. Мимолетная интрижка? Дешевенькая? Это он о ней?
- Это Дмитрий не давал мне прохода, когда я поняла, что он снова мне изменяет – да, вы были далеко не первой, просто мне было удобно обманываться и считать, что таким как я не изменяют. И как только я сказала, что все кончено, он вдруг вспомнил, что я ему очень нужна и преследовал меня почти полгода. Видимо, как раз в это время он и плел вам про свадьбу, которую вы не можете сыграть из-за меня. Надеялся, что я вернусь, а вас держал про запас… Очень похоже на него.
Мила не отвечала, почти физически ощущая, как уютная иллюзия, в которой она жила все это время с треском разрушается.
- Я ничего не знала ни о вас, ни о том, что вы поженились, - продолжала Ульяна, чтобы окончательно прояснить ситуацию. – Просто увидела однажды очень недвусмысленное сообщение на его телефоне – очевидно, ваше, - и поняла, что такой мужчина мне не нужен. А мужское эго – оно сами знаете, какое. Мужчине так больно, когда его бросают, что он наплетет что угодно, лишь бы выглядеть рыцарем в своих глазах. Вполне вероятно, что если бы я к нему вернулась, он через время бросил бы меня, чтобы доказать себе, какой он молодец… Извините, мой кофе готов, мне пора.
Ульяна забрала свой телефон, встала, но не успела сделать ни шага – Мила схватила ее за руку и посмотрела на нее почти умоляюще.
- А почему же он оставил вас в покое? – спросила она, пытаясь ухватиться за остатки здравого смысла. – Бегал, бегал и вдруг взял - и оставил?
- Мне жаль разрушать ваши иллюзии, но как по мне – лучше жить в горькой правде, чем в сладкой лжи, - ответила Ульяна, мягко высвобождая руку. – Дмитрий оставил меня в покое, когда мой новый молодой человек поговорил с ним по-мужски, понимаете? А он у меня – тренер по кикбоксингу…
Мила понимала. Она очень хорошо помнила потрепанное лицо своего избранника, переливающееся всеми цветами радуги, его прихрамывающую походку и необходимость взять отпуск без содержания на пару недель. Дмитрий объяснил это тем, что просто оказался не в том месте и не в то время и напомнил ей, почему нужно остерегаться темных дворов и незнакомых шумных компаний, а оказывается, это поклонник Ульяны проводил с ним «воспитательную» беседу.
Именно тогда они и назначили с ним дату свадьбы, а Мила смеялась, что это уличные хулиганы поправили что-то в его голове…
Это что же получается - ее муж женился на ней от отчаяния из-за того, что потерял свою любовь и не смог ее вернуть? То есть, вся ее жизнь построена на лжи и самообмане?
- Что будете заказывать? – спросил бариста из-за стойки, видя, что она уже долгое время сидит без движения, просто глядя перед собой. – Какой кофе вам сварить, что предпочитаете?
«Что я предпочитаю? – подумала Мила. – Наверное, отмотать все на час назад и вернуться в свою прежнюю жизнь. Туда, где я была богиней, ради которой умный и красивый мужчина бросил умную и красивую женщину, чтобы быть со мной. Вернуться туда, где я была женщиной, которой не изменяют, а теперь я точно знаю, что мои подозрения не беспочвенны. Туда, где я не была дешевенькой мимолетной интрижкой, о которой забудут через неделю…»
А она всего лишь хотела поднять себе настроение, посмеявшись над бывшей своего мужа...