Галина Ивановна стояла у раковины, сжимая в руке жёсткую губку. Средство «Анти-Извёстка» должно было работать. Вместо этого синеватая плёнка лишь размазывалась, оставляя скользкий след. Она потерла сильнее. Керамика не царапалась. Плёнка не сдиралась. Она держалась. На шторке в душевой кабине — та же история. Прозрачный пластик за три дня покрылся тонким, перламутровым налётом. Пахло не сыростью. Пахло металлом и чем-то сладковатым, как после грозы. — Опять та же ерунда, — бросила она в коридор. — Чистила в понедельник, сегодня уже снова. Сергей Петрович вышел, поправляя домашние тапочки. Прищурился на раковину. — Канализация старая. Трубы меняли ещё при Союзе. Железо окисляется, осадок даёт. — Железо не даёт синевы. И не оставляет слизь на пластике. — Вода жёсткая, Галя. Весной всегда так. Водоканал промывает, а осадок поднимается. Привыкай. Она вздохнула, взяла мобильный. Набрала номер управляющей компании. Голос в трубке ответил заученным тоном: «Заявка принята. Параметры воды соот