30 апреля. Второй день путешествия
- Перелёт Камышин — Оренбург
- Полёт без GPS
- Как мы украли рюкзак с документами
- Куркуль под Оренбургом (Аэродром самодельщиков)
- Промежуточная посадка в международном аэропорту Оренбурга
- Перелёт в Актюбинск
- Встреча с друзьями из Казахстана
- Тёплый вечер после долгого дня
Утро встретило нас неожиданно ясной погодой. После вчерашних приключений с колесом самолёт выглядел так, будто сам остался доволен исходом событий и теперь был готов продолжать путь дальше на Восток.
Позавтракав, мы отправились на аэродром. Дорога шла через ещё сонный Камышин. Над Волгой стояла лёгкая дымка, улицы были почти пусты, и только редкие машины нарушали утреннюю тишину.
По пути подаю подал план полёта на Оренбург.
Первую посадку мы собирались выполнить не в большом аэропорту, а на маленьком частном аэродроме Кушкуль, где базируются наши друзья — Александр Кузьминов и Владимир Лаврушко. Они уже ждали нас и обещали помочь с заправкой.
Для человека далёкого от малой авиации это может показаться странным, но в дальних путешествиях вопрос топлива иногда становится важнее всего остального. Большинство больших аэропортов давно живёт по законам большой коммерческой авиации. Там есть керосин для лайнеров, сложные регламенты авиационной безопасности содержащие множество ограничений, но найти и уж тем более завезти обычный автомобильный бензин для небольшого самолёта бывает почти невозможно.
Именно поэтому маленькие частные аэродромы нередко становятся для путешественников настоящими островками спасения.
Сегодня на правом кресле полетит Кирилл.
Вскоре Камышин остался позади, и под крылом снова потянулись бесконечные степи.
GPS-сигнала по-прежнему почти не было.
Мы уже начали привыкать к этому странному состоянию, когда современная техника внезапно оказывается бесполезной, а пилоту снова приходится полагаться на расчёты, карты и внимательность.
Местность внизу была однообразной. Редкие дороги, небольшие посёлки, поля. Волга шла где-то далеко слева, но отсюда её уже не было видно.
Очень выручала программа «Внебо». В ней недавно появились подробные карты генштаба, а главное — режим навигации без GPS. По сути, программа позволяла вести ориентировку по движению, курсу и последнему известному положению самолёта. И надо признать — работало это удивительно хорошо.
Вот пример что мы видели из самолёта и как это можно сопоставить на карте
Я всё больше убеждался, что настоящая авиация начинается именно тогда, когда пилот перестаёт слепо доверять электронике.
Где-то на середине маршрута сквозь шум эфира неожиданно прорвался телефонный звонок.
Связь была отвратительной.
— Алло! — почти закричал я в трубку, пытаясь перекрыть гул двигателя.
В ответ донёсся взволнованный голос диспетчера из Камышина:
— Ребята… вы рюкзак водителя увезли. У него там документы все.
Несколько секунд в кабине стояла тишина.
— Какой ещё рюкзак?.. — медленно произнёс Эдуард Николаевич.
И тут мы начали вспоминать сегодняшнюю загрузку в самолёт.
Когда нас подвозили к самолёту, мы выгрузили из багажника машины все сумки и рюкзаки. Каждый из нас был уверен, что этот чёрный рюкзак принадлежит кому-то из экипажа. Эдуард Николаевич, не долго раздумывая, просто закинул его в багажный отсек вместе с остальными вещами.
Так рюкзак совершенно постороннего человека отправился вместе с нами в воздушное путешествие по Казахстану.
Несколько секунд Эдуард Николаевич молча смотрел вперёд, потом тяжело вздохнул:
— Ну всё… теперь мы не просто бродяги. Теперь мы настоящие «угловороты» - специалисты по краже чемоданов.
После этого удержаться от смеха было уже невозможно.
К счастью, история закончилась благополучно. Уже в Оренбурге, сразу после посадки, рюкзак был отправлен обратно в Камышин курьерской службой. Очень хочется верить, что его владелец всё-таки не затаил на нас серьёзной обиды.
Кушкуль встретил нас тёплым ветром и запахом степной травы.
Маленький аэродром жил своей особенной жизнью. Здесь не было суеты больших аэропортов, бесконечных досмотров и холодных стеклянных терминалов. Всё выглядело просто и по-настоящему. Самолёты стояли прямо на траве, а также в очень красивых деревянных ангарах, люди здоровались друг с другом как старые знакомые, а разговоры здесь были в основном о моторах, погоде и дальних перелётах.
Александр и Владимир встретили нас так, словно мы расстались всего пару дней назад. А ведь и правда, только вчера на Байконур вместе летали.
Пока заправляли самолёт, разговоры не смолкали ни на минуту. В авиации вообще существует удивительное чувство братства. Люди могут не видеться годами, жить в разных странах, летать на совершенно разных машинах - но стоит им встретиться на аэродроме, и разговор сразу продолжается так, будто вчерашний вечер они провели вместе.
Заправившись, мы поблагодарили друзей и перелетели в международный аэропорт Оренбурга.
Здесь всё уже выглядело иначе.
Широкие рулёжные дорожки, большие терминалы, спецмашины, строгие голоса диспетчеров в эфире — после маленького Кушкуля это казалось переходом в другой авиационный мир.
Таможню и пограничный контроль мы проходили прямо возле самолёта, на перроне. Всё происходило быстро и буднично, хотя каждый такой момент всё равно вызывает особое чувство. Пересечение государственной границы в маленьком самолёте ощущается совсем иначе, чем в пассажирском лайнере.
Очень скоро Оренбург остался позади.
Теперь наш путь лежал в Актюбинск - или, как его теперь называют, Актобе.
Мы поднялись на эшелон. Земля медленно уходила вниз, а впереди уже начинал сгущаться вечер.
Погода постепенно ухудшалась.
Под нами тянулись облака, горизонт становился мутным и тяжёлым. К моменту подхода к Актобе стало окончательно ясно, что посадка будет непростой.
Ночь, облачность, дождь и настоящие приборные условия.
Для человека со стороны это может звучать вполне обыденно. Но заход на посадку вручную, без автопилота, в сложной погоде - работа очень серьёзная. Здесь уже не остаётся места ни суете, ни ошибкам.
Именно в такие моменты особенно хорошо видно, кто перед тобой сидит в левом кресле.
Эдуард Николаевич работал спокойно и точно. Без лишних движений, без напряжения в голосе. Казалось, самолёт просто продолжает его собственные мысли.
Мы молча наблюдали за его работой.
Для Кирилла это вообще была настоящая школа лётного мастерства. Такие вещи невозможно объяснить учебниками. Их можно только увидеть своими глазами.
Когда колёса мягко коснулись полосы Актобе, я поймал себя на мысли, что за весь заход ни разу по-настоящему не волновался.
Это было лучшее доказательство мастерства командира.
В Актобе нас уже ждали друзья — Владимир и Валерий. У них есть своя авиакомпания на Ан-2. Совсем недавно они помогали нам во время перелёта на Байконур, и теперь снова встретили нас так, будто мы являлись частью одной большой лётной семьи.
А поздно вечером мы оказались в ресторане, где неожиданно собралась удивительная компания.
За одним столом сидели пилоты из Казахстана, Узбекистана и даже Кореи. Все они когда-то учились вместе с Эдуардом Николаевичем в одном лётном училище.
И удивительным образом годы совершенно не разрушили эту связь.
Разговоры не смолкали до самого закрытия ресторана. Вспоминали старые полёты, аэродромы, людей, которых уже давно разбросала судьба по разным странам.
За окном стояла тёплая казахская ночь.
А мне всё сильнее начинало казаться, что настоящее путешествие - это не столько новые города и маршруты, сколько люди, которых встречаешь на дороге.