Недавно в кулуарах авиационных форумов и в тесных кабинках тренажеров снова заговорили о наболевшем. Наши лётчики-испытатели, люди, которые чувствуют малейшую вибрацию фюзеляжа на сверхзвуке, поделились результатами учебных «собачьих свалок» (так мы называем ближний маневренный бой) с западными оппонентами.
И знаете что? Результаты заставляют сердце старого авиатора биться чаще.
Когда в небе сходятся «Сухой» и, скажем, F-16 Fighting Falcon или французский Mirage, в воздухе пахнет не просто керосином. Там пахнет азартом. Но цифры — вещь упрямая, как осел в горах. Статистика этих встреч, особенно на международных учениях в Азии, бьет наотмашь: счет часто бывает 10:0 в пользу «наших». В худшем случае — 9:1. И это не бахвальство под рюмочку чая. Это сухая реальность, зафиксированная приборами объективного контроля.
Почему «Сухой» — это не просто фамилия?
Давайте начистоту. Западная школа авиастроения всегда делала ставку на «зрение» и дальний бой. Мол, увидим раньше — собьем быстрее. Но когда дело доходит до реальной круговерти, где дистанция сокращается до видимости невооруженным глазом, в игру вступает госпожа Сверхманевренность.
Наши Су-30СМ и Су-35 — это настоящие воздушные акробаты. Сердце «тридцать пятого» — два двигателя АЛ-41Ф1С. Эти звери выдают по 14 500 кгс на форсаже каждый. Но главное не в тяге, а в «хитрых» соплах, которые вращаются во всех плоскостях. Это называется управляемый вектор тяги (УВТ). Пока «Мираж» или «Эфка» пытаются заложить классический вираж, теряя энергию, наш истребитель буквально «крутится на пятке».
Помню, один знакомый испытатель рассказывал: «Идешь в хвосте у француза, он дергается, как карась на сковородке, пытается сорвать захват. А ты просто чуть отклоняешь РУД, даешь педаль, и самолет делает «кобру» или «колокол». Соперник пролетает мимо, подставляя свое незащищенное брюхо под прицел». В такие моменты западные коллеги в эфире обычно выдают что-то нечленораздельное, перемешанное с крепким словцом.
Глаза, которые видят сквозь мглу
Некоторые скептики ворчат: «Ну, маневры — это для авиашоу». Позвольте не согласиться. В современных конфликтах электроника — это половина победы. И тут нашим парням есть чем козырнуть. Возьмем РЛС «Ирбис», что стоит на Су-35. Эта махина видит цель с эффективной площадью рассеяния (ЭПР) 3 квадратных метра на расстоянии до 400 километров. Это как увидеть муху на лобовом стекле грузовика, находясь в другом городе.
Западные пилоты, пересаживаясь на наши экспортные Су-30 в ходе совместных тренировок, впадают в ступор. Авионика работает четко, информация подается без лишней мишуры. Они поражаются мощи. «Это не самолет, это летающий компьютер с кувалдой в руках», — так охарактеризовал свои ощущения один иностранный «гость».
И дело не только в радаре. Оптико-локационная станция ОЛС-35 позволяет подкрадываться к противнику вообще не включая радар. Мы видим их по тепловому следу двигателей, а их системы оповещения об облучении молчат. Это называется «удар из тени». Хитро? Да. Эффективно? Еще бы.
Азиатский полигон и сухой счет
Интереснейшие вещи происходят на учениях типа «Индра» или подобных маневрах в Юго-Восточной Азии. Там наши машины сталкиваются с западными в условиях, максимально приближенных к боевым. Без поддавков.
Результат? Су-30МКИ (индийская версия нашей «сушки») регулярно «приземляет» американские F-15 и F-16. Почему? Потому что российский истребитель способен сохранять высокую эффективность на протяжении всего вылета. У нас огромный запас топлива во внутренних баках — больше 11 тонн у Су-35. Нам не нужны громоздкие подвесные баки, которые портят аэродинамику и превращают изящный истребитель в летящий кирпич.
«Американцы привыкли воевать с поддержкой АВАКСов и целой кучи спутников», — делится мыслями один из ветеранов ГЛИЦ. — «А когда их ставят в условия «один на один», где нужно проявлять личный кураж и использовать все возможности железа, они теряются. Наш же самолет прощает многие ошибки и позволяет творить в воздухе такое, что противоречит учебникам физики».
Деньги налогоплательщиков: в трубу или в сопло?
Часто слышу на лавочках: «Опять миллиарды на самолетики тратят, лучше бы пенсионерам раздали». Мужики, я вас понимаю. Но посмотрите на это с другой стороны. Качественная оперативно-тактическая авиация — это наш зонтик. И этот зонтик, судя по отзывам испытателей, самый прочный в мире.
Когда мы видим, как Су-57 — машина пятого поколения — начинает поступать в войска, мы понимаем: преимущество будет только расти. Су-35 уже задал планку, которую западный авиапром пытается перепрыгнуть последние десять лет, постоянно модернизируя свои старые платформы. Но выше головы не прыгнешь. Геометрия планера «Сухого» изначально была рождена для господства.
Каждый рубль, вложенный в титановую лопатку двигателя или в строчку кода системы управления огнем, возвращается к нам спокойствием за границы. Российская авиация сегодня — это не просто «наследие СССР». Это глубокая переработка, помноженная на современную микроэлектронику и уникальную школу пилотажа.
Итоги воздушного боя
Подводя черту под рассказами испытателей, хочется сказать одно: за штурвалом наших машин сидят не просто операторы систем, а настоящие художники войны. Но даже гению нужен инструмент. И Су-30 вместе с Су-35 — это скрипки Страдивари, только с ракетами «воздух-воздух» под крылом.
Западные пилоты — ребята неглупые, летать умеют. Но когда они выходят из кабины после учебного боя с «Сухим», в их глазах читается не просто усталость, а почтение. Они понимают, что в реальной заварухе у них был бы только один шанс из десяти. И то, если наш летчик решит просто похулиганить.
Так что, когда в следующий раз увидите в новостях красивый силуэт самолета с кривым «носом» и мощными двигателями, знайте — это лучший в мире аргумент в любом споре. Авиация — это дорого, сложно и порой страшно. Но быть вторым в небе — значит не быть вовсе. А мы — первые. И это факт, подтвержденный на виражах.
Берегите себя и помните: наше небо под надежным замком, ключи от которого — в руках людей, знающих толк в настоящей «сухой» победе.