Может ли кишечник влиять на походку?
Есть у нас устойчивое убеждение: походка — это про ноги, про суставы, про возраст, про то, насколько крепкими остались мышцы. Ну и про привычку, конечно. Кто-то ходит быстро, кто-то переваливается, кто-то шаркает. Всё индивидуально.
А что, если это еще и про кишечник?
Звучит странно. Какая связь между тем, что урчит в животе, и тем, как мы переставляем ноги?
Но ученые последние годы находят всё больше доказательств, что связь есть. И она гораздо прямее, чем можно предположить.
Что выяснили ученые
Исследователи из Ноттингемского университета и Университета Саутгемптона наблюдали за 101 пожилым человеком в возрасте от 65 до 85 лет. Они измеряли их физическую активность, тестировали силу и подвижность — например, смотрели, как быстро человек может встать со стула, пройти определенную дистанцию, удержать равновесие.
А потом проанализировали состав их кишечной микрофлоры.
И вот что обнаружили.
У тех, кто лучше проходил тесты на физическую функцию, в кишечнике было больше бактерий Prevotella copri. Эти бактерии были положительно связаны с умеренной и высокой физической активностью и отрицательно — с сидячим образом жизни.
Другие бактерии, например Roseburia, оказались связаны с лучшей подвижностью и силой.
А вот бактерии, которые считаются потенциально патогенными — Bilophila wadsworthia и Eggerthella, — наоборот, ассоциировались с низкой физической активностью и слабой силой хвата.
Получается, что микробиом и физическая форма — это улица с двусторонним движением.
Опыты на мышах
В 2019 году ученые из Университета Тафтса пошли дальше. Они взяли две группы пожилых людей: одни были физически крепкими (быстро ходили, легко вставали со стула, хорошо держали равновесие), другие — с более слабыми показателями.
Затем они пересадили образцы их кишечной микрофлоры мышам, у которых своей микрофлоры не было (стерильным).
Через месяц мышам измерили силу хвата — насколько крепко они могут ухватиться лапками за решетку. И оказалось, что те грызуны, которым пересадили бактерии от физически крепких людей, хватались на 6 процентов сильнее, чем мыши из контрольной группы.
Шесть процентов — это не чудо, но статистически значимая разница. И она говорит о том, что состав микробиома напрямую влияет на мышечную функцию. Даже без тренировок.
Саркопения и бактерии
Отдельная большая тема — саркопения, возрастная потеря мышечной массы и силы. Австрийские ученые опубликовали систематический обзор, в котором проанализировали 12 исследований на эту тему. И пришли к выводу: у людей с саркопенией в кишечнике снижено разнообразие бактерий, производящих короткоцепочечные жирные кислоты — те самые вещества, которые питают клетки кишечника и борются с воспалением. Зато повышено содержание бактерий вроде Desulfovibrio piger и Clostridium symbiosum, которые ассоциируются с ухудшением мышечных показателей.
Как это работает?
Ученые предполагают, что дело в метаболитах — продуктах жизнедеятельности бактерий. Например, короткоцепочечные жирные кислоты (масляная, пропионовая, уксусная) не только питают кишечник, но и, попадая в кровоток, влияют на воспалительные процессы во всем организме. А хроническое воспаление — один из главных факторов возрастного снижения мышечной силы.
Когда бактерий, которые производят эти кислоты, достаточно, воспаление ниже. Мышцы дольше остаются сильными. Походка — уверенной.
Что с этим делать?
Исследования в этой области пока молодые. Причинно-следственные связи до конца не прояснены. Но уже сейчас ясно: микробиом и физическая форма — не независимые вещи.
Возможно, когда мы в следующий раз будем задумываться, почему с возрастом походка становится менее уверенной, стоит вспомнить не только о суставах и мышцах. Но и о том, что творится в кишечнике.
О бактериях, которым мы помогаем или не помогаем. О воспалении, которое мы можем сдерживать или разжигать. О тех самых короткоцепочечных жирных кислотах, которые производят полезные бактерии — например, из жидких пробиотиков, таких как «Биовестин», где бактерии уже активны и готовы к работе с первой секунды.
